Указатель со знаком радиации промелькнул мимо, и Шилов вспомнил как он пролетал на грузовом квадролёте альянса, мимо эпицентра единственного ядерного взрыва, грохнувшего в первый день войны в ближайшем Подмосковье.
Сама воронка тогда не показалась огромной, но разрушения и напрочь снесённые многоэтажки военного городка, впечатлили.
Через десяток километров гелик подкатил к перегородившим бетонку старинным БТР-80 жандармерии, с намалёванными на бортах черепами и воющими псами. За ними в кругу фар стоял армейский Урал с кунгом и чёрный микроавтобус. А ещё дальше стоял жёлтый автобус и грузовик непонятной марки, превращённый умелыми руками газорезчиков и сварщиков в тяжеленный броневик.
Гелик остановился и одна из башенок с ПКВТ развернулась в их сторону. Открылись десантные отделения бронетранспортёров и оттуда высыпал десяток бойцов с автоматами Калашникова и карабинами СКС.
— А вот и Красновцы — проворчал Шилов, рассматривая белые папахи, украшенные серебренными черепами с перекрещенными костями.
— Мля, пираты какие-то — весело заключил Дамир, и парни захихикали.
— Точно пираты, у некоторых даже сабли есть — добавил Азамат и они заржали ещё громче.
Тем временем к гелику подскочил усатый мужик непонятного звания с АКС-У наперевес.
— Кто такие!? И какого рожна тут по ночам шастаете!? — грозно рявкнул он.
— Ты глаза то разуй и ствол убери — ответил не менее грозно Дамир и сунул под нос казаку бляху с гербом новой полиции, на щите которого сверкала золотая пайза татарского хана.
Казак поменялся в лице, но автомат не опустил.
— О, полицаи! Ну и шо вы тут забыли? — нагло поинтересовался он.
Шилов увидел, как Азамат набрал полную грудь воздуха, явно собираясь обложить казака матом и понял, что пора вмешаться.
— Капитан Шилов! — громко выкрикнул он уже выходя наружу. — Убойный отдел главка новой полиции города Москвы. Прибыл по заданию генерала Мурзаева, для произведения следственных мероприятий на месте преступления.
После этой тирады Красновцы опустили автоматы, а из-за их спин вышел высокий пожилой офицер в фуражке и чёрном мундире с аксельбантами и орденами. На погонах блестели три черепа. Дополняли образ револьвер в кобуре и сабля в богато украшенных ножнах.
— Пропустить — рявкнул офицер и казаки разошлись в стороны.
— Полковник казачьих войск, генерала Краснова, Семён Степанович Воронцов — представился офицер и коротко отдал честь.
Шилов поприветствовал в ответ.
— Нам позвонили из отделения военной полиции альянса и приказали ничего не трогать до вашего прибытия — сообщил явно недовольный полковник. А когда Шилов проходил мимо он придержал его за руку — У вас пятнадцать минут на осмотр и фиксацию. После этого лучше уезжайте — предупредил он шёпотом с едва прикрытой угрозой.
— Хорошо — буркнул Шилов и выдернул рукав из цепких пальцев полковника.
Затем трое полицейских вошли в круг света. Шилов включил камеру постоянной фиксации, закреплённую на бушлате. Запись пошла, и он принялся ходить между трупами, при этом по привычке стараясь не наступать на гильзы.
Опытный взгляд уловил, что после прошедшего боя, здесь потопталась стая слонов. Трупы обшмонали, но всё же местных предупредили вовремя, и они ничего не успели убрать. Даже оружие убитых валялось рядом.
Оба его подчинённых не проявили никакого интереса к месту преступления и принялись шнырять вокруг, то стреляя у кого-то сигарету, а то и просто в наглую заговаривая с кем попало. Пронырливые татарчата своё дело знали, да и чутьё у них что надо. Сейчас они быстро узнают расстановку сил и поймут у кого можно сшибить мзду малую или большую — это уж как получится. Иногда получалось совсем нехорошо и приходилось срочно ретироваться.
Сам Шилов подходил к каждому трупу, прокатывал пальчики сканером отпечатков, после упаковывал пару срезанных волос в пронумерованные пробирки. Минут за десять он обошёл всех, заодно собрав образцы гильз.
В принципе, уже через пару минут опытному оперативнику стала ясна картина произошедшего. Похоже на въезде в зону отчуждения произошла стрелка, закончившаяся обоюдным смертоубийством. Пятеро братков-спортсменов с солидного вида господином во главе, встретились с Красновцами и что-то не поделили. Именно так собрался описать в отчёте Шилов во избежание проблем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На самом деле он сразу догадался, что перестрелку затеяла третья сторона. Работали два или три спеца, отобрали оружие и покрошили в капусту всех присутствующих, затем добили оставшихся контрольными. Но Шилов этого никому не скажет и даже его татарчатам этого лучше не знать. Не стоит чересчур обострять, а то некоторые из присутствующих очень нехорошо посматривают на незваных гостей.
По прошествии пятнадцати минут к Шилову подошёл Нурлан и принялся на ухо шептать:
— Короче опер, расклад такой. С Красновцами ты уже познакомился. Они стерегут периметр зоны и имеют долю малую со всех ништяков что добывают внутри, кроме этого крышуют пару коммерсов, занимающихся палёной водкой. Как я понял где-то в зоне есть склад и цех по бодяге суррогата. Они хотят, чтобы мы убрались пошустрее, правда для чего я не всосал, возможно, чтобы доделать какие-то дела или просто похоронить своих.
— Вон там стоит школьный автобус, внутри сидят местные бакланы из комендатуры зоны. Им, как и тебе на всё насрать. Парням хочется только одного чтобы всё поскорее кончилось, и они отчалили в комендатуру, пить антирадиационный спирт.
— А вот дальше уже интереснее, видишь на той стороне стоит обваренный стальными листами грузовик с пулемётом ДШК на крыше кунга. Так вот рядом тусуется местный положенец по кличке Сивый со своей ближайшей братвой. Он в зоне эксклюзивный подряд на вывоз металлолома имеет и почему-то больше всех недоволен нашем присутствием.
Шилов аккуратно посмотрел на широкоплечего мужчину в дорогой кожанке, затем перевёл взгляд на дюжину братков, сплошь одетых в фуфайки и вооружённых древними автоматами ППШ, ППС и винтовками Мосина. По виду собравшихся и по наколкам на руках он определил, что пацаны все сидевшие, и скорее всего сорвались после войны с одной из зон. Таких оккупационные власти любят и зачастую дают кормиться мелкими подрядами, отлично понимая, что там, где едят они, не будет место ни партизанам, ни подпольщикам.
— Не нравятся мне они, им в беспредел свалиться что два пальца обоссать — зло проворчал Шилов. — Надо отсюда валить.
— Опер, да ты чо? У нас похоже рыбка клюнула, и надо срочно выуживать бабки с господ зеков. Так что давай делай ещё пару кругов по трупакам, мы ещё на пол часа или час тут зависнем.
Шилов очень хотел свалить, но кивнул соглашаясь, при этом отлично осознавая, что чем дольше они тут трутся, тем сильнее нависшая угроза и призрачнее становится шанс вернуться домой к семье.
Нурлан начал отходить, но внезапно остановился и замер, уставившись на лицо делового лежавшего на асфальте.
— Азамат подойди — позвал он и когда напарник подошёл спросил: — Ты его случайно не узнаёшь?
Племянник генерала наклонился и получше рассмотрел лицо с дыркой во лбу.
— Да точно, помнишь у дяди мы смотрели трансляцию курултая из Казани. Кажись он там мелькал у президиума.
Когда Шилов это услышал то сразу понял, что все его планы, вернуться домой пораньше, пошли по одному месту. Теперь парни точно не уедут пока им не заплатят.
— Опер ты слыхал, похоже он из Казанской братвы. Надо узнать, что он тут делал? — громко сказал Азамат и обвёл собравшихся вокруг суровым взглядом.
Татарчата обыскали делового и не найдя ничего полезного разошлись. А вот Шилов увидел то что они не заметили. Он наклонился и поднял, казалось бы, ничем не примечательную ручку, которую парни вытащили из кармана пальто.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Шилов прошёлся по периметру делая вид что опять всё осматривает и в процессе залез в кунг Урала. Там он нажал на колпачок ручки и обнаружил что не ошибся. Крохотный глазок камеры закрылся, моргнул красный индикатор, просигнализировав что запись остановлена. До войны он сам пользовался похожим девайсом для тайной съемки.
