ее пламени…
Когда отец увез меня заграницу, все кардинально поменялось для меня. Больше не было места и времени для выдумывания очередной подлости для соседской девчонки. Учеба, тренировки — все, лишь бы стать тем, кого посчитает достойным отец. И если поначалу я люто ненавидел его, то со временем пришло понимание. Я сам должен был создать себя. И я сделал это. Но вопрос остается все тем же: ради чего?
В день своего приезда я обзвонил всех своих старых друзей, благоразумно попросив свою навязанную невесту не вмешиваться в мужские посиделки. Но не успел даже доехать до ночного клуба, как меня остановили местные полицейские, которые явно имели неплохую долю от провернутой авантюры. Как итог: полицейский участок, несколько суток без связи с внешним миром и обвинение в хранении наркотических веществ. Ну, не бред ли? Я тоже считаю, что бред.
Когда меня выпустили под залог, что внес за меня отец, я даже не задумывался о том, как быть дальше. Невыезд из страны казался для меня высшим наказанием. Кругом предатели, призраки минувшего прошлого, злые языки. Границы страны давили на меня уничтожая. Во мне словно щелкнул выключатель здравого рассудка.
Тогда я стал пить. Часто. Буквально каждый день зависал в ночных клубах и барах, снимал очередную девчонку, чтобы забыться. Уйти от этой реальности хоть на мгновение. Милана иногда неделями не могла дозвониться до меня, а мне стало так плевать на то, что подумают другие. Все казалось искусственным, постановочным. Я догадывался, что ввиду грядущих выборов, кто-то просто хотел подставить отца, на скорую руку сооружая грязное белье, которое потом можно будет проявить на свет. Я знал, что своим бездействием я только усугубляю его положение, но… Осознание того, что все бессмысленно просто вдавливало меня в землю.
Чего я не знал, так это того, что Станиславе, той самой мелкой вредине, о чьей персоне старался даже лишний раз не вспоминать, дабы не бередить старые раны, тоже взбредет “отдохнуть” в том ночном клубе, где меня уже принимали как за родного. Я вообще сначала не узнал ее!
Гибкое тело девушки извивалось в такт музыки, а сексуальные длинные босые ноги безжалостно раскидывали полупустые бокалы с барной стойки в сторону зазевавшихся мужчин. Их можно было понять: вид снизу был намного ценнее, чем их паршивые напитки. Словно завороженный, я подошел ближе и неожиданно оказалось так, что она сама упала мне в руки. Тогда-то то я и понял, как попал. Прошлое не просто преследовало меня, оно буквально обрушивалось осознанием того, что чувства состоят не только из мимолетных желаний и всплесков гормонов. Настоящие чувства — это нечто более весомое…
Встреча со Стасей стала для меня словно глотком воздуха. Пелена, что застилала мои глаза все это время, спала. Я оглянулся и понял, что жизнь продолжается, даже без меня, невменяемого идиота. Кто-то там строит козни за спиной тех, кто мне дорог, а я совершенно ничего не предпринимаю, чтобы это исправить. А ведь мог!
Но большей неожиданностью для меня стало то, какой стала моя детская любовь. Чувство справедливости, перемешавшись с первобытным желанием обладать, возымело неожиданный эффект. Помимо того, чтобы выручить отца, как сделал он много лет назад, подарив лучшее будущее, я поставил перед собой четкую цель. Эта цель неизменно виляла передо мной хвостиком и ехидно напоминала о прошлых обидах при удобной возможности.
Стася выросла и пережила немало испытания, чтобы стать той, кем является сейчас. Она стойко выстояла все невзгоды, превратившись в уверенную привлекательную девушку, без тормозов. И все, что мне оставалось, в связи с заново вспыхнувшими чувствами, уже более взрослого характера — это непросто угнаться за ней, а стать тем, кто сумеет ее остановить.
К несчастью, с этой девушкой все шло не по плану. Она всегда была на шаг впереди. И даже тогда, в день нашей первой встречи после долгого расставания… Ну, ничего. Я был бы не лучшим в стратегических науках, если бы не имел свой козырь в рукаве. К тому же, разве та самая ситуация, произошедшая между нами, не подтверждает тот факт, что я в ее вкусе?
Единственной сложностью для нашего будущего могло стать лишь бракосочетание наших родителей. Но здесь все складывалось, как нельзя лучше: Соня, сестра Стаси, была по уши влюблена в моего отца. Это было видно даже невооруженным глазом. И ничего это не выводы из прочитанной переписки! Буквально на моих глазах происходило то, что когда-то пережил и я. Отец, ещё сам того до конца не осознавая, уже был на крючке у сестры Стаси. И именно это могло сыграть мне на руку.
Оставалось только ждать, когда свадьбу официально отменят, и за отцом перестанут бродить призраки прошлого, вооруженные, отравленными ножами. И тогда у меня станут развязаны руки. Тогда-то Стася точно станет моей. А пока стоило разобраться со своими “путами”.
— Чего тебе? — все же решился ответить своей экс-невесте на звонок.
Звонила моя догадливая Милана на мой рабочий телефон, видимо, не сумев достучаться через Личный номер. Чему я был не очень рад, ведь считал похищение своего мобильника будущими сестренками уже как спасение.
Однако упертость невесты, раньше так сильно цеплявшая, сейчас только раздражала. Мне казалось, я давно дал ей понять, что не заинтересован. Единственное, почему я все еще не разорвал помолвку — не хотел расстраивать ее отца. Ведь тогда тот мог подставить моего родича, ведь они работали в одной фирме. А мой папа никогда не прощает предателей. Мне не хотелось, чтобы девчонка осталась без отца. Она этого не заслуживала. Как и я ее. Но наше расставание, определённо вопросом времени.
— Кирюсик, ты уже выезжаешь? — сладко пропела Мила в трубку, отчего я поморщился. Уж слишком приторно, даже для нее.
— Уже выехал, — сказал ровным тоном и посигналил влезающему в ряд кретину.
— Правда-правда? — девушка будто бы нарочно давила на и так расшатанные нервы.
— Кривда, — вырвалось все же раздражение. Но я тут же взял себя в руки, объяснившись: — Я еду к себе в офис, нужно решить несколько безотлагательных дел. У себя не жди. Впрочем, ты уже знала об этом заранее, не так ли?
— Ну, Кир, — голос невесты тут же стал нормальным, доказывая то, что Милана снова строила из себя не пойми кого. — Сколько можно от меня бегать? Мне показалось у нас все наладилось. Вчера, на вечеринке же…
— Мила, — перебил ее устало.
Ну почему я постоянно должен доказывать ей, что мое участие в ее фарса — лишь необходимость? Неужели ее куриная
