Читаем без скачивания Акция прикрытия - Данил Корецкий

Когда на место прибыл генерал Сероштанов, видеокамеры и фотоаппараты мгновенно обратились к нему. Импозантный мужчина с бородкой «ришелье» и лицом интеллектуала, он заметно отличался от своих предшественников, да и вообще от традиционного типа руководителей «конторы». Он был фотогеничен, Знал это и любил фотографироваться. Щелканье на миг приоткрывающих чувствительные пленки шторок напоминало приглушенные звуки передергиваемых затворов окончившим смену караулом. Из джипа-«чероки» майор Фиников тоже сделал несколько снимков.

— Кто старший? — строго спросил начальник УФСК, расправляя складки элегантного плаща.

— Капитан Сидельников, — как и положено по уставу, отрекомендовался командир взвода «Ада».

— Почему вы вмешиваетесь в дела нашей компетенции?

— Я только выполняю приказ. На ваш вопрос лучше ответит тот, кто его отдал, — генерал Коржов.

— Разве он здесь? — Сероштанов несколько смешался.

— Генерал выехал, скоро прибудет. Да вот и он.

Черный лимузин въехал с противоположного конца улицы. Грузноватый, простолицый Коржов в свободной, чуть обвисшей куртке явно проигрывал Сероштанову. Журналисты сразу обступили начальника СБП, хотя не ожидали, что он ответит на интересующие их вопросы. Однако Коржов повел себя вполне доброжелательно и демократично: остановился, выслушал, чего от него хотят, кивнул головой.

— Мы получили информацию, что неизвестные вооруженные люди, пренебрегая правилами движения, разъезжают по трассе, входящей в зону нашей оперативной ответственности, — неторопливо объяснил он. — По этим участкам дороги передвигается Президент, премьер-министр, члены правительства. Главное управление охраны не могло оставить такой сигнал без внимания, поэтому мы занялись его проверкой. Убедились, что четыре машины с мужчинами в полувоенной форме нарушают правила и тем самым создают аварийные ситуации, что ставит под угрозу безопасность руководителей государства, да и всех остальных граждан…

Коржов как будто не видел Сероштанова, и тот неприкаянно мялся в стороне, чувствуя, что умышленно поставлен в дурацкое положение.

— Раз первая часть информации подтвердилась, мы обязаны были проверить и вторую — насчет оружия. Нас опередили работники ГАИ, которые предъявили законные претензии к нарушителям дорожных правил. В ответ те напали на них, избили… Моим людям пришлось вмешаться, задержать хулиганов. При этом у них изъяли много незаконно хранящегося оружия. Все действия сотрудников Службы безопасности Президента вытекают из их компетенции. Следствие покажет, что именно замышляли задержанные. — Коржов указал на лежащих. — Думаю, что все предельно ясно…

Начальник СБП двинулся дальше, но дорогу ему преградил Юркин из «Московских ведомостей».

— Последний и очень важный вопрос: как вы получили эту информацию?

 — Очень просто. — Коржов слегка улыбнулся. — Кто-то позвонил в дежурную часть главка охраны и сообщил.

— Откуда же он узнал телефон? — не унимался Юркин. — Его нет ни в одном справочнике!

Коржов улыбнулся пошире.

— А это вам лучше спросить у того, кто звонил.

Отстранив газетчика, он подошел к Сидельникову.

— Раз милиция не приезжает, сами отвезите их в тридцать шестое отделение. Нет, там столько задержанных не разместят, везите в районное УВД, я позвоню Панову.

На Сероштанова он по-прежнему не обращал внимания. Тот постоял на месте еще несколько минут, потом повернулся и пошел к машине. Версия Коржова была безупречной. Первую схватку между ГУО и ФСК чекисты проиграли «всухую». Да и ГУВД осталось с носом. На арене борьбы за власть, — демонстративно растолкав традиционных «силовиков», появился опасный конкурент. Но любая игра состоит из нескольких периодов, сетов, таймов, раундов. И выигрыш первого вовсе не означает окончательной победы.

— …В настоящее время стратегические ядерные силы бывшего Советского Союза пришли в упадок, как и все их военное хозяйство. Но это не значит, что они стали менее опасны для Соединенных Штатов. — Генерал Малькольм О’Нил сделал паузу и со значением обвел взглядом членов подкомитета палаты представителей по обороне. — Обнищание ядерных республик, рост национализма и экстремизма, политические амбиции, неконтролируемые вооруженные формирования, претендующие на власть, дезорганизация армии, отсутствие государственной воли у руководителей, слабость центрального руководства — все эти факторы способствуют и ядерному шантажу, и международному терроризму, и самопроизвольным запускам…

Конгрессмены внимательно слушали директора Организации по созданию обороны от баллистических ракет, который озвучивал интересы большинства республиканцев. Речь шла ни много ни мало о миллиардных ассигнованиях.

— Кроме того, сейчас баллистические ракеты разного радиуса действия имеются у десятков стран, в том числе у ближневосточных агрессоров, — продолжал О’Нил. — Поскольку утечка расщепляющихся материалов из России приняла массовый и практически неконтролируемый характер, мы не знаем, сколько правительств или оппозиционных кабинетов способны нанести ядерный удар по Вашингтону или Нью-Йорку. Такое положение ставит нас перед необходимостью вернуться к плану противоракетной обороны и в течение шести-семи лет развернуть систему ПРО, известную под кодовым названием «Зонтик»…

Крепкая фигура генерала излучала уверенность и силу, вряд ли ему могли дать его шестьдесят два, только ежик совершенно седых волос над красным от загара лбом выдавал возраст.

— Когда-то все знали, что означает ПРО «Зонтик», но время стирает детали, поэтому я кое-что напомню… Итак, «Зонтик» — это система обнаружения, сопровождения и перехвата ракет с двадцатью ракетами-перехватчиками, сетью радиолокационных станций и датчиками космического базирования. Общая стоимость — пять миллиардов долларов.

Всем присутствующим была хорошо известна суть проблемы. Создание системы ПРО давало Штатам абсолютное стратегическое превосходство над всеми иными державами. Ни одна страна в мире по техническому-потенциалу и материальным ресурсам не способна раскрыть над собой подобный «Зонтик». Значит, США становятся обладателями мощнейшего внешнеполитического козыря и инструмента воздействия на любое государство. Но… Существовало препятствие, которое следовало обойти, ради этого и проводится сегодняшнее заседание.

— Как будет решен вопрос по обязательствам Соединенных Штатов перед другими странами? — задал вопрос конгрессмен от штата Вирджиния Майкл Блэкоп. — Договор 1972 года запрещает нам и России разрабатывать подобные системы. А он заключен на неопределенный срок и продолжает действовать!

Малькольм О’Нил откашлялся, закрыв губы белоснежным носовым платком.

— Пусть над этим подумают в постоянном Комитете по делам вооруженных сил, — наконец произнес он. — И в специальном Комитете по разведке. Россия столько раз нарушала свои обязательства, что мы можем оправдать нарушение своих. Вам предлагается проголосовать за то, чтобы конгресс вернулся к ПРО.

Голосование прошло единогласно.

Директор Центрального разведывательного управления США адмирал Джеймс Вулси, вернувшись с закрытого заседания специального Комитета палаты представителей по разведке, собрал своих заместителей и руководителей стратегически важных отделов.

— Что у нас есть по фактам несоблюдения Россией международных договоров и обязательств? — устало спросил он. Директор собирался в отставку, и это ни для кого не было секретом. Но директора приходят и уходят, а ЦРУ остается, поэтому кадровые перемещения не влияли на старательность ведомства в деле отстаивания национальных интересов. — Годятся также любые примеры агрессивности русских, — продолжил адмирал, — свидетельствующие об их ненадежности как партнеров цивилизованных стран.

— У берегов Греции затонула диверсионная подводная лодка русских, — доложил начальник средиземноморского отдела. — Обнаружены убитые диверсанты.

— Подробней! — потребовал директор. — Причины их гибели, в чем проявлялась диверсионная активность, какова опасность этой деятельности для Республики Греция?

— Подробные данные отсутствуют. Мы только сегодня направили туда группу «тюленей» из Литтл-Крика…

— Что еще? — Джеймс Вулси поправил очки в изящной оправе, оглядел своих сотрудников, но больше никаких примеров не услышал и нахмурился.

— А операция по сейсмическому оружию? Мы отрабатывали версию о причастности русских к нашим землетрясениям. Чем это закончилось?

Начальник русского отдела потупился.

— Наш офицер добыл подтверждающую видеозапись, но ему ее подменили. Операция провалилась.

— Если ничего другого у нас нет, надо вернуться к той операции и поправить дело. Как фамилия офицера?