Читаем без скачивания Избранные сочинения - Вольтер

Аменаида

Ты?

Орбассан

Я один, и льщусь,Что после подвига, к которому стремлюсь,Который честию пред всеми оправдится,Принадлежавшее мне сердце вновь потщитсяМеня достойным быть. Входить не стану я,Была ли юная пред сим душа твояКоварного врага соблазнена прельщеньем,Иль, ослепленная минутным заблужденьем,Противилася ты вступить во брак со мной.Над благородною, чувствительной душойБлаготворение власть сильную имеет;Над добродетелью – один упрек успеет.Не сомневаюся о чести я твоей;Но мало мне сего: от гордости ль моейИли то от любви, – хочу, по праву власти,Увериться в твоей нелицемерной страсти.Клятв строгих требуют законы в сих странах;Я требую одной – не той, какую страхИль принуждение у слабых исторгают,Что чувствам вопреки во храмах расточают:Ты прямо говори моей душе прямой.Скажи – и меч в руке, и я готов на бой,Готов на смерть – но с тем, что я любим тобою.

Аменаида

В пучину бедствия низверглась я судьбою,И, к ужасу, едва приведена в себя, —Сей подвиг доблестный, нежданный от тебя,Ударом душу мне последним поражаетИ в ждавшую меня могилу повергает!О рыцарь! я должна тебя благодарить;И в час, когда во гроб готова я ступить,В последний жизни час – тебя я почитаю.Познай меня теперь: я сердце открываю.Ни чести, ни стране не изменяла я,Ни самому тебе; я не была твоя.Ты можешь упрекать душе моей смятеннойНеблагодарностью, но никогда изменой. —Я не могу тебя любить… Нет, сей ценойЗащиты не куплю: я отвергаю бой.Я знаю, что у вас законы беспощадны,Что казнь готовят мне тираны кровожадны;Суровой гордостью я не могу блистать,Чтобы без ужаса смерть грозную встречать.Нет, жизнь любезна мне… В сем бедствии ужасЯ плачу о себе и об отце несчастном.Но и в несчастии, в ужасной доле сейНе обману тебя: не жди любви моей.Теперь кажуся я виновна пред тобою;Но знай, что я была б преступница душою,Когда бы до того забыла долг и честь,Чтоб сердце в дар тебе решилася принесть.Ни женихом, прости, коль речью оскорбляю,Ни рыцарем моим тебя не избираю.Вот мой ответ; суди – и честь свою отмщай.

Орбассан

Я буду отомщать – отечественный край;Презрение ж простив, а дерзость презирая,Забуду их. – Итак, бой судный оставляя,Пред мной и пред тобой чист в совести моей,Отныне становлюсь твоим лишь судией,Закону преданным, равно как он бесстрастным,Ни сожалению, ни гневу непричастным.

Явление седьмое

Аменаида и стражи вдали.

Аменаида

Теперь свершилось всё… я жертвую собой!О друг единственный, о друг несчастный мой!Ты, для которого я жизнью дорожила,Я за тебя теперь свой приговор свершила!Так, за тебя умру… Но тяжкий сей позор!Но горестный отец, представший вдруг пред взор!Оковы, сонм убийц, орудья грозной казни!Смерть страшную снести без трепетной боязни?Мученье, вечный стыд?… Ах, мысль одна мертвит!Нет! за Танкреда смерть меня не постыдит.Не наказать меня, но умертвить лишь можно.Как? пасть в глазах граждан преступницей мне должно?…Я верной им была – и казнь несу от них!Но ах, в невинности свидетелей другихНе буду я иметь кроме души невинной!(К входящей Фани)Ах! где ты, где, Танкред?… О друг мой здесь единой!

Фани, рыдая, целует ее руки.

Еще позволено тебя мне, Фани, зреть!

Фани

Зачем я не могу здесь прежде умереть!

Стражи приближаютоя.

Аменаида

Чудовища идут нас разлучить с тобою!Скажи ты некогда любимому герою,С какими чувствами я в самый гроб сошла;Пусть знает, Фани, он, верна ли я была;Скажи, какой меня постигнул рок ужасный:Он, может быть, слезу прольет о мне, несчастной!О Фани! за него себя я предаю;Но мыслию об нем смягчу я смерть мою.

Конец второго действия.

Действие третье

Явление первое

Танкред, сопровождаемый двумя щитоносцами, которые

несут его копье, щит и проч., и Альдамон.

Танкред

Для благородных душ мила страна родная!Приветствую тебя, о родина святая!О храбрый Альдамон, друг юности моей,Тебе обязан я блаженством жизни сей;Твоим усердием сюда я возвратился.Как счастлив стал Танкред! мой жребий изменился!О друг мой! сколь важна услуга мне твоя —Лишь чувствовать могу, сказать не в силах я.

Альдамон

Ничтожную, Танкред, услугу выхваляешь,И низкий жребий мой ты много возвышаешь;Я гражданин простой, и счастлив тем стократ…

Танкред

Я то же, что и ты: всяк гражданин мой брат.

Альдамон

Два года при тебе я в бранях подвизался,И славе дел твоих два года удивлялся,Смотря, как превышал ты праотцев своих;Вот всё достоинство услуг и дел моих.В почтенном доме мне отцов твоих рожденный,Воскормленный от них, тебе препорученный,Я должен…

Танкред

Должен ты теперь мне другом быть.Вот град, который я стремился защитить;Вот град отеческий, вот стены те святые,Где я увидел свет, и в дни мои младыеИз коих изгнан я! О друг, в каких местахЖивет Аржира дочь?

Альдамон

Во древних тех стенах;Пред ними пышный кров чертогов возвышенных,Где заседает сонм тех рыцарей почтенных,Судей священный сонм, тот бодрственный сенат,В чьей длани жезл суда и меч на сопостат.Их сонм везде б разил магометан средь боя,Коль не был бы лишен храбрейшего героя.Вот копья их, щиты, их надписи висят,И пышностью своей народу говорятОб их деяниях, со славою свершенных:Не зрят лишь твоего меж сих имен почтенных.

Танкред

Сокроем имя мы в враждебных сих стенах;Известно, может быть, оно в других странах.(К щитоносцам)Вы знак мой с именем повесьте истребленным,Чтоб не был в ярость он врагам моим презренным;Доспехи без убранств, знак горести моей,Какими их носил средь бранных я полей,Копье и щит простой и шлем неукрашенныйПовесьте, воины, на те печальны стены.

Щитоносцы вешают его оружие на пустых местах между другими трофеями.

Но надпись на щите храните, о друзья!В ней всё, что славно мне, и всё, в чем жизнь моя!Она всегда в боях мне мужество вдыхала,Она везде мою надежду составляла;Священны в ней слова; они – Любовь и Честь.Пришедшим рыцарям вы объявите весть,Что воин чуждый им, но имя сокрывая,Пришел в сей град, служить в их воинстве пылая,И славу ставит в том, чтоб им лишь подражать.(К Альдамону) Кто вождь их?

Альдамон

Третий год уж начал истекать,Как ревностный Аржир.

Танкред

(в сторону)

Отец Аменаиды!

Альдамон

Но долго рыцарь сей неправые обидыОт страшных нам досель его врагов сносил.Власть должну наконец сенат ему вручил;Здесь имя чтут его и честь и важность сана;За старостью ж его избрали Орбассана.

Танкред

Танкредова врага! злодея моего!Друг, что еще дошло до слуха твоего?Скажи мне, правда ль то, что рыцарь сей надменный,Незлобного отца прельстивши дух смиренный,Приязни от него обет уже приял?Что и на дочь его взор дерзкий простирал,Что даже смел уже мечтать о браке с нею?…

Альдамон

Вчера я поражен молвой противной сею;Но, находясь всегда при укрепленьи том,Где мною встречен ты при вшествии твоем,От града удален, я более не знаю,Что делалось в стенах, которы презираю;Они ужасны мне, ты в них гоним враждой.

Танкред

О друг, вверяюся тебе я всей душой!Спеши в Аржиров дом, узри Аменаиду,Скажи, что гражданин, неведомый по виду,Усердьем движимый и к чести дома ихИ к имени ее, кто с юных дней своихЕе почтенну мать, почтенный род их знает,О тайном слове лишь мблить ее дерзает.

Альдамон

В их доме заслужил свободный я прием;Всех видят с радостью, всех уважают в нем,Которые к тебе осталися усердны.Коль небо помощь даст – мои успехи верны.

Явление второе

Танкред

Поможет мне оно; сим небом сохранен,Сим небом я к стопам любезной приведен.Везде, всегда готов щит неба неизменнойДля чести истинной и для любви священной.Под ним я протекал стан мавровых полков;Сей щит и здесь меня покроет от врагов.От воинств кесарских, от Иллирии дальной,К любезной я спешил в край родины печальной,Неблагодарной мне, – но и в судьбе сей злой,С Аменаидою толико мне драгой!Порукой мне была любовь Аменаиды,Что сердце здесь мое не понесет обиды.Пришел – другой готов здесь с нею в брак вступить!Ужель она сама могла мне изменить?И кто сей Орбассан? и кто сей дерзновенный?Какой здесь и когда им подвиг совершенныйТак возгордил его, что требовать он смелНаграды, должной быть наградой славных дел,Заслуженной в боях и ранами и кровью,И присужденной мне хотя одной любовью.Чтобы лишить ее, пусть враг мне жизнь прервет;Но верность мне она и в самый гроб снесет.Не может мой злодей господствовать над нею;Душа ее во всем равна с душой моею.Аменаида! так, ты в бедствиях тверда,Боязни, ужаса, неверности чужда.

Явление третье