У Лики и короля с посещаемостью этих занятий дела обстояли не очень – большую часть времени они тратили на донесения герцогской разведки, скармливая мне за ужином краткое содержание дневного улова. И содержание это с каждым днем нравилось все меньше. Судя по всему, корона Либаханта имела прямое отношение к тому нападению, закончившемуся нашим с Ликой знакомством и гибелью ее матери. Последнюю неделю Лика ходила сама не своя, тратя все силы и время лишь на один вопрос – имел ли принц Рэттер прямое отношение ко всей этой истории. И ответ этот она получила в новом донесении, доставленном в один из вечеров в начале третьей недели. Принц сам проговорился одному из придворных, что категорически не хочет быть принцем-консортом в соседнем государстве, предпочитая возглавить его единолично. Естественно, предварительно избавившись от нынешней правящей династии. Придворный же оказался одним из вездесущих агентов герцога… Приговор был подписан и обжалованию не подлежал.
В тот вечер Лика, просто почерневшая от переживаний, лично перед ужином пришла ко мне с расшифровкой донесения в руке и, разогнав магистров, спросила, что теперь делать. Я прочел донесение раз, другой и понял, что ответ может быть только один.
- Мочить в сортире. А с конкретной технологией разберемся.
На ужин мы безбожно опоздали, несмотря на напоминания мажордома, которому она в конце концов сказала начинать ужин без нас. Лика рыдала у меня на плече и не могла перестать, а я пока ничего не мог сделать, кроме как обнять ее покрепче. Так и простояли целый час… А потом еще ей нужно было умыться в моей ванной, как в старые времена, а также расчесаться моей же расческой. Ей еще в Питере чем-то полюбилась маленькая пластиковая расческа их «Красной стрелы», и в этом Мире таких было только две. Одна у нее, а другая, как несложно догадаться, у меня. До приведения себя в более-менее презентабельный вид покидать мои покои она категорически отказалась и боролась с собственным помятым внешним видом еще полчаса. Результат борьбы сложно было назвать победой, но на ничью он вполне тянул. Я за это время успел благополучно сменить изрядно подмокшую рубашку и вдоволь поскучать в гостиной. К столу мы вышли к тому моменту, когда все уже заканчивали чаевничать.
За ужином никто не заикнулся ни на предмет все же изрядно растрепанного вида Лики ни на предмет нетипичного опоздания. Я смотрел в ее глаза и понимал, что сегодня она окончательно рассталась с детством. Последние осколки розовых очков испарились и теперь она хотела лишь увидеть врага через прицел и нажать на спуск. Оптических прицелов в этом Мире пока не было, но Лика очень неплохо изучила оружие Земли. Чую я, что не найдет, так сделает. Она целеустремленная, а гильдейцев я сам уже неплохо поднатаскал во многих технических вопросах. Судя по выражению лица ее отца, он увидел примерно то же самое, что и я. Приближалась война, причем, нельзя исключить, что на два фронта – с Либахантом и с канцлером-узурпатором. При этом большой удачей было то, что ни тот, ни другой пока не знали, что Лика и король вернулись, а огромной проблемой – что войск Тайгана не хватило бы и на серьезную операцию по освобождению Лобисхома, не говоря уж о боевых действиях против внешнего противника, чем меня порадовал Учитель еще на одном из первых занятий.
Так что оп первого классического вопроса «Кто виноват?» пора было переходить ко второму, не менее классическому. А именно – «Что делать?» Король пока явно был просто раздавлен подтвердившимся предательством давних друзей и дальних родственников и к поиску решения и планированию действий просто не готов. А ждать долго нельзя. Слишком много людей и оборотней знают о возвращении Лики и короля и о моем появлении. Рано или поздно кто-то проговорится. И тогда в более выгодной позиции окажутся Либахант и канцлер, которые смогут взять нас в клещи и армия Лобисхома даже не узнает, что воюет против собственного короля. Так что же делать?
С этими мыслями я жевал то, что мне подавали, практически не ощущая вкуса. В какой-то момент Лика вместе с отцом встали, извинились и ушли. Меня она остановила взглядом, дав понять, что теперь уже ее плечо понадобилось внезапно постаревшему отцу.
Ужин постепенно заканчивался, присутствующие в непривычном беспорядке покидали свои места и наконец я остался один. С полупустой чашкой чая и куском безумно вкусного торта, к которому так и не притронулся… Никаких дельных мыслей в голову не приходило и все тот де вопрос гулко бился изнутри в череп, вызывая головную боль. Или это на радостях давление скакнуло? Рановато, вроде… Просидев без толку с час я отправился таки спать.
Не то заснуть, не то просто отключиться удалось лишь далеко за полночь, а на рассвете я вскочил, как ужаленный. Все тот же неистребимый Сварог! Как он стал бароном Готаром? Да попросту прибил предыдущего барона! Ваганум! В подобных обществах нередко чтят древние традиции и есть большая вероятность, что какой-то механизм передачи власти более достойному правителю вполне может иметь место. А это шанс! В таком случае знания и везение значат куда больше, чем грубая сила. А уж представления о том, что такое настоящая диверсионно-разведывательная группа, этот мир точно не имеет. Но, похоже, вскоре получит. С этой заманчивой идеей я и заснул снова.
Проснулся я от того, что меня трясли за плечо. За окном был все тот же рассвет, а у кровати стояла Лика. Во вчерашнем платье, еще более помятая, с красными глазами и с совершенно невменяемым выражением на лице.
- Вась, извини, я стучала. Мне просто нужно с кем-нибудь поговорить, а, кроме тебя, не с кем… И уснуть не могу, просто трясет.
- Хорошо, что пришла! – заявил я, мгновенно проснувшись. – Скажи, а есть ли в вашем мире обычай, позволяющий дворянину заявиться, например, к королю, прибить его или выгнать и сесть на его место?
- Есть, право Вызова.
- И как это выглядит?
- Есть ряд строгих правил. Дворянин может быть любой расы и не должен быть вассалом соответствующего монарха. Он и его сопровождающие лица должны официально въехать на территорию государства – это для исключения засылки наемных убийц. Сопровождать могут два человека или один оборотень. Все, что будет применяться для убиения старого короля, нужно привезти с собой и показать на таможне. Причем привезти обязательно именно поражающий элемент, как у вас называют. Например, наконечник стрелы, а древко и лук можно и на месте приобрести. При этом на все вопросы таможенников нужно отвечать честно, у них есть специальный амулет, выявляющий ложь. Собственно, вот все правила для претендента. А король может применять все, что сочтет нужным, но сначала должен догадаться, что на него начата охота. Именно в этом и состоит вызов. В реальности, правда, ничего такого не случалось много сотен лет, но традиция существует, ибо неписаная и не может быть отменена. – прочитала Лика краткую лекцию.
- Интересно, а как можно преодолеть границу? – уточнил я.
- Проще простого. Приезжаем на карете, сообщаем, что приехала племянница герцогини Чау, каковых сама герцогиня толком сосчитать не может и желает посетить соседнее королевство, где на днях ярмарка будет.
- А я?
- А ты – любовник этой самой племянницы. Сейчас у некоторых молодых представительниц высшего дворянства имеет место мода заводить любовников из числа богатых людей. До свадьбы дело обычно не доходит, да и семьи на подобное смотрят косо, но факт остается фактом. Так что можешь смело называть свой новый титул. Пропустят без лишних вопросов. А любое оружие можно провезти для ярмарки, как образцы.
- Неплохо. – заметил я, чувствуя, как намертво сжатая внутри меня пружина начала расслабляться. – Но есть одна проблема.
- Какая? – несколько удивленно спросила Лика.
- Чтобы быть моей любовницей, ты должна спать со мной. Так что… - я сдвинулся к центру кровати, освободив кусок одеяла. – ложись вот сюда и спи. Таможне врать нехорошо!
Лика сначала вспыхнула ярче макового цвета, потом задумалась, многозначительно улыбнулась и плюхнулась поверх одеяла. А при попытке накрыть ее оставшейся частью ухватила мою руку и прижала к себе. Так что пришлось придвинуться поближе, чтобы не расстаться с полюбившейся с детства конечностью и попытаться расположить ее так, чтобы не лапать совсем уж откровенно принцессину грудь. Ничего принципиально нового, две штуки, как и у всех, но как-то, как бы это сказать… Руку не отдали, прижав еще крепче и через секунду изволили заснуть. Надо будет ее потом спросить, кто ей на новом месте приснился. А пока спать, ничего другого со взятой в плен рукой не оставалось…
