– Наши госпожи, вы сегодня особенно изысканны.
– Бесспорно, – тепло улыбался де Лэйси за спиной Рэйвза. – Нам будет завидовать весь Лондон, когда мы появимся в обществе таких прекрасных дам.
Астра вспыхнула, остро переживая, что их наряды так не соответствуют случаю. На лице Маргариты не отражалось ни следа сомнения в собственной правоте – она послала де Лэйси ободряющий взгляд и похлопала по своему роскошному ярко-красному сюрко.
– Господа, вы выглядите так же прекрасно. Из всех галантных рыцарей, находящихся на службе у короля, ни с кем другим я не предпочла бы провести вместе целый день.
Сэру Рэйвзу польстили слова Маргариты, но лорд де Лэйси выглядел смущенным. Астра почувствовала симпатию к этим благородным молодым господам. Она на себе испытала давление сильного характера Маргариты и не завидовала де Лэйси, в случае если его планы на этот день противоречили намерениям ее волевой подруги.
Они решили начать путешествие по Лондону, взяв лодку до Квинхиза. Когда они вышли на берег из маленького суденышка, в нос ударил сильнейший запах рыбного рынка в Билингсгейте. Стоял жаркий, удушливый день, и запах гниющей рыбы казался почти невыносимым. Дамы держали у самого лица золотые коробочки, наполненные ароматическими шариками, но, несмотря на это, Астра испытала большое облегчение, когда они повернули на север и воздух стал свежее.
Маргарита и Вилли дружески болтали, но Астра и ее спутник хранили молчание. Астра не владела искусством поддерживать легкую светскую беседу и к тому же была слишком озабочена, выбирая на грязной дороге места, куда можно наступить. Кое-где потоки из сточных канав пересекали путь, вынося прямо на улицы вместе с грязной водой кухонные отбросы и Бог знает что еще. Попривыкнув держать платье подальше от грязи, она с восхищением принялась оглядываться по сторонам и наслаждаться окружающим видом: массивными, островерхими домами, плотно стоявшими вдоль улицы, церквями, монастырями и школами, цехами и мастерскими лудильщиков, скорняков и портных.
На улицах стояла толчея, все невероятно спешили. Суетящийся народ напомнил Астре ярмарку в Тэдбери. Ей встретились уже знакомые персонажи: знать, приказчики, крестьяне и купцы. Их дополняли калеки и попрошайки, одетые в лохмотья, неряшливые грязные ребятишки, которые слонялись, сбившись в кучки; облаченные в платья, перетянутые кожаными ремнями вооруженные слуги и стражники, следившие за порядком в городе. По дороге им попался отряд слуг шерифа, которые вели заключенного. Руки несчастного были связаны и прикреплены концами веревки к запястью его сторожей.
– Что он сделал? Куда его ведут? – спросила Астра у своего спутника.
– Трудно сказать. Вне зависимости от обвинения его посадят в Ньюгейт. Похоже, вы жалеете этого подонка. Я бы предпочел сразу оказаться на виселице, нежели провести ночь в чертовой дыре Ньюгейта.
Астра пожала плечами. Ее разбирало любопытство при упоминании об ужасах Ньюгейта, но в глубине души она понимала, что не хочет ничего о нем знать. Они дошли до рынка в Чипсайде, и здесь ей предстояло еще одно испытание. У самого входа на рынок болтались живьем подвешенные к перекладине двое мужчин и женщина. Они являли собой жалкое зрелище: языки от жажды вывалились изо ртов, лица перемазаны нечистотами и навозом, которые швыряла в них толпа.
– А эти несчастные страдальцы… – сочувственно спросила Астра, замедлив шаг, – … чем они заслужили такие мучения?
– Тот человек, похоже, торговец рыбой, продававший плохой товар, – ответил Ричард, жестом показывая на гниющего осетра, привязанного вокруг шеи старика. – А другие, – он равнодушно пожал плечами, – возможно, тоже кого-нибудь обманули. Таких людей не стоит жалеть, Астра. Если бы власти жестоко не наказывали проходимцев, алчные купцы отравили бы половину города.
Слова Рэйвза не убедили Астру. Она обернулась и поискала озабоченным взглядом Маргариту и Вилли, плетущихся где-то сзади.
– Не следует ли нам немного подождать? – спросила она, пока Ричард вел ее через шумящую толпу.
– Может, им хочется побыть наедине. Вы не слышали поговорку, что двое – компания, а четверо – уже толпа?
– Трое – толпа, – холодно поправила Астра. – Я думаю, нам лучше держаться вместе – так безопаснее.
Она совершенно верно оценила ситуацию. Действительно, вокруг них давно уже крутилось несколько обшарпанных мужчин и женщин с бегающими глазами и испитыми физиономиями. Вероятно, карманники, воры и другие малоприятные личности. Она засомневалась, действительно ли находится в безопасности рядом с Ричардом, и на всякий случай замедлила шаг, чтобы дать Маргарите и Вилли возможность их нагнать.
Но парочка продолжала плестись сзади, поскольку Маргарита останавливалась посмотреть товары почти перед каждым прилавком. Усилия Астры держать их в поле зрения окончательно пошли прахом, когда на обочине дороги ее внимание привлекла огромная толпа, собравшаяся вокруг грандиозного, напоминающего своей формой кибитку, сооружения, которое оказалось сценой для балаганной мистерии. Задник сцены был гротескно раскрашен, изображая языки адского пламени. На фоне геенны огненной человек в развевающихся белых одеждах с приклеенными золотыми локонами изображал Христа, в то время как другой, в пурпурной мантии и с ярко-рыжими волосами, представлял Понтия Пилата.
Астра смотрела, затаив дыхание, как два актера разжигали страсти публики – обшарпанный Христос вызывал похвалы и симпатии, а Пилата награждали глумливыми насмешками и кошачьими визгами. Она не могла сразу понять, было ли представление явным богохульством или просто вульгарным переложением Священного Писания. Когда она вновь вспомнила о Маргарите, то подруги и след простыл. Ричард, стоявший все это время рядом и с интересом смотревший на зрелище, сейчас придвинулся ближе и взял ее за руку.
– Вы испугались, Астра, теперь, когда мы остались наедине?
Астра слегка отстранилась, глядя неодобрительно и хмуро.
– Вы дали слово защищать меня. Если вы человек чести, то будете охранять меня от всех дьявольских нападок, включая и те, которые гнездятся в вашем собственном сердце.
Несмотря на холодность, с которой она старалась говорить, Астра почувствовала, как у нее забилось сердце. Она опасалась остаться наедине с Ричардом, боялась, что он вновь попытается ее поцеловать.
Он довольно рассмеялся:
– Какое возвышенное милое существо! Ваша чопорность даже бодрит после медоточивой услужливости двора. Я не ошибся в вас, Астра, – вы и в самом деле восхитительно чисты и простодушны.
Девушка посмотрела на него настороженно, не понимая, хочет он польстить ей или поднять на смех.
