— Привет! — сказала Эраб.
Женщина улыбнулась, прошла прямо к софе и весело посмотрела на девушку знакомыми ей глазами. Она на самом деле была очень похожа на Люсьена.
— Вы, должно быть, Эраб? — произнесла она приятным контральто. — Та, которая не знает…
— Что нужно снимать туфли! — закончила за нее Эраб.
Незнакомка рассмеялась:
— Хилари совершенно права — вы славная! Но простите, это Люсьен так жестоко с вами обошелся?
— Я сломала лодыжку, — объяснила Эраб.
Веселые глаза замерцали.
— Я думала, в вашем случае Люсьен будет не столь изобретательным. Видимо, это был единственный способ удержать вас здесь!
Эраб скрыла глаза под длинными ресницами.
— Я не знала, что он хочет, чтобы я осталась, — сказала она.
Глаза напротив не утратили ни капли своей веселости.
— Моя дорогая, я сожалею. Я вовсе не хотела совать нос в ваши дела. Но Манне никогда не думают, прежде чем сказать! Я Рут Дарк.
— Хилари знает, что вы здесь?
— Нет пока. Вы первая, кого я увидела. Я получила очень странное письмо от Люсьена… — Рут Дарк почти незаметно поколебалась. — Вы знаете мою золовку?
Эраб молча кивнула.
— Она несчастный человек, — продолжала Рут. — Что это все значит насчет занятия вашего места на работе? Вы сами согласились или вас на это вынудили?
— Я согласилась, — ответила Эраб. — Отчасти. У меня на самом деле не было выбора. Едва ли я смогла бы демонстрировать одежду со сломанной лодыжкой, да еще измотанная малярией. Вот теперь печатаю записи Люсьена… Раньше, прежде чем стать моделью, я служила машинисткой-стенографисткой в офисе.
— Что заставило вас в этом признаться? — спросила Рут. — Моя дорогая девочка, Люсьен вас теперь никогда не отпустит! И я, кстати, тоже! Не думаю, что вы интересуетесь антропологией, но у меня куча записей, и все их нужно привести в порядок. Этого вполне достаточно, чтобы держать вас здесь неделями!
— Но я не хочу оставаться здесь неделями! — простонала Эраб.
— Конечно, не хотите, — успокаивающе произнесла Рут. — Полагаю, вы страстно желаете отправиться домой. Кстати, что все эти люди делают в саду? Сандра выглядит своей среди них.
Эраб скорчила рожицу — выражение, которое она позаимствовала у Хилари. Рут мгновенно узнала его и залилась смехом.
— Хилари имела у вас успех! — протянула она и развернулась в кресле, чтобы лучше видеть происходившее за окном. — Надеюсь, моя дочь не разделила с вами и своих предрассудков? Боже мой, бедная Сандра!
— А, по-моему, она выглядит нормально, — мрачно заметила Эраб.
— Возможно. — Рут прищурилась, глядя, как ее золовка пытается взять Сэмми под руку, а тот сердито хмурится. — Бедная Сандра! — повторила она.
— Она не имеет долгосрочных планов в демонстрации тряпок. Сандра… вернется. Ей хочется посмотреть в Англии дом Люсьена.
Глаза Рут расширились.
— Дом Люсьена? Это чушь, моя дорогая. В Англии есть только дом наших родителей. А у них с Сандрой нет ничего общего. Так что я очень сильно сомневаюсь, что она когда-нибудь их посетит!
— Но она так сказала… — обиженно возразила Эраб. — Полагаю, Сандра пытается быть доброй…
Рут бросила на девушку быстрый взгляд:
— Сандра никогда не стремилась быть доброй. Это никогда даже не приходило ей в голову. Но должна сказать, этот парень тоже не выглядит добряком. Надеюсь, Сандре не причинят боли?
— Сэмми и мухи не обидит!
— Возможно, вы правы. — Рут повернулась спиной к окну. — Но мне кажется, Сандра может дорого заплатить за то, что завладела вашей работой. Этот Сэмми женат?
Эраб покачала головой:
— Он вдовец. У нас в группе замужем только Джил.
Веселое мерцание вновь вернулось в глаза Рут.
— Вы сможете проковылять в сад? — спросила она. — Мне хочется познакомиться с вашими друзьями. Хилари мало мне писала о них.
— И не могла! — улыбнулась Эраб. — Наверное, каждый абзац ее писем начинался со слов «Люсьен говорит…», как и ее разговоры!
— Вот тут вы ошибаетесь! — защитила свою дочь Рут. — В последних ее письмах каждый абзац начинается «Эраб говорит…»! Вот так!
Эраб покраснела, удивляясь, что она могла сказать такого, что заинтересовало бы Хилари?
— Надеюсь, она правильно меня цитировала, — сдержанно заметила она.
— Хилари всегда аккуратна, особенно когда дело касается людей, которых она любит, — поддразнила ее Рут. — Мне кажется, моя дочь довольно проницательная для своего возраста.
Эраб очень хотелось бы знать, что о ней писала Хилари матери, но, поскольку спросить об этом не могла, просто встала и с трудом начала продвигаться к французскому окну, выходящему в сад. Сэмми удалось избавиться от Сандры, и теперь он стоял в стороне от остальных, мрачно уставившись на цветы гибискуса. Эраб, которая никогда не смотрела на него иначе как только на своего работодателя, внезапно подумала, что, несмотря на избыток веса, в нем есть что-то романтическое. У него рассеянный, байроновский вид, который, возможно, и привлек Сандру. Наверное, это разглядела и Рут. Эраб почувствовала любопытство, но разум отказывался реагировать. Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой! Сандра станет работать у Сэмми только ради своих собственных целей и, как только их добьется, вернется, чтобы потребовать обратно Люсьена, а Эраб уже ничего не сможет с этим поделать.
— Я думала, ты вовсю веселишься, Сэмми, — сказала она ему в спину. — Я хочу познакомить тебя с сестрой Люсьена.
Он хмуро повернулся.
— Да? — произнес он, отделываясь от Рут хмурым взглядом. — Кстати, я должен поговорить с тобой, Эраб. Завтра вечером мы улетаем в Найроби, а оттуда на следующий день — домой. Ты с нами не едешь. Я беру Сандру.
— Но ты не можешь!
— Ты должна была это предвидеть! — зло буркнул он. — Сандра мне более полезна, чем ты в своем теперешнем состоянии. Кроме того, ты получила удобную работу. Почему бы не успокоиться на этом?
— Потому что я приехала сюда с тобой и намерена уехать с тобой домой!
— Ты можешь улететь, когда почувствуешь себя лучше. Это не конец света, душечка. Я что, чудовище, что ты так на меня смотришь?
Эраб поморщилась:
— Ты не понимаешь! Я не могу остаться!
— Тебе придется! В самолете нет больше мест. Туристический сезон, все рейсы забиты…
— Почему Сандра не может подождать места? — продолжала умолять Эраб.
— Потому что я хочу поработать с ней сразу же, как только мы вернемся в Англию, — безжалостно заявил Сэмми. — Один Бог знает, когда ты снова начнешь работать!
Отбросив все осторожности, Эраб вспылила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
