он может быть не в состоянии.
Врач пришла по вызову во второй половине дня. Сашка провел все это время в постели, только до туалета, покачиваясь, как пьяный, сходил.
— На что жалуемся, больной? — Жизнерадостным тоном спросила молоденькая врачиха, дойдя до порога комнаты, в которой лежал Сашка.
— Сильная слабость, головокружение. — Чистосердечно признался парень.
— Температура есть?
— Тридцать пять и восемь. — На самом деле градусник показал тридцать пять и два, но это уже совсем ни в какие ворота не лезло. Как бы в трупы не записали и в морг вместо лечения не отправили. Шутка, конечно, но….
— А не злостный ли симулянт передо мной? Признавайся, сегодня контрольная по какому предмету намечалась? — Спросила строго, но в глазах бесята играли.
— Как можно, доктор! — Делано возмутился Иванов. — Я вообще отличник. — И уже спокойным тоном добавил: — в самом деле, слабость. В туалет хожу, держась за стенку.
Доктор обследовала его очень скрупулезно. Даже пальцем нос заставила достать и сердцебиение посчитала. Сердцебиение тоже оказалось аномально медленным. Сорок два удара в минуту.
— Может тебя в больницу на обследование положить? — Как с взрослым принялась советоваться доктор.
— Само пройдет через несколько дней. Сегодня уже лучше, чем вчера вечером было.
— Ну, смотри. Если почувствуешь вдруг ухудшение, сразу скорую вызывай.
Доктор вышла из комнаты, но далеко не ушла. В коридоре ее мама Сашкина атаковала. Похоже, успешно, поскольку в комнату к сыну та зашла, держа в руках еще два рецепта. Это в дополнение к тем трем, что тетя-доктор самому Сашке вручила.
Сон больше не шел, ночью выспался, а от бесцельного лежания в постели странные мысли заводятся. Вот и Сашку тоже осенило: дух говорил, что он развивается только в результате побед над собой и окружающими. Причем, чем крупнее победа, тем значимее будет развитие. Победить самого себя и отжаться, когда руки едва до уровня лица поднять удается — это ведь будет крупной победой считаться?
Задумано, сделано. Отжаться-то он смог, аж три раза, вот только на то, чтобы с пола подняться, сил совсем не осталось. Так и лежал на полу, со страхом ожидая, что вот-вот в комнату войдет мама и устроит страшный скандал. Как бы, в самом деле, в больницу с перепугу не отправила.
К счастью, немного сил накопил раньше, чем это произошло. Поднялся, опираясь на подрагивающие руки, и в кровать снова улегся. Смех смехом, а показалось, что после этих отжиманий, его состояние на поправку пошло быстрее.
Всего неделю провел на больничном. В конце этого срока уже отжимался, как ни в чем, ни бывало, и после свободно поднимался на ноги. А накануне выписки объявился, наконец, и запропавший дух.
«Информация о результатах соревнований, в самом деле, где-то затерялась. Есть шанс, что еще кто-нибудь из мира спорта пожелает пригласит тебя тренироваться у него. Впрочем, почти наверняка, он уже опоздал. Тренер из Новосибирска, отправленный за тобой, в настоящий момент уже сел в поезд. Так что, завтра жди гостя». — Отчитался дух о результатах своего путешествия.
«Сам-то как? Сильно ослаб»? — Проявил Сашка дружеское участие к состоянию друга.
«Терпимо. Вот если бы ты не вписался, тогда, да, рисковал вообще развеяться. Только не паникуй, шансы на это были совсем мизерными». — Тут же поправился оговорившийся дух.
Похоже, и дух соскучился не меньше Сашки. Проболтали с ним до самой ночи. Сашка из разговора много нового узнал об особенностях духовного плана, где эти духи себе новый дом построили. Новый, потому что раньше, до собственноручно вызванной эволюции, они были обычными существами из плоти и крови. В результате трансформации, в каких-то аспектах ушли невообразимо далеко вперед, а в каких-то вынуждены для хоть какого-то развития, подсоединяться к другим разумным существам. Правда, так кардинально объединяться, как они с Сашкой, редко кто рисковал.
В понедельник отправился в школу. Математичка ему очень обрадовалась. Приближалось время очередной школьной олимпиады. Только в этот раз Сашка наотрез отказался:
— Простите, Надежда Алексеевна, боюсь я не смогу принять участие в этой олимпиаде поскольку буду отсутствовать в школе.
— Почему это ты будешь отсутствовать? — Подозрение в голосе учительницы можно было черпать ложкой. Явно решила, что Сашка просто не хочет в очередной раз время терять или вообще заподозрила, что мстит за то, что на областную олимпиаду другие вместо него поехали.
— Вот увидите, Надежда Алексеевна. Все будет, как я сказал. — Не стал вдаваться в подробности парень.
— Я все же запишу тебя. Вдруг так случится, что ты никуда и не исчезнешь от нас.
Ну, ну. Главное, Сашка предупредил.
С последнего урока Иванова вызвали в кабинет директора. Парня провожала полнейшая тишина. Как на казнь. Редкое это дело, когда к директору вызывают и обычно, ни к чему хорошему такой вызов не ведет.
В кабинете, кроме самой директрисы присутствовал невысокий скуластый, сухощавый мужчина в темно коричневой дубленке. Понятно, это у них тут еще зима с осенью борется, а в Сибири уже давно морозы трещат вовсю. Там дубленка — первейшая одежда.
— Вот, Иванов, по твоему поводу приехал товарищ…, - Она замялась, запамятовав, как зовут приехавшего гражданина.
— Тимур Мансурович. — Пришел на выручку директрисе приехавший.
— Да, Тимур Мансурович приехал, чтобы пригласить тебя в Новосибирскую школу олимпийского резерва.
— Я согласен. — Ни секунды не раздумывая, ответил парень.
По-видимому, их директор не ожидала столь быстрого согласия, а, скорее всего, вообще была уверена, что ее ученик, спортсмен и умница, останется в родной школе, поэтому тут же заюлила:
— Саша, ты не можешь так быстро принимать столь ответственного решения. Это очень важный шаг, его нужно хорошенько обдумать, посоветоваться с родителями.
— Полностью с вами согласен, Маргарита Федоровна, — с самым серьезным видом заявил ученик. — Поэтому я приглашаю Тимура Мансуровича прямо сейчас к нам домой. Дома мама, пусть они с ней обсудят мои перспективы по учебе в Новосибирске.
Что оставалось делать директрисе, согласилась. Сашка сразу и повел тренера прямиком к выходу из школы, от последнего урока всего минут пятнадцать оставалось, не возвращаться же.
— Мама, у нас очень важный гость! — Еще с порога позвал он родительницу, которая, усыпив дочку, возилась с готовкой на кухне.
Разговор состоялся серьезный. Мать выспросила все про условия учебы и жизни в интернате, обсудила возможные перспективы для сына в будущем и, вроде, согласилась, но оставила окончательное решение до возвращения с работы мужа. Похоже, Тимур Мансурович и не рассчитывал вот так, с порога, согласие получить. С готовностью собрался и отправился в поселковую гостиницу на постой устраиваться. Директор спортинтерната велел ему без перспективного подростка не возвращаться.
Вечером очередной
