исключили за шалости. Затем он поступил в воронежскую гимназию, а после окончания ее в 1833 году – в Харьковский университет. Состав профессоров там на историческом отделении в это время был тусклый. Костомаров начал было самостоятельно заниматься классической древностью. Положение переменилось, когда в 1835 году на кафедру всеобщей истории был назначен даровитый Михаил Михайлович Лунин (1809–1844), окончивший Дерптский университет и там получивший степень доктора философии.
Костомаров с жаром отдался изучению истории. Костомаров научился украинскому языку и написал под псевдонимом несколько сборников стихотворений, оригинальных и переводных. Охваченный своим новым настроением, а также под влиянием лекций Лунина Костомаров начал вырабатывать свой новый взгляд на историю. Суть его понимания исторического процесса состояла в противоположении народа и его духовной жизни государству как внешней силе.
Но не одними только историческими занятиями был он в Харькове увлечен. Харьков был в это время культурным центром левобережной Малороссии. Костомаров очутился в романтической атмосфере раннего славянского и украинского возрождения. Издавались литературные журналы и альманахи на украинском языке. В них принимали живое участие популярный украинский поэт, профессор Харьковского университета П. Артемовский-Гулак и молодой (впоследствии знаменитый) славист Измаил Иванович Срезневский.
Срезневский издал двенадцать выпусков этнографических материалов о казаках под названием «Запорожская старина» (1833–1838) (думы и песни).
В 1840 году Костомаров выдержал магистерский экзамен, а через три года защитил магистерскую диссертацию «Об историческом значении русской народной поэзии». После этого он начал писать исследование о Богдане Хмельницком для докторской диссертации.
В 1846 году совет Киевского университета выбрал его преподавателем русской истории. В Киеве Костомаров сблизился с кружком молодежи, как и он сам, увлеченной мыслями о народности и народной поэзии и мечтами о славянской федерации. Во всех частях федерации предполагались одинаковые законы и право, свобода торговли и отмена крепостного права.
В этот кружок (получивший название Кирилло-Мефодиевского братства) входили, кроме Костомарова, писатель Пантелеймон Кулиш, профессор Н. И. Гулак, студент Василий Белозерский, художник Тарас Шевченко и еще несколько человек.
Весной 1847 года существование братства сделалось известно властям. Все участники собраний были арестованы.
Костомаров был посажен в Петропавловскую крепость, но через год выпущен и выслан в Саратов, где был принят на службу в одной из канцелярий под надзором полиции. Ему была запрещена преподавательская деятельность и запрещено печатать его сочинения.
Костомаров продолжал писать свой труд о Хмельницком и начал новую работу о внутреннем быте Московского государства XVI–XVII вв.
В 1856 году с него был снят политический надзор и отменено было запрещение печатать его сочинения. Съездив за границу, Костомаров вернулся в Саратов, где написал свой труд «Бунт Стеньки Разина».
Весной 1859 года Костомаров был приглашен Петербургским университетом занять кафедру русской истории.
Началась наиболее творческая пора его жизни и период наибольшей его популярности.
В 1859 году были напечатаны «Богдан Хмельницкий» и «Разин».
Костомаров читал курс по древней русской истории. Лекции Костомарова в университете пользовались неслыханным успехом, привлекая массу студентов и посторонних слушателей. Сам Костомаров так формулировал свою основную идею: «Вступая на кафедру, я задался мыслью выдвинуть в своих лекциях на первый план народную жизнь в ее частных проявлениях… Русское государство складывалось из частей, которые прежде жили собственной независимой жизнью, и долго после того жизнь частей высказывалась отличными стремлениями в общем государственном строе. Найти и уловить эти особенности народной жизни частей Русского государства составляло для меня задачу моих занятий историей».
В эту же пору Костомаров был избран членом археографической комиссии и предпринял издание актов по истории Малороссии XVII века. В том числе он выпустил девять томов «Актов, относящихся к истории Южной и Западной России».
Помимо своих лекций в университете Костомаров и несколько других профессоров организовали в помещении Городской думы публичные лекции, известные в то гдашней печати под именем Вольного университета. К ним вскоре присоединился профессор Платон Васильевич Павлов (1823–1895), который только что был приглашен в Петербургский университет на вторую кафедру русской истории.
В начале 1862 года Павлов произнес в Вольном университете речь о тысячелетии России (считая от Рюрика). Павлов стоял за дальнейшее развитие крестьянской реформы и опасался влияний реакционного дворянства на Александра II. Закончил он свою речь словами: «Россия стоит теперь над бездной, в которую мы и повергнемся, если не обратимся к последнему средству спасения, к сближению с народом. Имеющий уши слышать да слышит».
Правительственные уши услышали, Павлов был лишен кафедры и сослан в Ветлугу. Комитет Вольного университета решил в виде протеста против высылки Павлова прекратить чтение лекций.
Костомаров отказался этому подчиниться. Он считал, что необходимо сохранить, пока возможно, свободу слова и преподавания. На следующей же его лекции публика встретила его враждебно и подняла такой шум, что ему пришлось прекратить лекцию. Дальнейшие лекции были запрещены администрацией.
8 февраля 1861 года, на годичном акте Петербургского университета, Костомаров должен был произнести речь об умершем перед тем Константине Аксакове, но по распоряжению Министерства народного просвещения она была отменена.
Студенты, среди которых уже появились революционные настроения, устроили скандал. Университет был закрыт на неопределенное время. Решено было выработать новый университетский устав.
Костомаров вышел из состава профессоров. В 1863 году его пригласил на кафедру Киевский университет, в 1864-м – Харьковский, в 1869-м опять Киевский, но Министерство народного просвещения запретило ему принять эти приглашения, так как его политическая благонадежность была заподозрена главным образом благодаря нападкам на него М. Н. Каткова в «Московских ведомостях». Катков, в молодости либерал, сделался воинствующим националистом после польского восстания 1863 года.
Костомаров теперь мог вплотную заняться писанием своих исторических трудов. В 1863 году вышел его выдающийся труд «Северорусские народоправства» (Новгород, Псков, Вятка), основанный на его лекциях в Петербургском университете, через три года в «Вестнике Европы» появился другой его значительный труд, «Смутное время Московского государства», затем последовало его сочинение «Последние годы Речи Посполитой».
В 1875 году Костомаров женился на А. Л. Кисель, урожденной Крагельской. С ней у него был роман в юности. Она приехала к нему в Киев, чтобы выйти за него замуж весной 1847 года, как раз ко времени его ареста по делу Кирилло-Мефодиевского общества. Впоследствии она вышла замуж за другого, а теперь с ним соединилась.
Параллельно с другими трудами неутомимый Костомаров написал ряд монографий по истории Украины в продолжение «Богдана Хмельницкого». Он начал с «Гетманства Выговского» и постепенно дошел до «Мазепы и мазепинцев». Эти работы были основаны на напечатанных (частью им же) документах по истории Южной и Западной Руси.
В 1874–1876 годах появилось два тома его «Русской истории в жизнеописании ее важнейших деятелей» – яркие характеристики их.
