Читаем без скачивания Смертельная ртутная ложь - Глен Кук

Последний из тройни – существо небольшое, размером с Морли – болтун, годный лишь служить переводчиком своим братьям.

– Нет, Морли. И без них мы похожи на бродячий цирк. Мне и надо-то всего лишь поговорить с парнем и выяснить, почему он решил вмешиваться в мою жизнь.

Морли, глядя на Счастливчика, протянул:

– Эх, Гаррет. А я-то было решил, что у тебя начал прорезываться здравый смысл. С Дождевиком разговаривать нельзя. Он понимает лишь грубую силу. Или ты врежешь ему промеж рогов, или он залепит тебе пинок в зад. Если, конечно, он кардинально не изменился.

Я скорчил рожу.

– В чем дело?

– Мой бюджет немного напряжен.

– Тоже мне новость!

– Эй! Полегче!

– Желаешь сохранить деньги? В таком случае не копай под Дождевика. Запри двери, припрячь свой денежный мешок и моли Бога, чтобы Кливер не придумал, как до тебя добраться. После сегодняшнего вечера он займется тобой вплотную.

Я и без него это знал. Кливер представлял собой одно большое эго без вожжей и узды. А я дал ему повод быть мною недовольным.

Какой ты все же осел, Гаррет. Сам порождаешь все свои неприятности. Тебе надо бы научиться лучше уживаться с людьми.

– Интересно, как он узнал, что я выбрался из Бледсо, – пробормотал я себе под нос.

Морли и Стручок как по команде подняли головы, почувствовав, что сейчас последует история, которой они еще не слышали. Чтобы они не приставали, пришлось посвятить их в некоторые малоприятные подробности. В результате они узнали больше, чем мне бы хотелось.

– Да… – Морли, скользнув по мне своей отвратительной улыбкой, бросил: – Торнада.

Поистине дьявольская улыбка. Он был уверен, что догадка верна. А я и не подумал о тех, кто уже знал всю историю моих злоключений.

То, что известно Торнаде, за ночь может распространиться от моря до моря. Она обожает проводить время в компании, напиваясь и болтая. Прежде чем она успокоится, любая история в ее устах приобретает совершенно чудовищные формы.

– Если ты действительно считаешь, что нам не обойтись без тройняшек, так бери их.

– Ты подал мне более привлекательную мысль.

– Да?

– Используем клоунов, которых ты приютил у себя. Пусть отрабатывают свое содержание. Тем более что, по твоим словам, у большого к Кливеру должок.

– Прекрасная идея. Счастливчик, в каком направлении мы движемся? – спросил я, а Морли добавил:

– Имей в виду, я окажусь для тебя опаснее, чем Кливер, если мой друг Гаррет останется разочарованным.

– На запад, – прокаркал гость, стараясь, чтобы голос не дрожал от страха. Я не осуждал его. Он оказался между теми молотом и наковальней, о которых толкует поговорка.

– Запад – это прекрасно, – заметил я. – Запад означает, что по пути мы сможем заскочить ко мне.

Я полагал, что дружки Счастливчика уже очистили территорию.

Морли и его команду посещение моего жилища как-то не вдохновило. Они, конечно, были головорезами, но никакой головорез в здравом уме не станет вступать в зону, где Покойник может читать мысли. Им не хотелось рисковать, несмотря на все мои заверения, что тот спит.

– Он сильнее лает, чем кусает, – сказал я.

– Неужели? – ухмыльнулся Сарж. Морли и Рохля поддержали Саржа. Стручок воспринял это как сигнал повторить милые выражения старших товарищей. Мне пришлось уступить.

29

Я обнаружил Айви в маленькой комнате у дверей – он вел диспут с Попкой-Дураком. Попугай в этом споре выглядел более разумным. В помещении витал мощный дух пива и бренди. Кто из них двоих выпил больше? Никто не знает. Попка-Дурак может сосать спиртное не прекращая, пока вы его не остановите.

Похоже, Айви твердо решил, до того, как я его вышвырну, прикончить мои алкогольные запасы. Пришлось предупредить:

– Полегче, парень. Ты ничего не оставишь к завтраку.

Айви сразу приобрел несчастный вид. Было заметно, как он изо всех сил пытается разжечь костер своих мыслей. Однако, по-моему, огонь даже не начал тлеть. Все же он, кажется, уловил, что мои запасы алкоголя небесконечны.

– Где Скользкий?

Верзилы нигде не было видно. Со второго этажа, правда, доносился шум, но эти звуки не могли принадлежать человеческому существу.

Через открытую дверь я заглянул в кухню. То, что я увидел, заставило меня заговорить с самим собой. Друг Скользкий пытался сотворить с моей продовольственной кладовой то же, что Айви сделал с запасами выпивки.

Вот и твори после этого добрые дела.

Стоит вам появиться на свет, как вам начинают читать проповеди. Но только взгляните, что происходит, когда вы действительно пытаетесь помочь своему ближнему! Вас спускают под гору и при этом без всякой смазки.

И где только проповедники набираются своих безумных идей? Сколько щек подставили они лично? Если они такие хорошие, почему ходят без пластырей на заднице?

– Где Скользкий? – на сей раз более сурово спросил я.

Айви медленно пожал плечами, не поняв ничего, кроме моего тона. Затем он принялся объяснять Попке-Дураку ортодоксальную догму транссир-кумстаниации. Попка-Дурак делал замечания, с которыми я не мог не согласиться.

Пришлось отправиться на поиски. Рев, доносившийся сверху, заслуживал внимания.

Распластавшись на спине на кровати Дина, Скользкий издавал храп, напоминавший рев совокупляющихся громовых ящеров. Я замер в благоговейном трепете. Этот верзила не может быть человеческим существом. Он не менее чем полубог. Симфония храпа состояла из жужжания и рева, чавканья и бульканья. Казалось, он способен издать одновременно на одном дыхании любую известную разновидность храпа.

Когда ко мне вернулась способность двигаться, я направился в свою комнату. Терпеть не могу прерывать работу истинных художников своего дела. В своей комнате я, подойдя к окну, посмотрел на Морли с его командой и толпу, постоянно кишащую на Макунадо. Куда торопятся все эти создания? Что выгнало их на улицу в столь неурочный час? Интересно, быть может, жизнь так кипит только в моей округе? Не могу припомнить другого столь же оживленного места, хотя город в целом ужасно перенаселен.

До меня доносился каждый звук виртуозного храпа Скользкого. И мне не избавиться от этого рева, пока он гостит в моем доме.

Вот и твори после этого добрые дела.

Бросив взгляд на моих парней, Морли не вымолвил ни слова, а лишь покачал головой. Даже я начал удивляться, как они ухитрились пережить военную службу. Особенно Айви. На его плече восседал Попка-Дурак, перемежая грязные ругательства выкриками вроде: «Эгей, ребята! Мы – кровожадные пираты!» Само собой это привлекало всеобщее внимание – именно внимание вам больше всего необходимо, когда вы хотите тайно напасть на парня, который называет себя Дождевик.

Мой пленник показал на чудовищно уродливое здание из камня и кирпича, заявив, что именно там расположилась штаб-квартира Дождевика.

– Ты получил то, за что заплатил, Гаррет, – заявил наконец Морли, еще раз обозрев Скользкого и Айви. – Тебе стало жалко денег на тройняшек.

– Не напоминай мне об этом.

Скользкий хоть и не спал, но, казалось, был готов захрапеть. Под его крышей царила холодная зима. Айви все еще пытался убедить в чем-то пернатого бандита, но тот решил, что расправился с Айви, и предался воспоминаниям о днях, проведенных под парусами.

Морли посмотрел по сторонам, высматривая Стручка. Его пальцы сжались, будто он испытывал тот же соблазн, что и я.

– Валяй, не стесняйся, – предложил я.

– Не могу. Но я что-нибудь придумаю, – ухмыльнулся мой друг. – За время нашего с ним знакомства я кое-что узнал о мистере Большая Шишка.

На сей раз я оказался мудрее, чем обычно, и, предвидя, что попугай может стать обузой, прихватил с собой фляжку бренди, которую не сумел отыскать Айви.

Морли рассмеялся, он прекрасно знал, что за штучка Попка-Дурак.

– Чтобы использовать Айви, нам следует вывести из строя птичку, – заявил я.

– Он был разведчиком, так и пошли его в разведку, – предложил Морли. – На пару со Стручком.

– Ты негодяй, – бросил я и тут же поинтересовался: – Любопытно, как они поступили с парнем, который спроектировал это здание?

Сооружение, без сомнения, когда-то служило небольшой фабрикой, укомплектованной слепым персоналом. Здание было просто отвратительным. Меня поразило, какого безобразного эффекта можно добиться, используя столь непритязательные строительные материалы.

– Возможно, сожгли на костре, не придумав достойного наказания за столь чудовищное преступление, – хихикнул Дотс. Он подшучивал надо мной, изображая из себя сноба-эльфа.

Его вкусы в искусстве и архитектуре отличались от человеческих. Насколько я знал, безумец, спроектировавший эту фабрику, был одним из предков Морли.

Я поделился своими знаниями вслух, добавив:

– Наверное, это здание включено в список архитектурных сокровищ эльфов. Морли скривился. Он не был польщен. Сграбастав Стручка и Айви, он приказал им разведать обстановку.