Читаем без скачивания Князь Палаэль. Становление - Владимир Снежкин

– Он же должен был понимать, что мы пошлем вместо моей дочери другую жрицу, – выразила свое мнение Асутиролса. – Тогда каков смысл этого убийства? Хочет, чтобы вы ринулись мстить Палаэлю?

– О-о-о, – злобно протянула Ллос. – Он мастер интриги. Наверняка что-то задумал не столь банальное. Единственно могу сказать точно, все его действия будут направлены против меня. Буду пытаться его обнаружить по другим каналам. Как только отряд жриц прибудет к храму, активируй артефакт Призыва. Я должна там присутствовать в реальном слое.

– Великая, ты хочешь сделать аватарой одну из жриц, следующих сейчас в составе отряда?

– Да. Я должна своими глазами увидеть те развалины. И еще раз напомни Сиралосе, пусть не скрывается долго под чужой личиной от Палаэля. Рано или поздно он скинет оковы ограничителей, когда она окажется рядом. Только они мешают ему рассмотреть маскировку, наложенную мной.

– Считаете, будет хуже? – спросила Асутиролса. – У меня сложилась впечатление о его наплевательском отношении к окружающему.

– Никому не нравится быть обманутым, – отрезала Ллос.

– А как быть с Раксалоной? Ее же тоже надо теперь отправлять в университет. Или открыть информацию о Сиралосе другим матерям?

– Ни в коем случае. Мы так и не нашли, каким образом он добывает информацию. Поняв, что не достиг цели, он будет выдумывать новые варианты. К тому же он вполне способен сообразить о моих догадках относительно его личности. Нам это ни к чему. Пусть думает, что все прошло удачно. Отправляй Раксалону. Пусть Сиралоса не раскрывается перед ней. Поняла?

– Да, Великая, – склонилась Асутиролса.

Ллос прикрыла глаза, и в зале повисла тишина.

– Нужно подтвердить его ожидания, – произнесла она, не открывая глаз.

– Ожидания чего, Великая?

– Он, зная мой характер, предполагает необдуманные действия с моей стороны. Поэтому необходимо внешне показать мое бешенство, вызванное убийством одной из моих жриц. Заодно и Палаэлю наглядно продемонстрирую, что преждевременно поставил себя на одну ступень со мной.

– Обидится, когда выяснит о вашей изначальной осведомленности относительно его непричастности к убийству. Отыграется на Сиралосе.

– Не будет он над ней издеваться, – с уверенностью произнесла богиня. – Характер слишком мягкий. Будь он жесток, то ей пришел бы конец за одну попытку нанести удар плетью, которую она предприняла, находясь в гостях. И поделом! Кстати, вполне возможна причастность Ваэрона к появлению у Палаэля мысли об атаке на мой храм. Надо эту идею немного позже ему подкинуть. Замечательно будет, если получится стравить их между собой.

– Великая, а как ты собираешься показать свое бешенство? – не удержавшись, полюбопытствовала Асутиролса, в голове крутившая эту мысль богини.

– Ударить по нему. Тем более все мое естество этого требует. В предыдущую нашу встречу последнее слово осталось за ним, и сейчас наступил подходящий момент сказать свое.

– В университете он мог создать… – начала жрица, но была перебита смешком Ллос.

– В университете? – скривила она губы. – Он сейчас на побережье. И как раз в том месте, где выход в реальный слой представляет для меня наименьшую проблему. Весьма удачно. Карта миров, врученная ему в прошлый раз, с которой он не расстается, показывает мне его текущее местоположение. Думаю, пора нанести ему визит вежливости.

Голова медленно растаяла в воздухе.

Много лет спустя.

Из записей покойного графа Кристофа Лабросского

«…и понял я тогда: не обычный маг с нами путешествовал, но настоящий бог. Волна, поднятая им, несла его навстречу той, другой сущности, от которой он надеялся убежать, да не получилось. Поднявшись в воздух на достаточную высоту, когда гребень волны оказался ниже нас, мы ахнули, увидев сплошную черную стену, надвигающуюся на нас с берега. В ней сверкали гигантские молнии, своими вспышками освещавшие летевшие в этой черноте деревья, вырванные с корнем еще там, на берегу, и целые скалы, проносившиеся, точно маленькие камешки. И ниже, под этой чернотой, вздымалась масса воды, пусть и уступавшая по высоте той, что поднял наш старик, но не намного. Это все шло на нас, заставив чувствовать себя маленькими жучками перед разбушевавшимся великаном.

В той черной стене мы разглядели маленькую фигуру, горевшую красным демоническим пламенем. Сущность, возжелавшая убить нашего Непуна.

Столкновение было ужасным. Яркая вспышка лишила нас на некоторое время возможности видеть, а раздавшийся следом гром – возможности слышать. Наш пузырь, в который бог заключил корабль, метало из стороны в сторону в диком хороводе разбушевавшихся стихий. Мы старались удержаться на корабле, хватаясь за все конструкции, но тщетно. Если бы не пузырь, мы бы погибли в морской пучине.

Тьма, царившая вокруг, периодически разбивалась ярким светом. В эти моменты мы видели исполинские полосы сплошного мрака, изгибающиеся словно живые. Пару раз нас накрывали огромные волны. В купол то и дело попадали обломки скал, и мы думали, что все, конец. Но они лишь откидывали нас далеко в сторону.

Сколько все это продолжалось, сложно сказать. Для нас пролетела целая вечность. Если честно, то я в какой-то момент перестал надеяться на спасение. В битвах богов смертные не выживают. И мы бы, наверное, не выжили, не появись еще одна сущность.

Я поначалу не понял, что произошло. Просто вдруг все успокоилось: волны опали, тьма рассеялась, ветер стих. Мы сперва увидели нашего старика, лежащего на волнах. Он слабо шевелил руками, стараясь что-то совершить. Недалеко от него стояла та фигура, до сих пор горевшая красным пламенем. Но она даже не смотрела в сторону Водяного, обратив внимание куда-то вверх. Проследив за взглядом, мы увидели огромного паука, верхняя часть которого была телом обычной женщины. Только вид злой.

– Ллос! – воскликнули тогда сразу несколько членов команды. – Сама Ллос явилась!!!

Да-да, это было так. В бой, точнее в его окончание, когда неизвестная сущность собиралась добить Водяного, вмешалась богиня страшного народа дроу.

До сих пор гадаю, почему? Она что-то прошептала, и с ее рук сорвалось черное пятнышко, устремившееся к сущности. В полете пятнышко быстро увеличилось до черного шара размером с нашу галеру. И этот шар взорвался, не долетев до красной фигуры. Не знаю, по какой причине, но мы все лишились чувств. Очнулись уже на берегу. Светило стояло в зените. Полный штиль. Ничего не напоминало о происшедшем, и если бы не лежащие вокруг обломки корабля, то я бы подумал, что мы все тогда спустились на берег да напились до галлюцинаций.