— А ты иди за мной.
Райга молча пошла за эльфом, пытаясь понять, чем ей грозит ночная прогулка с тройняшками. К удивлению девушки, эльф привел ее в какую-то комнату, приказал ждать и удалился.
Райга коснулась магической лампы у входа. Вспыхнул яркий свет. Перед ней оказался кабинет. Стол из светлого дерева, массивное кожаное кресло. Круглый столик у окна в окружении четырех практически белых кресел. Тонкое лирейское кружево занавесок. Их белизна казалась еще более пронзительной на фоне темных стен, расписанных сценами из истории эльфов.
Райга обошла комнату, рассматривая рисунки. Золотоволосые красавцы на фоне темного грозового неба побеждали орков, брали штурмом до боли знакомую орочью Цитадель. И бились друг с другом. Девушка долго разглядывала черноволосых эльфов. У большинства волосы были полностью черные. Только у троих художник изобразил остатки светлых прядей в волосах.
Взгляд Райги упал на следующее изображение. Группа эльфов-подростков стояла на коленях со связанными руками, склонив светлые головы, расчерченные редкими черными прядями. Вокруг стояло несколько эльфов в сиреневых хьяллэ и со сверкающими мечами. Сердце девушки облилось кровью. Из тягостных раздумий ее вырвал раздавшийся за спиной голос Тайенуриэля:
— Для человека ты слишком хорошо осведомлена о нашей истории.
Райга резко обернулась и встретила спокойный сапфировый взгляд. Белое хьяллэ и белые волосы короля резко контрастировало с темной стеной. Райга смущенно отвела глаза, не зная, как оправдаться. Ее внимание тут же привлек пылающий пион, нарисованный на противоположной стене.
Тайенуриэль обернулся, проследил взгляд девушки, и добавил:
— И пламенный Источник в этом доме ты уже видела.
Райга не выдержала и спросила:
— Это запрещено?
— Что именно?
— Знать историю вашего народа. Спускаться к Источнику в Обители.
Король улыбнулся и царственно прошествовал к столику у окна.
— Не совсем, — ответил эльф. — Пламенный Источник сам решает, кого пускать к себе. А что касается истории… Мне интересно, кого следует благодарить за твои познания — Линдереллио или твоего друга-изгнанника?
Девушка проговорила, едва сдерживая возмущение:
— Он ваш племянник.
Тайенуриэль опустился в кресло и покачал головой:
— Ллавенуринель фуу Акаттон Флау умер для нас в тот момент, когда Линде выжег ему эйле. Остался Ллавен Ар-Раллеори, и к нашему народу он больше не принадлежит.
Райге стало очень обидно за друга, но она не решилась больше ничего сказать. Король указал девушке на соседнее кресло. Райга села, расправила подол бордового хьяллэ и в ожидании посмотрела на эльфа. Сапфировые глаза пару минут изучали ее лицо, а затем Тайенуриэль сказал:
— У меня есть к тебе просьба.
Пламенная изумленно спросила:
— Какая?
— Вы отправляетесь за Харнар. Ты могла заметить, что я не брал Линде ни в одну из карательных вылазок против орков.
— Я думала, магистр Лин должен быть рядом со Зрящим.
— Он должен быть со Зрящим и связан обязательствами с Алым замком, но причина не только в этом. Там, за Харнаром, тебе предстоит встретиться с другой стороной своего учителя. На землях орков Пламя в нем берет верх, и его привычное спокойствие трескается. Ты тоже Пламенная и еще юна, но я все же надеюсь, что с помощью принца Райтона сумеешь удержать Линдереллио от необдуманных поступков.
Райга неуверенно пожала плечами.
— Сомневаюсь, что он будет слушать меня или Райтона. Но я постараюсь.
От необходимости продолжать разговор ее избавило появление Линмэритэля в сопровождении сестры.
Меллириссиэль укоризненно посмотрела на брата:
— Она же человек, Линмэ. Ей нужен сон.
— И ей нечего делать при нашем разговоре, — заявил вошедший следом Хаэтеллио.
Райга поймала его уничижительный взгляд и отвернулась. Эльфийка оказалась рядом, коснулась головы девушки в жесте утешения и сказала:
— Силлириниэль проводит тебя в комнату.
Служанка в этот момент появилась на пороге и низко поклонилась присутствующим. Райга встала, отвесила подобающий поклон и пробормотала длинное официальное прощание. Линмэритэль и король одновременно благосклонно кивнули в ответ, и девушка покинула кабинет. Подозрительный взгляд Хаэтеллио сверлил ей спину, пока она шла к двери.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сил проводила ее в комнату и ушла. Райга торопливо скинула хьяллэ и подошла к зеркалу. На плече были едва видны голубые линии рисунка, который изображал спящего лиса с пылающим хвостом. Подумав, Райга решила сдержать обещание и никому не рассказывать о том, что подарили ей тройняшки.
Проснулась она к обеду. Пока Сил заплетала ей волосы, на пороге появилась Линьериссиэль. Губы эльфийки были плотно сжаты, неизменный веер она сжимала в руках так, что костяшки пальцев побелели. Она испепелила Райгу взглядом и спросила:
— Что тебе дали мои дети?
Райга удивлённо воззрилась на неё и ответила:
— Ничего.
Расчёска в руках Сил на мгновение дрогнула. Несколько мгновений Линьериссиэль наблюдала за тем, как служанка заплетает Райге вторую косу, а затем скривилась:
— Возишься с человеком. Вон отсюда.
Служанка отложила расчёску, поклонилась и ушла.
Райга осталась одна в комнате с разъярённой эльфийкой. Та начала обходить девушку по кругу, не отрывая настороженного взгляда. Райга получше запахнула хьяллэ и спросила:
— Что-то случилось?
Линьериссиэль медленно выдохнула и распахнула веер. Райга каким-то образом понимала, что эльфийка изо всех сил старается усмирить свой пламенный темперамент. Прикрыв глаза, девушка наблюдала, как замедляются колебания в чужом пламенном источнике. Какое-то время эльфийка смотрела на Райгу поверх раскрытого веера, а затем спросила уже спокойнее:
— Давай еще раз. Мои дети тебе ничего не давали?
Райга отрицательно мотнула головой. При этом ей даже не пришлось кривить душой. Линьериссиэль использовала вопросительное слово, которым эльфы обозначали предметы, а не магию. А никаких предметов тройняшки ей не давали. Эльфийка нахмурилась:
— Уже хорошо. А если бы они не попадали в неприятности из-за тебя, было бы еще лучше.
От очередной тирады Райгу спасло появление наставника. Магистр Лин распахнул дверь, широким шагом вошел в комнату и встал за спиной ученицы.
— Что происходит? — холодно спросил эльф.
— Уже ничего, — равнодушно ответила его родственница и развернулась, чтобы уйти.
Но магистр Лин окликнул ее:
— Ньери.
Та нехотя оглянулась и посмотрела на него из-за веера. Когда наставник заговорил, в его голосе звучал могильный холод:
— Пожалуйста, не пугай больше ни мою ученицу, ни мою прислугу.
Эльфийка молча поклонилась и вышла, снова сжимая веер в руках.
Райга задумчиво посмотрела ей вслед. Магистр Лин опустил ладонь ей на голову и бесстрастно сказал:
— Прости ее.
Райга осторожно отвела его руку в сторону и спросила:
— Не стоит за них извиняться. Они меня не любят. Я знаю.
Эльф опустился в соседнее кресло и покачал головой:
— Ньери не тебя не любит. Она людей не любит.
— Да уж, если это ее истинное отношение ко мне, то она каждое мое появление здесь проявляет чудеса дипломатии, — поежилась Райга. — Даже удивительно, что ее дети относятся ко мне нормально.
— Потому что дети, — серьезно ответил эльф. — Шестьдесят лет и шестьсот — огромная разница. А сейчас ее сын потерял личный амулет, который дается при рождении. Поэтому Линьериссиэль рвет и мечет. Под руку сегодня ей лучше не попадаться.
— Она младше вас на семьдесят шесть лет? — заинтересованно спросила Райга.
— Нет, старше на пять или семь, — немного удивленно ответил магистр. — По меркам эльфов мы одногодки. И не помню, чтобы я тебе что-либо говорил про свой возраст.
— Ллавен сказал, — с опаской призналась Райга.
Она тут же вспомнила ночной разговор с королем, взгляд Хаэтеллио, и попросила:
— Можно мне вернуться в Алый замок на обед?
