на стену. Над её ухом прозвучал сочувственный голос Ллавена:
– Родственник?
Она медленно кивнула, резко отвернулась и прошла в холл. Спиной она чувствовала заинтересованные взгляды одноклассников. Однако неприятности на этом не закончились. У лестницы её ждал магистр Лин. С привычно отстранённым лицом он сообщил, что леди Манкьери ждут у директора.
– Герцог Сага? – холодея, спросила Райга.
Эльф кивнул и немного насмешливо произнес:
– Не стоит так переживать. Если, конечно, ты не прихватила его любимую скатерть, уезжая из замка.
Девушка покачала головой и нервно пригладила чёлку. А затем процедила сквозь зубы:
– Прихватила кое-что получше. Себя.
Наставник задумчиво оглядел её с ног до головы, словно сравнивая с коллекцией редких старинных скатертей герцога Сага. Девушка заметила, как по его лицу пробежала тень.
– Миран и Ллавен отправляются на следующий урок, – приказал эльф, – Райтон, пойдёшь с нами.
Принц удивлённо приподнял брови, но промолчал. Райга ничем не выдала свое удивление. Оба они уже поняли, что Линдереллио фуу Акаттон Вал ничего не делает просто так.
Пока они шли по лестницам и коридорам на четвертый этаж, Райга нервно теребила рыжую прядь на лице. Перед кабинетом директора наставник остановился и посчитал нужным напомнить ученикам:
– Достоинство, этикет и никакой магии.
Затем распахнул тяжёлую дубовую дверь и повелительно взмахнул рукой, пропуская их вперёд. Первым, кого увидела Райга, был магистр Ичби, который расхаживал по кабинету. Глиобальд сидел за своим столом, положив голову на скрещенные пальцы и пристально изучал своего посетителя. В кресле перед ним торжественно восседал Аурелио Сага.
Наверное, со стороны этот человек выглядел красивым. Орлиные брови, острый взгляд карих глаз; вьющиеся черные волосы до плеч. Первые нити седины на висках. Аристократичные черты лица. Несмотря на возраст, он не потерял стати. Среднего роста, крепкого телосложения. Он был одет по последней столичной моде. Роскошный камзол скрывал наметившееся брюшко. Они не виделись полтора месяца, и Райга напряжённо вглядывалась в лицо, которое она ненавидела до зубовного скрежета.
– Дядя, – коротко склонила голову девушка и шагнула вперёд, чтобы опуститься на колено и приветствовать теперь уже старшего родственника.
Но тут её взгляд зацепился за золотой медальон с монограммой на шее герцога. А точнее, за едва заметную постороннему наблюдателю полоску камня болотно-зелёного цвета, чуть выпирающую из-за него. Нога, которая начала было шагать вперёд, шагнула назад. И тут же – вправо, чтобы оказаться за плечом своего учителя. Райга опустила глаза и закусила губу, стараясь совладать с чувствами. Она понимала, что не должна так поступать. Что ей следует держать лицо и сохранять спокойствие. Но чувства и воспоминания, разбуженные одним только видом амулета, который висел на шее у дяди, были сильнее её. Печать на пояснице начала наливаться свинцом. Девушка украдкой взглянула на своего мучителя. Аурелио Сага посмотрел на неё с насмешкой и легко прикоснулся к медальону. После этого на его лице появилось выражения изумления и гнева:
– И это все? Как подобает приветствовать дядюшку после долгой разлуки, юная леди?
Глиобальд и Ичби неотрывно смотрели на нее. Магистр Лин лишь покосился на свою ученицу и промолчал. Райга отвела взгляд от дяди и опустила голову ещё ниже. Но больше не сделала ни шага, всем своим видом показывая, что с места она не сдвинется.
– Я думаю, ты прекрасно понимаешь, зачем я здесь, – вкрадчиво проговорил герцог. – Игры в магов закончились. В моём имении тебя ждёт твой будущий муж для оговорённой помолвки.
Райга прикрыла глаза. Именно этого она и ожидала. Наверное, было глупо думать, что дядя проглотит то, что она поступила в школу магии.
– Подождите, герцог, – неторопливо проговорил директор. – По закону опека над леди Манкьери перешла к Совету Магов Союза и руководству школы. Она прошла ритуал поступления и зачислена в адепты.
Герцог Сага повернулся к нему и возмущённо ответил:
– Если помните, я возражал против её зачисления! Я прислал три протестные ноты. Три! Кроме того, его светлость герцог Ичби говорит, что Райга не показывает должных способностей и рвения.
Ичби снисходительно улыбнулся и обратился к Глиобальду:
– Вы ведь и сами понимаете это, директор? Каким бы ценным вам ни представлялся её пламенный дар, он служит ей только на половине тела. Магистр Лихту признаёт, что девушка в силу своих… особенностей не способна овладеть искусством оружейного боя. Вы видели её конспекты? А её попытки чертить заклинания одной рукой выглядят жалко и никогда не позволят ей встать на один уровень с другими учениками!
Аурелио Сага благосклонно кивал на каждое его слово.
– Будет лучше, если она отправится домой и продолжит свой род! – безапелляционно заявил он, поворачиваясь к племяннице.
Райга почувствовала, как пламенный источник внутри неё шевельнулся. От учителя, казалось, начало исходить тепло – первая ласточка гнева пламенного. Однако лицо эльфа по-прежнему было отстранённым и спокойным.
– Чей род она должна продолжить? – холодно проговорил он. – Какого-то безродного? После того, как она отдала свои земли и титул вашей дочери, на какого жениха она может рассчитывать?
– Это не ваше дело, магистр фуу Акаттон Вал, – высокомерно ответил ему герцог. – Я её единственный родственник. Только я буду решать этот вопрос.
Райга прикрыла глаза и постаралась почувствовать пламенный источник учителя. Огненный смерч как будто начал раскручиваться. Это неожиданно успокоило девушку. Она медленно оторвала взгляд от ковра и устремила его в окно. Магистр спрятал руки в широкие рукава хьяллэ и вновь заговорил:
– Я думаю, девушка в состоянии решить этот вопрос самостоятельно. После выпуска из замка и своего совершеннолетия. Её признал Хаассолирен. Артефакт счёл ее достойной для обучения и обладающей достаточным способностями. Кроме того, вы забываете о праве крови. Пламенная кровь имеет свои законы.
Эльф приложил два пальца к груди, напоминая о ритуале.
– Я дал клятву наставника и связал наши источники. До выпуска из школы, либо до её отчисления по результатам переводных испытаний, девушка находится под моей защитой. Отпустить её я не могу.
– Право Пламенной крови? – фыркнул герцог Сага. – Не смешите меня. О какой крови речь, она последняя из Пламенных.
– Хочу вам напомнить, что эльфы хранят чистую линию Пламенных, с сильнейшим представителем которой вы сейчас разговариваете, – насмешливо произнес наставник.
В комнате стало ощутимо жарче, чем было до этого. Глиобальд прокашлялся и произнес:
– Его светлость фуу Акаттон Вал ещё раз озвучил вам правила, действующие в школе. Идти против них мы не можем.
– Высший закон в этой стране – король! – отчеканил Аурелио. – Я подам жалобу в Большой совет.
Однако эльф покачал головой и улыбнулся:
– В этом нет нужды. Представитель королевской династии сейчас стоит за моей спиной вместе с вашей
