место. Я вспомнил предложение выставить телеги и фургоны в кольцо и тут же предложил переселенцам так и сделать.
Те, хоть и были удивлены изменениями в поселении, но вариант жить в собственных фургонах и телегах они встретили сопротивлением.
— Это лишь временная мера, — я попытался воздействовать на них максимально мягко. — Вскоре будет закончен дом и, когда он будет полностью обставлен, вы сможете его заселить, — и указал на полностью законченный фундамент и сложенные рядом бревна.
Люди подуспокоились, но все еще продолжали роптать. Интересно даже, откуда они такие взялись. Может, из богатых — не зря же телеги и фургоны, полные вещей. Но на чужое я не покушался. Даже не хотел брать живность в качестве оплаты, как сделали в монастыре.
По итогу фургоны чередовались с телегами в кольце. Площадь получилась немалая — пятиугольник с внутренними сторонами почти по шесть метров. Весь колесный транспорт сцепили меж собой, а живность распределили по внешней стороне.
Мне хотелось назвать новое место кварталом, но он точно не был квадратным. А для района — слишком маленьким. Слово «зона» звучало некрасиво. Но, раз названия не было и у поселения, не стоило заморачиваться с названием и для нового места.
Процесс помогал контролировать Конральд, а еще подключился Крол. Я даже не успел толком познакомиться с теми, кто пришел из Бережка, а теперь еще новые люди. И, вроде бы, даже на этот раз более-менее спокойные.
— Хорошо, что Ижерон направил их к нам, — сказал я одному из монахов.
— Нет, не Ижерон. Мы их изгнали, — негромко ответил он. — С ними невозможно ужиться. Нам нужна тишина и покой, а эти... — он осекся. — Так говорить неприлично, но лучше уже пусть они послужат вам, чем будут портить нашу жизнь.
Забавно получилось. Я посмотрел со стороны на все происходящее, но все же пока новые люди не создали проблем. Они начнутся позже, но... совет Отшельника пришелся кстати. Я решил собрать всех вместе и шепнул Конральду, чтобы тот помог мне собрать всех жителей в одном месте.
Лучшей позиции, чем образованные пятиугольник, я не нашел. Поставил ящик и взобрался на него, когда все собрались. Встал я возле фургона, чтобы иметь за спиной опору — ящик никак не хотел вставать ровно, а шаткая опора с моей-то ловкостью — идеальное условие для падения. И авторитета в том числе.
Нас становилось все больше. И с высоты ящика я это отлично видел. Не два-три беглых или случайных поселенца. Которые просто ушли от прошлой жизни и остановились у меня.
К четырнадцати жителям добавилось еще тринадцать. Это большая группа людей. Для меня, по крайней мере. В несколько раз больше, чем было в Бережке.
Предстояло задумать новое расширение поселения, найти место для всех и каждого. Про это я говорил, потому что чувствовал, что людям надо знать. Надо понимать, что их жизнь безопасна. Здесь им рады и здесь они найдут то, что искали. Мирное существование.
После слов о мире кто-то покосился на строящуюся башню. Некоторые встретили мои слова смехом.
— Защищать нас тоже нужно. Но надеюсь, что не придется.
Когда я только начал свою речь, у меня в голове не было ни плана, ни нужных слов. Но стоило мне расслабиться, начать говорить то, что я думаю, как ушли все сомнения. Красноречие сыграло свою роль. Но тетрадь я скручивал обеими руками за спиной.
Теперь я чувствовал себя лидером. Ответственным за них. И старался коснуться лишь текущих тем, без планов на будущее. Потому что где-то в глубине души я понимал, что невозможно будет навсегда уйти от страхов прошлого. От борьбы между городами. Мы не сможем изолироваться.
А то, что население моей деревни резко выросло, причем кратно за очень короткий период, меня теперь скорее пугало, чем радовало. Еды потребуется очень много. Запасов, которые мы с Авроном сделали, не включали в себя почти тридцать жителей. А то, что запасом считали мы, теперь можно было превратить буквально в закуску. Об этом я упоминать не стал.
Лишь прикинул, что сейчас июль. Время ягод и грибов. Отшельник подскажет, а я донесу эти мысли до людей. Но кто не ужился в монастыре, теперь будет работать у нас. Собирать. Охотиться, рыбачить.
Тему еды я обошел так аккуратно, как смог. Чтобы никто не понял, что наши запасы истощаются. И не напугать людей обилием работы.
Говоря об этом, я ощутил еще и неприятный холодок. Ведь, чем больше людей, тем больше работы. Не проще жить, а сложнее работать. Вдвоем, втроем или даже вчетвером жить несложно. Разные комбинации занятий сходятся на одном человеке. А теперь придется четко распределять роли и следить за тем, все ли нравится жителям.
А если не будет нравиться? Об этом я начал думать, когда уже закончить свою не слишком пламенную речь. Скорее уж она была приветственной, чтобы все жители почувствовали единение.
Если позволить менять, то будет хаос. Если давить, то я стану диктатором. Ну да, еще пару плантаций — и все. Настоящий диктатор. Я направлялся в сторону леса вместе с группой лесорубов, чтобы оценить, как идут наши дела там. И думал о новых распределениях. О том, что всех новеньких, скорее всего, придется отправить не помощниками строителям, а добытчиками еды.
И все же они показались мне теперь спокойными. Уживчивыми. Аккуратными. Странно, что они не ужились в монастыре. Ижерона будут ждать новые вопросы.
Глава 20. Новое распределение
Расстановка телег и фургонов позволила нам стать больше. Конральд заметил в очередной раз, что это кольцо, оно же пятиугольник или недоквартал — идеальное место для обороны. После башни, разумеется.
Кроме того, что появились новые люди, добавилась еще и долгожданная живность. Живность, которая приносит еду. На душе стало немного спокойнее.
И, хотя мы почти целый день потратили на то, чтобы помочь переселенцам, солнце еще не совсем село, оставив немного света нам для работ в поле. К тому же мы разожгли костры.
— Жалко, что меча моего нет, — горевал Конральд. — Но как только мы доберемся до тех дезертиров, заберу назад. Не пощажу, — добавил он сквозь зубы.
— Ты чего это? — удивился я его необычному поведению.
— Слышишь? — он поднял палец, а я, уловив момент, когда никто шумел, услышал далекое подвывание. — Мы от них никогда не избавимся, если только не прибьем парочку.
— Собаки? — поморщился
