его обитателями, − многозначительно глянул он на Лорика.
− Генерал, вы чудовище! — выкрикнула она.
− О! Мы опять перешли на официальный тон, − криво улыбнулся герцог. — И правильно. В стае не следует фамильярничать со своим вожаком.
− Ты сравниваешь меня с животным!? — взвилась Бригитта.
Волфуорт лишь рассмеялся и подтолкнул ее в сторону дома с милыми желтыми рисунками.
Предвечерние сумерки расцветились огоньками птичьего оперения, и сейчас все избы поселка походили на пряничные домики. Воспоминание непрошенной вспышкой напомнило герцогу о том, что он запрещал себе вспоминать.
Чарон подождал, когда девушка скроется в доме, и только после этого собрался войти в свое временное пристанище.
Его остановил медвежий рык.
− А ты чего тут сидишь? — укорил он увальня. — Я тебя кофеем поить не собираюсь.
Медведь еще разок рыкнул и поднял переднюю лапу.
− Ты что, собака что ли, лапу мне давать? — удалось хищнику таким незатейливым жестом прогнать мимолетную грусть из сердца Чарона. − Не медведь, а недоразумение сплошное, − возмутился герцог, но мохнатую лапу все-таки пожал.
Он ожидал столкнуться с затхлостью, грязью, скудостью обстановки лесного домика и был приятно удивлен не столкнуться ни с чем из своих опасений. Светелка оказалась чистой со всем необходимым набором мебели и даже с наличием на стене пейзажной картины, выполненной исключительно в зеленых красках. Пахло в помещении сосновыми шишками. Красно-черный цветок в камине согревал деревянный брус. Вересковые камешки, уже виденные им в лесу, хорошо освещали пространство.
Герцог сложил все личные вещи своего предшественника в комодные ящики. Перестелил на постели свежее белье, благо оно обнаружилось в тех же ящиках и с некоторой опаской заглянул в помывочную. Но и тут все выглядело вполне приемлемо. Широкая бочка-лохань, краник, подающий воду из подземного колодца и лепестки красного цветка тепла для нагрева воды.
Чарон позволил себе принимать ванну чуть дольше, чем планировал. Усталость этого дня давала о себе знать, а вода удивительным образом обволакивала его успокаивающим цитрусовым ароматом мелиссы.
Интересно, Бригитта тоже сейчас купается? — вот совсем не собирался о таком думать, а как-то само собой получилось. Он постарался отогнать от себя красочные картинки. Слишком красочные. И слишком навязчивые!
Герцог с шумом выбрался из теплой воды, с силой обтерся толстым махровым полотенцем, натянул штаны для сна и единым махом выпил стакан воды. Тоже повод для душевного спокойствия — в доме имелся графин, наполненный, судя по вкусу, родниковой водой.
Он умел засыпать быстро. Такому учит война. И просыпаться от любого шороха тоже учит война. На этот раз среди ночи герцог проснулся не от шороха, а от криков за окном.
− Ну что за сумасброды? — с недовольством глядел Чарон на прыгающих в нелепом танце скаженных. — Пора наводить порядок! — накинул он дубленку на голый торс, влез в сапоги и походкой уверенного в себе человека направился к сборищу танцоров.
Мороз ночью усилился и ощутимо холодил открытые участки тела, но герцога подгоняла злость разбуженного человека, и даже стужа была ему сейчас нипочем.
− Что тут происходит? — вклинился он в группу кричащих и размахивающих руками скаженных.
− Да дед наш, будь он неладен, − отозвался на окрик герцога повар Хемери, − опять улей перевернул. Пчелы на него накинулись, Геральд по домам и побежал. Теперь пчелы всех жалят.
− Улей? Пчелы? Зимой? — озадаченно спрашивал Волфуорт. — Я думал, они, как и берложник, спать должны.
Лорик увязался за герцогом и теперь зарывался в сугробе, спасаясь от жалящих насекомых.
− Нет, − опроверг предположение Чарона повар. — Они не спят зимой, в кокон сбиваются и так холода в ульях пережидают.
− Ясно. Чем их обратно в улей приманить? — взял герцог ситуацию под контроль.
− Малина — самое лучшее слабительное средство. Особенно, когда в ней прячется медведь, − вдруг выдал Хемери.
Чарон сердито глянул на здоровяка. Он-то думал, что тот вполне нормальный, а оказывается и у повара не все дома.
Но все же именно дурная фраза Хемери помогла справиться герцогу с ситуацией, загнать пчел в улей и разогнать скаженных по домам.
Лорик-то вовсе не от пчел спасается, − дошло до него. Вряд ли эти создания могут причинить вред толстокожему зверю. Медведь просто-напросто выкапывает из сугроба очередной чудо-цветок, который растет без корней и стебля и никогда не увядает. А для пчел этот цветок чем-то привлекателен, вот они и роятся вокруг косматого.
− Молли, − встряхнул герцог прыгающую эльфийку, − где находится пасека с ульями?
− Ой! — заморгала рыжая. — Мужчина!
Чарон едва удержался от крепкого словца, отпустил ушастую и выхватил из свары Арлетту.
− Где находится улей? — спросил он женщину.
Не знал ведь еще, что помощница повара все забывает.
− Улей? Ах, улей! — обрадовалась Арлетта. — Надо в погребок идти. Скоро будут котлетки. Я вам помогла?
− Безусловно, − вздохнул Чарон и углядел деда.
− Геральд, где улей? — крикнул герцог.
− Тама, за домом с красными полосами, − указал старикан. — Я все время тама бываю. Проводить? — пытался угодить Геральд.
− Проводи. Только мы побежим. Ты бежать-то сможешь? — скептически оглядел Волфуорт сморщенную фигуру.
− А то! Я тут самый молодой, − подбоченился виновник ночного переполоха.
− Оно и видно, − подполз Чарон к выкопанной медведем яме и быстрым движением достал из нее малахитовый цветок с желтой сердцевиной.
Побежал с вытянутым в руке цветком. Геральд и пчелы ринулись за ним. Старик указал верное направление, за нужным домом действительно была обустроена пасека с десятком ульев. Чарон отрывал цветочные лепестки и по одному забрасывал их в деревянные ящики с плоскими крышами. Жужжащий рой всего за несколько секунд исчез с глаз долой.
− Вождь, ты хорошо придумал с цветком-то, − показался на горизонте Хемери. А за ним и вся компания взбудораженных поселенцев. — Теперь Геральд может ульи хоть каждый день переворачивать.
− Все по домам. Спать, − велел Волфуорт. Его изрядно утомила вся эта нелепая кутерьма, и он сам торопился лечь обратно в кровать.
Неожиданно герцог кое-что увидел. Один из скаженных направлялся к дому Бригитты. Чарон вспомнил молодого мужчину с густой копной темно-каштановых длинных волос, широким носом и в заляпанной красками куртке. Сейчас рядом с ним ступал тигр. Не взрослый, но уже и не совсем тигренок.
− Значит, ты тут не один хищник? — стряхнул герцог снег с носа медведя.
Лорик мотнул своей крепкой головищей, как будто чего понимал.
− А зачем он к
