Читаем без скачивания Молли Мун останавливает время - Джорджия Бинг

Ехать в машине с откидным верхом было приятно, но довольно холодно. Дасти дал Молли куртку, и девочка закуталась в нее поплотнее. Петулька взобралась к Молли на колени и высунула язык, подставив его встречному ветру. Они миновали Голливудский бульвар, а затем, набрав скорость, покатили через Западный Голливуд. Мимо них пролетали, мелькая, яркие огни ресторанов, отелей, баров. Уши Петульки хлопали на ветру.

— Любите музыку? — спросил актер.

— Обожаю, — ответил Рокки. Дасти включил радио. Заиграла музыка «кантри».

— Играешь на чем-нибудь?

— На гитаре, — ответил Рокки.

— Вы когда-нибудь бывали здесь? — Молли кивком указала на проплывающий мимо отель «Беверли-Хиллз».

— Да. Дорогое заведение. Все кругом розовое, золотое, битком набито диванными подушками. Будто очутился в коробочке с салфетками. — Дасти сосредоточил внимание на дороге, — Вон, видите здание, то, что сверкает огнями сверху донизу? Это особняк Праймо Клетса.

Молли риала дом Праймо Клетса — она видела его на фотографиях у Люси. Огромный особняк стоял на высоком холме посреди парка. Серые каменные стены и деревья освещались серебристыми лучами прожекторов. Чем выше взбиралась дорога, тем меньше было видно окружающей особняк земли. В конце концов перед путниками протянулась одна только высокая стена ограды.

Дасти подъехал к внушительным воротам, выключил музыку и показал приглашение дюжим охранникам.

— Никогда тут не бывал, — сказал он.

— Мы тоже, — откликнулись ребята.

Молли надеялась, что ее поспешное решение забраться к Клетсу в логово не было опрометчивым.

Нужно было поскорее выяснить все, что они хотели, и молить Бога, чтобы Праймо Клетс был слишком занят гостями и не обратил на них внимания.

Вслед за вереницей других машин Дасти въехал на длинную, извилистую аллею, обсаженную кедрами. Она петляла между небольших прудов, где под водой горели разноцветные фонари. На лужайках с колышущейся травой паслись целые стада чудовищных скульптурных зверей с громадными стальными челюстями, полными острых зубов. То тут, то там среди травы проплывали огоньки.

— Ценитель искусства. Представляю, какая коллекция у него в доме, — сухо заметил Дасти. — Если уж гостям неинтересно, так пусть хоть охранники у стен полюбуются. Кстати, глядя на экспонаты нашего гостеприимного хозяина, можно себе представить, каков он сам.

Дорога вывела их на усыпанный гравием двор, расположенный позади и немного выше главного здания. Служитель показал Дасти, где припарковать машину. Посреди автостоянки, в центре фонтана, высилась громадная каменная сорока, словно готовая взлететь. Из кончиков ее крыльев вырывались водяные струи.

Молли вышла из машины и огляделась, стараясь запомнить как можно больше. Внизу вырисовывались крыши, каминные трубы, окна верхних этажей главного особняка Праймо Клетса. Вдалеке, будто озеро светящегося пуха, раскинулся Лос-Анджелес. Город переливался миллионами волшебных огоньков: одни из них выстроились ровными рядами, другие смешались в сверкающую путаницу ярких красок и мигающего неона.

— Слышал, что тут необычный вид. Отсюда город похож на гигантскую компьютерную плату, правда? — сказал Дасти. Дальше путь лежал по каменной лестнице, ведущей к задней двери дома. Вдоль лестницы ярко пылали факелы.

Слева и справа благоухали цветники с розами, и повсюду громоздились знакомые стальные скульптуры. Из кустов прямо под ноги Петульке выпорхнул фазан. В самом низу лестницы их встретил сад в японском стиле с цветущими деревьями. С резного деревянного мостика свисали пурпурные пряди ароматной глицинии. Внизу, в пруду, среди широких листьев водяной лилии плавали огромные рыбы в оранжево-белую крапинку.

— Китайские карпы, — заметил Дасти, проходя через мостик. Тут Молли поняла, что она впервые в жизни оказалась в доме по-настоящему богатого человека. До чего же удивительное, наверно, ощущение — каждый день возвращаться с работы в такое роскошное место. Они прошли под аркой и очутились в круглом мощеном внутреннем дворе, где большая скульптура в виде яйца напугала их, неожиданно выбросив из верхушки фонтан оранжевого пламени. В дом вела дверь, покрытая замысловатой резьбой. Тут их приглашения проверил еще один охранник. Молли, Петулька и Рокки вошли вслед за Дасти в просторный холл с высоким потолком.

Они очутились на балюстраде, тянущейся вдоль стены. Широкая дубовая лестница вела вниз, в огромный зал с мраморным полом, покрытым коричневатыми разводами, как будто кто-то пролил на него кофе. Снизу доносилась музыка — оркестр играл джаз. Спускаясь по лестнице, Молли изумленно вертела головой. Вдаль, в глубину дома, уходил длинный коридор. По нему деловито сновали официанты, разнося по комнатам подносы с угощением и напитками.

— Пойдемте-ка поближе к центру событий, — предложил Дасти и провел ребят в парадную гостиную Праймо Клетса.

Огромная зала, откуда по случаю праздника вынесли всю мебель, была полна гостей. С потолка свисала исполинская хрустальная люстра с бесчисленными подвесками, сверкающими, будто капли росы. Квартет играл популярную песню «Ты запала мне в душу». Проходя через залу, Дасти смешно пританцовывал, виляя бедрами.

Вскоре они очутились на огромном балконе величиной с теннисный корт. Их встретил пронзительный голос:

— А, Дасти, вот и ты!

На шее у пожилого актера повисла высокая, красивая арабка в платье с красной вуалью.

— Рад тебя видеть. Хорошо веселишься? — сказал Дасти и, подмигнув, познакомил Молли и Рокки со своей подругой-режиссером.

Официант предложил ребятам фруктового пунша. Петулька подобрала с пола маслину, съела и принялась сосать косточку. Молли внимательно изучала особняк Праймо Клетса.

Дом был четырехэтажный. В окнах первого этажа были видны веселящиеся гости с бокалами шампанского и коническими фужерами для коктейлей. Глория Сердсенс обнимала Джино Туччи; Геркулес Стоун поздравлял Сьюли Шампань с вручением «Оскара»; Стефани Гулляш обменивалась приветственными поцелуями с Кингом Лоссом. Был там даже политик Гандолли, которого Молли видела на предвыборных плакатах, расклеенных по всему городу. В воздухе звенели смех и веселая болтовня. Гости наслаждались тем, что нынче вечером им довелось попасть на лучшую вечеринку в Лос-Анджелесе. Многие деловито прочесывали комнату за комнатой, стремясь поговорить со всеми самыми значительными людьми. Актеры старались очаровать режиссеров, режиссеры льстили продюсерам, продюсеры выискивали звезд, которые помогут их следующему фильму побить все рекорды кассовых сборов.

Но Молли думала только об одном: как им повезло очутиться в гостях у Клетса именно в такой вечер. Первый этаж особняка бурлил в радостном оживлении, но окна верхних этажей были пусты и темны. «Самое подходящее время для небольшой вылазки», — решила Молли.

Глава двадцать третья

Молли и Рокки допили фруктовый пунш и прошли в зал с «кофейным» мраморным полом. Дубовая лестница, по которой они спускались, была запружена галдящей толпой, а вверху, на площадке второго этажа, стояли наготове два охранника. Нет, здесь не подняться, Молли и Рокки решили сначала осмотреться внизу. С трудом протиснувшись между толстенной женщиной в золотистом комбинезоне и столь же внушительным седоусым здоровяком, они попал в комнату, где народу было немножко поменьше. Она была обставлена в ультрасовременном стиле, свет исходил от стеклянно-стальной люстры в виде спутника.

— Помнишь, что говорил Дасти, — сказал Рокки. — Глядя на коллекцию картин Клетса, мы можем составить представление о нем самом.

Слева от них висела очень странная картина в серо-зеленых тонах: обезьянка шарманщика с поводком на шее тянула за собой толпу крохотных человечков на которых не было надето ничего, кроме поводков. На противоположной стене красовался портрет самого Клетса, такой огромный, что холст закрывал почти всю стену. В зрачках его глаз, одного бирюзового, другого карего, мелькало крохотное отражение летящей сороки.

— Хотела бы я знать, где он сейчас, — прошептала Молли, и тут в комнату вошел официант с подносом. На тарелке были красиво разложены жареные крабы и стояла бутылка черного соуса.

— Что это такое? — спросила Молли.

— Крабы с мягким панцирем, — ответил официант и, заметив озадаченный взгляд Молли, добавил: — Их можно есть целиком. Особый сорт.

— Гм, спасибо, не надо, — отказалась Молли. Но Рокки все-таки взял одного.

— М-м, хрустит, — промычал он.

Мальчику очень понравилось на вечеринке; он здесь так освоился, что даже не пугался упоминания о Праймо Клетсе.

— Не думаю, что он так уж сильно заинтересовался нами. У него есть рыбка и покрупнее.

— Не хочу я оказаться у него на сковородке, — сказала Молли, глядя на проплывающее мимо блюдо с крабами.