— Я ведь жить без тебя не могу, как глаза закрою, вижу твои губы, волосы, твое тело — всю-всю. Каждый день звонил…
Сергей прижал Наталью к себе, и она вновь почувствовала, как этот человек полностью властвует над ней. Все ее дела и даже отношения с дочерью откатились куда-то далеко, стали мелкими и незначительными. Был только он, его сильные руки, крепкое тело, лицо, чуть окающая речь. И эти долгожданные для каждой женщины слова: «Я не могу без тебя жить». И она, как девчонка, зарылась в его теплые объятия, ставшие для нее близкими, родными и самыми главными в холодной, одинокой женской судьбе.
17
Голубой снег искрился на солнце, отражаясь в глазах Насти и Симоны. Они стояли у подножия высоченной горы, наблюдая в бинокль, как Тенгиз готовится съехать с вершины.
Движущийся слаломом снежный вихрь принес с собой целого и невредимого Тенгиза. Он виртуозно подъехал к девушкам.
— Боже, я так боялась, что ты переломаешь руки и ноги, — с облегчением выдохнула Симона.
— Нэ надейся, тебе не представится возможность увильнуть от свадьбы! Ты обречена! Я вырос в горах. Это моя стихия. Предлагаю прокатиться. — Тенгиз показал рукой на широкие лыжи. — Кто смелый?
Девушки замотали головой.
— Тогда поехали к Игорю. — Тенгиз снял лыжи, и все втроем направились к ярким кабинкам фуникулера. Там уже собрались желающие подняться в поднебесье швейцарского курорта.
В кабине, мягко плывущей над ущельем, Настя старалась не смотреть вниз — кружилась голова. Она боялась высоты, нервничала от предстоящей встречи с Игорем. Но шумная разноязыкая толпа загорелых лыжников, пьянящий горный воздух отвлекали от грустных мыслей.
…Когда Тенгиз предложил ей поехать к Игорю, который с Симоной находился в Швейцарии, заканчивая свои дела по оформлению наследства, Настя поначалу категорически отказалась. Ей представлялось неудобным гоняться за мужчиной. Но Тенгиз с Аленой уговорили ее.
— Тенгиз обставит все так, будто ты решила пару дней провести на горнолыжном курорте, а они с Симоной присоединяются к тебе, — убеждала опытная подруга.
Настя с сомнением качала головой.
— Все вполне правдоподобно, — настаивал Тенгиз, — у нас предсвадебное путешествие.
— А Игорь как же? — не поняла Настя.
— Симона вытянет Игоря на выходные из Женевы. Я с ней уже договорился. Там до гор рукой подать. Нужно же использовать такую возможность! Он же хотел поработать над пейзажами…
Когда лыжники шумной толпой вывалились из кабинки, Симона махнула рукой, показывая на Игоря, который разместился с мольбертом на отдаленном пятачке. Поблизости находилась деревянная веранда, где, развалившись в шезлонгах, загорали отдыхающие. Художник сосредоточенно работал, не обращая внимания на музыку, доносившуюся из усилителей, и общий гомон.
— Тебе сюрприз! — воскликнул подкравшийся сзади Тенгиз и подтолкнул смущенную Настю к другу.
Развернувшись и увидев троицу, Игорь выронил от неожиданности кисть.
— Ты… — глядя на Настю, пробормотал он.
— Да вот Тенгиз пригласил… — стараясь казаться естественной, пролепетала девушка, и не зная, что говорить дальше, замолчала.
Тенгиз потянул Симону за рукав.
— Пойдем, — шепнул он ей. Но, сделав несколько шагов, обернулся. Игорь с Настей продолжали стоять друг против друга, застыв, как две ледяные скульптуры. — Э, вы что — изваяния? Так замерзнете и свалитесь вниз! У нас тут времени полтора дня! Переживания откладываем на потом! Сейчас все разбегаемся и готовимся отмечать…
«Случайную встречу», — очнувшись, подумал Игорь и с легким укором посмотрел на друга.
— Конечно же, это твоя очередная выходка, Тенгизик?
— Не совсем. — Настя покраснела, но честно решила не подставлять Тенгиза. — Я тоже принимала в этом участие.
Игорь недоверчиво посмотрел на девушку.
— А Наталья в курсе?
— Да-да, в курсе, — ответил за Настю Тенгиз. — Мама очень рада.
— Так я тебе и поверил, — буркнул Игорь, складывая треножник. Он помнил неприятный разговор с Натальей перед его отъездом из Венеции. Он нанес ему тяжелую обиду, задел его самолюбие. «Уеду и постараюсь все забыть! — твердо решил тогда Игорь. — Мечтам конец!»
Мысль о том, что неутомимый Тенгиз не мог оставаться счастливым в одиночку и поэтому уговорил Настю прилететь сюда, навязчиво лезла в голову.
За окнами высокогорного ресторана кружили огромные хлопья снега. На столах горели красные свечи, обрамленные темно-зелеными еловыми веточками.
Настя шла между рядами нарядно одетой публики. Посетители провожали ее восхищенными взглядами. Короткое бархатное платье цвета сапфира подчеркивало броскую красоту девушки. В небольшом вырезе на груди поблескивал изящный медальон. Непослушные волосы, подколотые на макушке, придавали ей взрослость и уверенность. Ловя на себе пристальные взгляды мужчин, Настя хотела нравиться, но… только одному. Однако ощущение того, что Игорь стал другим и как-то отдалился от нее, усиливалось с каждой минутой.
Он вежливо, но безразлично подвинул для Насти стул и сел рядом. Оправившись от болезни, художник был неотразим. Темный костюм с бабочкой удивительно подходил к стройной фигуре и светлым волосам. Его синие, как горное небо, глаза сразу вызвали интерес дам, сидящих за соседним столиком. В поисках знакомств и развлечений на дорогом курорте они откровенно строили Игорю глазки. Настя терзалась ревностью. А он, оживленно беседуя с Тенгизом и Симоной, стал поглядывать в сторону дам, пытаясь не проявлять к Насте ни малейшего интереса.
«Тем глупее выглядит мой приезд в горы», — злилась на себя девушка. Однако характер, унаследованный от матери, не позволял ей распускаться. Она старалась держаться непринужденно, шутила, смеялась, хотя на душе у нее скребли кошки.
Нервничая и пытаясь отвлечься, Настя придирчиво оглядела Симону. Вечернее блестящее платье с узким вырезом на спине очень шло француженке и сводило с ума Тенгиза.
Его черные глаза из-под густых ресниц неотрывно следили за ней. Мужчина ничего не видел вокруг и просто светился от счастья. В лучах его любви и тепла Симона расслабилась после напряженной работы. Она была рада, что денежные проблемы благополучно разрешились. Наследство, доставшееся Игорю от деда, составляло круглую сумму. Теперь художник мог жить на проценты и спокойно писать картины, которые Симона будет без спешки реализовывать с обоюдной выгодой.
Беседа за столом крутилась вокруг этого. Настя, поддерживая общий веселый настрой, в шутку клятвенно пообещала, что больше не будет принимать от Игоря подарков, дабы не наносить ущерб семейному бизнесу Симоны и Тенгиза. Звон бокалов скрепил клятву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
