Твою ж ****!
Растер устало лицо, замерев на слабоосвещенной улочке частного сектора, где из фонарей работал один на пять столбов, да и то так, будто вместо лампочки огарок свечи стоял. Магазинчик, на который рассчитывал, не закрылся. Исправно работал в конце переулка, призывно мигая незатейливой надписью «Открыто». Там не было камер наблюдения и прочей интерактивности: ночной продавец и только наличка. Диму устраивало.
Впрочем, на случай, если чего-то не найдет, чуть дальше, через две улицы, имелся уже мини-маркет, обслуживающий и прилегающий спальный микрорайон. Наведается. Ему что? К Дреду на улице ни какая-то пьянь, ни даже бродячие собаки не пристанут, слишком битые жизнью, опасность в воздухе улавливают. А вот Аля… Нет, бл*, как она представляла, вообще, что он пустил бы ее сюда?! Тем более что при ней ни полицейского жетона, ни табельного оружия, ни статуса, который хоть как-то защитил бы, о чем она сама, небось, не подумала…
Ехан** бабай! Он в какую-то наседку превращается, ей-богу!
Выдохнул, еще раз на магазин глянул, разминая затылок. У входа топталась компания из трех подростков, в руках пиво, тихо переговариваются, косясь в его сторону. Но и эти не дернулись, хоть мозгов еще и опыта немного, а хищника, который только и ждет, на ком когти наточить, уловили в нем. Назад подались, поняв, что их изучает пристально.
Плохо. Перед тем, как туда идти, Дима хотел утрясти все внутри себя, чтобы вписаться в образ, который был наиболее уместен для здешнего контингента. Этакий побитый жизнью и проблемами на работе мужик-работяга, съехавший из квартиры после развода в домик, который только и сумел на скудные сбережения купить. Умел притворяться… обычно. С такой легендой появлялся тут пару раз, обронив несколько намеков, чтоб люди сами додумали, в силу фантазии и опыта, остальное. Не то чтобы сильно мелькал, но вроде как готовился на всякий, создавал бэкграунд и вариант, чтоб, если пригодится место, уже своим казаться, более-менее знакомым, не вызывать интереса и вопросов.
Однако сейчас никак не выходило себя в эти рамки втиснуть!
Все в нем буквально бурлило!
Слишком много импульсивного и необдуманного, не привык так работать. Да, опирался на интуицию; да, животное начало было выражено в нем до фига сильно, знал, что за глаза «зверем» некоторые сослуживцы называли. Но именно потому всегда старался через сито разума прогонять каждый порыв, как учили год за годом, как сам себя муштровал. И вот на тебе: сорвался, полетел под откос из-за бабы… Дай бог, чтоб не впечатались никуда, разбившись оба в лепешку по причине того, что он голым инстинктам доверился.
Но, ладно, это есть, и Диме еще только предстоит разобраться и разложить все по местам и в голове, и в теле: что там у него при виде Алины взрывается, как гребаный склад боеприпасов?! Сейчас на повестке есть задачи существенней. И это не пачку презервативов купить… Хотя о тех тоже забывать не стоит.
Дмитрий реально собирался отправить пару сообщений на специальный мейл, к которому не так много людей в мире доступ имели. И он точно знал, что есть среди них тот, у кого может по праву затребовать такую информацию добыть. Должок…
Тот «друг», про которого Алина вспомнила, казался очень перспективной фигурой для начала поисков. И первая весомая ниточка хоть к какому-то объяснению… Ну или первая версия, потому как ничего более удобоваримого у Дмитрия не имелось изначально, да и у всей их команды.
Возможно, им просто не позволяли узнать ничего, что могло бы на верный след вывести. Кто, как не начальство, если то замешано, могло лучше иных понимать, что в любом расследовании главное не выйти на самих себя? Вот и запутывало, подкидывая безумные версии, что Алина соучастница. Заставляло тратить время и ресурсы на заранее тупиковые варианты.
Учитывая, что Дред немало так раскопал на собственного босса, пусть, вроде бы не по этой теме, не мог ничего исключить. Более того, легко сейчас допускал, что выйти на своих будет проще простого.
Не то чтобы это его радовало. Наоборот… Блин, и в нем недобитые идеалы остались, оказывается! Или это Аля плохо влияла, воскрешая то, что лучше бы под пеплом жизненного опыта погребенным оставалось?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Так или иначе, а Дред привык смотреть фактам в лицо. И нападать первым, не ожидая пока свои в спину выстрелят, потому и жив еще, чем немало досаждает управлению.
Евгению он пока об этом человеке, которого Алина вспомнила, сообщать не собирался. В отличие от Дмитрия, как бы и так уже отнесённого в категорию «сомнительного элемента», агент будет обязан доложить о новых фактах начальству. И где это всплывет, да в какой форме, пока не хотел выяснять. Одного наемника, явившегося по их душу, хватило. Заслужили перерыва.
Но и без официальных ресурсов управления Дмитрию было к кому обратиться с вопросом в поисках информации, не говоря уже о том, что и сам неплохо разбирался в системе, сможет поглядеть, что да как. Да и в старую базу милицииполиции заберется без сложностей, думалось.
Но вот палить их убежище не хотел, потому планировал подключиться к чужой сети, чтобы не смогли отследить его даже случаем.
Глава 23
Он посоветовал ей отдохнуть…
Хороший совет, да только как голову отключить? Алина не могла теперь прекратить думать над тем, о чем вспомнила. И догадки-подсказки самого Дреда лишь стимулировали ее размышления.
Алина пришла в полицию на немного наивной и восторженной вере в то, что может, в состоянии изменить систему вместе с другими такими же новичками-энтузиастами. Как ни обидно было выслушивать подобные характеристики от Дреда, сдобренные сарказмом, но ведь правда же.
Да, сначала просто хотела свою жизнь кардинально изменить, а потом увлеклась в учебке, захватили ее идеи других новобранцев, поверила, что все им под силу!.. Сумеют систему переломить, изменят отношение к своей службе. Возможно, именно эта вера и восторг помогли от личной трагедии так удачно отмежеваться.
Но уже по месту распределения Алина столкнулась с немного иной реальностью: недостаточным финансированием, человеческим фактором, который мог испоганить и перекрутить любое начинание, даже самое перспективное. А еще с сопротивлением остатков той структуры, которую вроде как расформировали. С отношениями и препонами со стороны «старичков», служивших до этого в милиции.
Да, те прошли отбор и комисси; да, декларировали, что готовы работать и жить по новым правилам. И многие, в самом деле, так и поступали, грех было бы всех под одну гребенку чесать. Стоило на их начальника отделения посмотреть: прекрасный человек и замечательный полицейский, искренне ратующий за реформу и удачу нововведений, хоть сам и из милиции перешел.
На секунду кольнуло сожаление, что Алина сейчас не может узнать о его самочувствии. Пережил ли все те операции? Вышел ли из комы?
Но существовали и другие, такие, как майор. Она не с первого дня отследила эти отличия. Какие-то разногласия и разночтения приказов и правил всплывали постепенно. Приглушенные слухи, что кто-то и взятки берет, а кто-то в мутных делах принимать участие готов. Какие-то старые схемы и прикрытие мошенников… Алина не очень прислушивалась и даже не до конца вникала тогда во все это. Не верила, наверное, не хотела. Она пыталась приноровиться к новому ритму жизни, да и общалась в основном с теми, кто учебку закончил вместе с ней. И с напарником ей повезло — Ромка также горел желанием свою лепту внести в удачу реформы.
Однако, если правы подозрения Дреда, и майор как раз участвовал в чем-то подобном? Покрывал нечто незаконное, чем его бывший сослуживец занялся, к примеру. А начальник отделения отказался в этом участие принимать, потому его первого и расстреляли, так как мог показания дать или начать расследование?
Но зачем всех остальных? Чтоб убийство начальника растушевать? Под общее нападение замаскировать?
Алина ничего не знала, понятия не имела, что за схемы или дело такое могло быть у этих злоумышленников, чтобы всех в участке расстрелять? Это же колоссальный резонанс! Какое прикрытие они рассчитывали использовать? Ради чего… Какой должна быть выгода по итогу, чтоб оправдать подобное?!
