Читаем без скачивания Интуиция (сборник) - Михаил Борисов

– Нет. Я всё прекрасно слышал. – Олег оттянул ворот рубашки, настолько захотелось выругаться. – Сегодня у нас свободный вечер.

– Тогда я поеду в сауну. Девчонки обещали отличную сауну. Чмок.

Как всегда, она прервала разговор без предупреждения. Олег так хрястнул трубкой по столу, что пластмасса брызнула в стороны. В дверь просунулась испуганная физиономия с коровьими ресницами.

– Что? – свирепо спросил Олег, и физиономия исчезла. Он прошёл к двери и распахнул её настежь. Секретарша похудела на глазах.

– Закажите мне новый телефон.

– Х-хорошо. – Она судорожно принялась перебирать бумажки, как будто на столе не было компьютера. – А… а какой?

– Точно такой же, как этот – он кивнул на обломки. И добавил контрольный в голову: – Только целый, пожалуйста.

На неприятности у Олега было чутьё с самого детства. Достаточно острое чутьё. Поначалу он не отдавал себе в этом отчёта – просто успевал улизнуть до того, как они, неприятности, должны были начаться. Ему ничего не стоило вдруг бросить в самом разгаре футбол во дворе и сбежать за минуту до того, как мяч влетал в соседское окно. Во дворе его считали везунчиком и относились с лёгким подозрением – в рискованных мероприятиях он никогда не участвовал. Почти никогда.

Однажды он чуть было не стащил у приятеля многоцветную шариковую ручку. Став взрослыми, люди забывают, какой бывает жажда обладания – странная тяга, почти мания, гораздо больше похожая на любовь, чем на зависть. Ручка была безумно хороша; Олегу она даже снилась. Ему было неприятно, как Серёга обращается с ней – бросает где попало, один раз чуть не наступил ногой. Олег едва не вскрикнул. Он бы никогда такого не допустил. Он бы хранил это сокровище в укромном месте, изредка прикасаясь к нему ради удовольствия. Он представлял себе, каким свободным и размашистым станет у него почерк, когда он возьмёт её в руки… На большой перемене, когда класс умчался в столовую, Олег вернулся и запер за собой дверь. Сглотнув, он на дрожащих ногах подошёл к парте и подёргал замок Серёгиного портфеля. Не решаясь заглянуть внутрь, засунул руку и нащупал вожделенную ручку в тоненьком кармашке. Как только пальцы коснулись её, он замер.

Он вдруг очень ясно понял, что не сможет сохранить в тайне обладание этим предметом. Не потому, что проболтается одноклассникам, нет, всё должно было произойти иначе… Он почувствовал вдруг, что ручку случайно найдёт мать, и она не постесняется прийти в школу и навести справки. Бесславие и позор, которые наступят неизбежно, ошеломили его, и он отдёрнул руку, словно обжёгшись. Всё это промелькнуло перед глазами в один миг. Олег сразу поверил, что именно так всё и произойдёт, настолько резким было впечатление.

Трясущимися руками он открыл дверь и вышел в коридор. Вряд ли он тогда понял, что случилось. Но вкус ещё не случившихся событий запомнил надолго.

Постепенно он это ощущение осознал и привык к нему. Иногда удивлялся – неужели остальные не чувствуют, что в случае того или иного поступка обязательно случится что-то неприятное? Потом перестал удивляться, приучив себя обходить расставленные ловушки. На экзаменах выбирал самые простые билеты – достаточно было прикоснуться к ним рукой, и всё становилось ясно. Репутация везунчика только укрепилась, и никто не знал, что везение – обратная сторона предусмотрительности. У Олега словно появился наставник, время от времени говоривший «нельзя».

Как оказалось, очень многого в жизни можно добиться, если просто не ввязываться в истории. Правда, путь наименьшего сопротивления был не так прост, как может показаться. Иногда приходилось поступать вразрез с собственными желаниями. В институте, куда он с лёгкостью сдал вступительные, ему понравилась бойкая девчонка с параллельного потока. После пары месяцев знакомства он пригласил её домой и познакомил с матерью. Мать, конечно, отнеслась к ней прохладно – Татьяна Алексеевна вообще ни с кем не допускала панибратских отношений, не делая исключения и для собственного сына. Она всегда ставила перед ним планку выше той, которую он мог взять. Девочка это поняла и не обиделась, по натуре она была вполне покладистым человеком. Олег надеялся, что мать со временем оттает. Всё шло к женитьбе, но однажды он почувствовал неясную тревогу. К этому времени он вполне полагался на ощущения и знал, что колокольчик просто так не зазвонит. Какие-то неприятности должны были произойти – скорее всего не сейчас, а в отдалённом будущем. Но неприятности ни в каком виде его не устраивали. Помучившись пару недель, он всё-таки разорвал отношения.

Подружку он увидел пару лет спустя – она стояла, покачиваясь, с бутылкой пива возле автобусной остановки. Юбка не прикрывала ничего, зато блузка была с рукавами до самых кистей – и это в тридцатиградусную жару. Олег перешёл на другую сторону улицы, старательно разглядывая витрины.

Женился он на четвёртом курсе. Ольга была милой, не слишком ветреной, не слишком домашней. Главное – Олег чувствовал, что от неё не пахнет проблемами, и это ему очень нравилось. Мать, кажется, даже была довольна – невестка умела держаться со светским достоинством, когда это было необходимо. Кроме того, «Олег и Ольга» звучало очень романтично.

Поначалу жили в однокомнатной квартире, которую снимали на деньги матери. Тесть Олега молодую семью не баловал – с точки зрения человека военного, не служивший юнец мало на что годится, даром что безотцовщина. Но Олег вёл себя уважительно, никогда ни о чём не просил, к жене был по-настоящему ласков и вскоре после выпуска с отличием тесть пристроил его в крупную компанию, которой руководил приятель, отставной полковник какой-то из спецслужб.

Олег попал в отдел аналитики и прогнозирования. Вот здесь он почувствовал себя как рыба в воде – освоившись с обстановкой, сделал несколько весьма точных прогнозов, чем позже заслужил внимание руководства.

Начальник отдела поначалу от Олега отмахнулся – он был математиком, а не политиком и доверял цифрам. Выкладки вернул Олегу с визой: «Липа. Больше работать с материалом». Дата. Подпись.

Олег только пожал плечами – он и так прекрасно понимал, что сёрьёзной проверки сделанная им работа не выдержит. Он полагался на собственное чутьё больше, чем на исходные данные, и поэтому просто подогнал задачку под ответ. Оставалось только ждать – один из прогнозов был на два месяца вперёд.

Когда через два месяца рынок дрогнул и повернулся в предсказанную им сторону, Олег вернулся к этому вопросу, выложив начальнику на стол зарезанный прогноз. Начальник смущённым не выглядел – и не такие случаются совпадения, а вот неточности в цифрах – это, батенька, кощунство. Второй сбывшийся прогноз его уверенности тоже не поколебал. Олег почувствовал, что работает впустую.

Тем временем рынок тревожно пошевеливался. Назревало что-то большое, Олег это ясно чувствовал. Ситуация его беспокоила, хотя он, как обычно, не мог обосновать причины беспокойства. Для него ощущение было привычным. Он доверился предчувствиям, как уже привык делать, и постарался защитить свои небольшие средства. Когда эта работа была сделана, он собрался с духом и записался на приём к самому шефу.

Внимательно выслушав все выкладки запинающегося Олега, шеф побарабанил пальцами по совершенно пустому столу и сказал с непонятным сожалением:

– Эх, мальчик, тебя бы тогда к нам… А теперь что? Деньги, только деньги… Ладно, иди, работай.

Шеф давно знал о том, что должно было произойти на рынке, и принял необходимые меры. Но он прекрасно понимал, что одно дело – знать, имея достоверные данные сверху, а совсем другое – вот так, вслепую, прочитать и просчитать ситуацию. Когда-то людей с такими способностями быстренько зачисляли на государственную службу… Кроме того, Олег изложил ему ещё один вариант развития событий, который на первый взгляд выглядел совсем невероятным, но… Шеф знал не понаслышке, что раз в год стреляет и незаряженное ружьё. Он потыкал пальцем в кнопки мобильника и развернулся вместе с креслом к окну, из которого был виден проспект.

– Сан Николаич? Здравствуй, дорогой. Сдаётся мне, кое-что мы с тобой упустили – или ты решил без меня втихую сработать, старый мошенник… Конечно, не по телефону. Нет, давай через два, я подъеду – побродим, поговорим…

Через неделю, когда страна сходила с ума, Олег получил толстый конверт и место начальника отдела. Математика задвинули куда-то на периферию – за недальновидность. Олег вступил в должность, чувствуя за спиной шёпоток и любопытные взгляды. Набравшись терпения, он в течение года под разными предлогами уволил всех своих бывших сослуживцев и только тогда вздохнул спокойно. Для вновь нанятых сотрудников он был боссом с самого начала.

Вначале пришлось работать за троих – новый отдел был сыроват. Там, где не хватало информации, Олег откровенно полагался на чутьё, другого выхода у него не оставалось. К тому же он предусмотрительно оставил пару вакансий на случай, если руководство захочет пристроить кого-то из своих, и сам компенсировал недостаток сотрудников.