Читаем без скачивания Акция «Ближний Восток» - Олег Шелонин

– Разворот. Удар на одиннасать! Брок на сетыре! – Катана увидела застывшего на пороге Илью.– Здравствуй, Папа. Удар на три!

– Здравствуй, Папа,– дружно повторили Акира и его ученики, после чего послушно произвели удар на три часа, от которого Илья едва успел увернуться. Он сделал лихой блок, подсечку, и Акира покатился по полу.

– Катана-сан,– вежливо попросил Илья.– Будьте любезны, пригласите своего ученика на совет. Только сначала утихомирьте его.

– Хоросо, Папа-сана.– Самурайский меч, торчавший из-за спины Акиры, выполз наполовину из ножен и треснул своего ученика рукояткой по затылку.– Забирайте.

Оставшиеся без чуткого руководства ученики бестолково замахали руками и ногами. Обрадованные черти вмиг свалили их на пол. Еще немного – и в ход пошли бы копыта, но эти поползновения решительно пресек Илья.

– Отставить! Этих в погреб, пусть проспятся, Акиру – к Лихо. Как в чувство приведет – быстро его ко мне.

Черти почесали пятачки, по которым им уже изрядно настучали…

– Папа, а можно, мы потом тоже этот стиль освоим? Уж больно душевно тренируются, подлецы! Минимум по литру на нос!

– Не отвлекайте Папу от дела,– сердито зашипела на них Яга.– Лихо, приведи в чувство эту пьянь!

Все, кроме народного целителя, хлопотавшего над пациентом, вернулись обратно в зал.

– Вот что, Папа,– заявила Яга,– давай, раз уж в поход собрался, полномочий тебе настрочим. Чебурашка, грамотку царскую готовь на Папу. И ультиматум. Будешь там, в Багдаде, за чрезвычайного посла,– пояснила она Илье.– Пусть попробуют детей не отдать!

– Правильно! – загорелся министр финансов.– Мы им такой крестовый поход устроим!

– С ума посходили! – одернул увлекшуюся команду Илья.– Опять в войну поиграть захотелось? Народу сколько положим, посчитать не пробовали?

Тридевятый синдикат виновато понурился.

– Лучше одежку национальную достаньте. Халат там… тюбетейку, чувяки, чтоб из толпы не выделяться. А дальше уж я сам как-нибудь. Работенка как раз по моему профилю.

Чебурашка кинулся к двери, волоча за собой портфель, чуть не снеся по дороге переступившего через порог Акиру. Вид у инструктора рукопашного боя после курса лечения у Лихо был, надо сказать, не очень. Из-за спины торчала абсолютно трезвая катана и на чем свет стоит костерила ученика, подставившего своего сэнсэя под бедовый глаз лекаря.

– Ты, говорят, самый лучший боец Тридевятого?– спросил Илья, с любопытством рассматривая обрусевшего японца.

Кулак его неожиданно рванул вперед, метя в лоб инструктору. Акира автоматически поставил блок, отступил на шаг и почтительно поклонился.

– Неплохо,– одобрил подполковник.– А к этому делу как относишься? – выразительно щелкнул он себя пальцем по горлу.

Акира выхватил сэнсэя из ножен, и катана-кладенец, продолжая отчаянно ругаться, замелькала в его руке с неуловимой для глаз скоростью, образовав вокруг инструктора сплошной стальной заслон.

– Молодец,– искренне восхитился Илья.– И впрямь толковый помощник будет.

– Моя быр ручший ниндзя у Верикий Сегун Макимото,– похвастался Акира, вкладывая сэнсэя в ножны.

– Молодец,– повторил Илья.– Я, правда, не совсем это имел в виду…

– А что Папа имел в виду, я сейчас поправлю,– вмешалась Яга.

Старушка что-то пробормотала под нос и сделала пасс рукой в сторону Акиры.

– Гена, эликсир сюда быстренько,– распорядилась старушка.

Это хозяйство у зелененького домового всегда было с собой. Причем, как правило, самые последние сорта.

– Пей,– приказала ведьма Акире.

Инструктор радостно улыбнулся, сделал глоток, и эликсир фонтаном рванул обратно. Илья едва успел увернуться.

– Групая ниндя,– возмутилась катана-кладенец,– сему я тебя усира! Смотри, как нада. Дай показу…

Сэнсэй, извиваясь всем своим стальным телом, тянулся к чекушке, которую ученик чуть не выронил на пол, тряся головой.

– Эту, пожалуй, тоже надо закодировать,– нахмурилась Яга и повторила операцию над катаной.

Бывший меч-кладенец прекратил дергаться и безвольно поник. Акира от удивления даже перестал трясти головой и уставился на сэнсэя. В зал ворвался Чебурашка, волоча за собой кучу тряпья.

– Ягуся, остаешься здесь за главного. Будешь, так сказать, и. о. царя.

– Ась? – выпучила глаза Яга.

– Исполняющей обязанности царя,– пояснил подполковник, торопливо натягивая полосатый халат поверх подаренной чертями камуфляжки.– Одеваемся – и погнали.

Акира закивал головой, закупорил чекушку, сунул ее за пазуху и кинулся переодеваться. Он до конца еще не осознал, что одной «радостью» жизни у него стало меньше.

– Держись за меня.

Русский ниндзя вцепился в халат Папы.

– Ни пуха вам, ни пера,– всхлипнула старушка.

Подполковник решительно повернул кольцо на пальце, ухнул вместе с помощником через пространственный мрак, съехал на пятой точке с золотой горы и ткнулся лбом в глинобитную стену. Рядом в нее впечатался Акира.

– Воры!!!

Акира с Ильей, не сговариваясь, подались в разные стороны, дав возможность возмущенному хозяину повторить их путь и боднуть стенку.

– Да он в ушанке,– расстроился Илья.– Никак русский. И дух соответствующий. Неужто мимо Багдада проскочили?

И тут ожила катана:

Бывари дни весерыя-а-а,Гуря-ар я ва-а саду-у-у!!!

Кодировка Яги на абсолютно трезвую железку сработала с точностью до наоборот. Отвлеченные этим бесплатным шоу, ни Илья, ни Акира не заметили голубой тени, мелькнувшей за их спиной.

– Попрыгали, и хватит! – хихикнул Омар, выуживая из воздуха колечко Кощея.– Теперь ножками, ножками, да чтоб шуму побольше!

22

– Теперь сюда.– Мурзик, деловито принюхиваясь, крался по узким улочкам Багдада. Следом топали Олежка и Жасмин.– Тише! – шикнул на них Баюн.– Демаскируете.

Кот решительно свернул в очередной темный переулок.

– А сюда зачем?

– Следы путаю.

– Да ты уже так напутал,– разозлилась Жасмин,– даже я не соображу, куда нас шайтан занес!

– Все под контролем. Согласно плану…

– Тормозим! – Олежка скинул безразмерную котомку и вытер пот. Котомочка была хоть объема и невеликого, зато веса немалого.– Пока не услышу все детали предстоящей операции – ни шагу больше.

– При посторонних? – возмутился Баюн.

– Это я-то посторонняя? – вспыхнула Жасмин.– Да что бы вы без меня делали? Кто вас из зиндана…

– Ха! Да если б не наша веревка…

– А кто ее наверх доставил?

– Да фиг бы ты ее доставила, если б не моя мышка…

– Да кто ты такой?

– А ты кто такая?

– Я Жасмин!

– А я Мурзик! Ты хоть знаешь, кто такой Мурзик? Не знаешь? Так поезжай в Тридевятое и спроси! Там тебе каждый скажет… – Баюн буквально кипел от возмущения.– Я не позволю всяким там уголовным элементам…

– Это почему уголовным?!!

– Нет, ты только посмотри,– патетически вопросил Олежку Мурзик,– мы ее, можно сказать, в тюряге нашли. От расстрельной статьи отмазали, а она… Колись, зэчка, за что срок мотала?

Жасмин засопела так, что Олежка понял: если не вмешаться, от кого-то сейчас полетят клочки.

– Тихо! – рявкнул он так, что петух, взлетевший на глинобитную стену, около которой шла разборка, дабы проорать зарю, свалился обратно и обиженно закудахтал.– Как старший по званию принимаю командование на себя.

– Это почему ты старший? Я тебя нанял…

– Стоп! Расставим точки над «i». Договора о найме я не видел, ничего не подписывал, а потому птица вольная. Но учти, за Аленку с Илюшей без всякого найма пасть… Ну в общем понятно. Дети – это святое. Найду их в любом случае. С тобой или без тебя. Все понял?

– Понял,– недовольно прошипел кот. Крыть ему было нечем.

– Слушаться меня, как родную маму,– строго сказал Олежка и повернулся к Жасмин.– А тебе, красавица, спасибо. Без тебя бы мы, конечно, не выбрались. Давай до дому проводим, чтоб не обидел кто, а потом, как детишек выручим, я тебя обязательно разыщу…

– Нет у меня дома,– тихо сказала Жасмин.

– Бомжиха,– злорадно мяукнул Баюн.– Я сразу понял! Как ее только в зиндан-то пустили? Бомжи – это такой народ,– пояснил он Олежке,– которыми менты брезгуют. С них взять нечего…

– Брысь!.. Да-а… незадача. А действительно, за что тебя камнями побить собирались?

– Покушение на устои шариата,– шмыгнула носом девушка.– Нам без паранджи нельзя.

– Ну и ходила бы в ней.

– А ты пробовал драться, когда в глаза эта тряпка лезет? Не видно ж ничего… Ой!

Олежка засмеялся. Дальнейший разбор полетов выявил следующую картину.

Накануне, прогуливаясь по базару, Жасмин вступилась за маленького голодного оборвыша, стянувшего с прилавка яблоко. Она прекрасно знала, какая участь его ждет (в славном городе Багдаде за это обычно отрубали голову, невзирая на пол, звание и возраст), и, не задумываясь, бросилась на стражников и жадину купца. Оборвыш, воспользовавшись суматохой, благополучно улизнул, а вот защитнице его не повезло.