победоносной, но крайне жестокой борьбе с германскими племенами на Рейне и Дунае.
Монета с изображением Максимина Фракийца
Одним из способов укрепления своего авторитета Максимин считал продолжение большой германской войны, которую так неудачно начал его предшественник. Еще до Максимина на Дунае был сооружен понтонный мост, собрана большая армия, в основном из фракийцев, паннонцев и иллирийцев. Участвовали также первоклассные сирийские стрелки и мавританские застрельщики. Это во многом и обусловило успех наступления. Когда римляне перешли через Рейн, они быстро сломили сопротивление германских племен, в основном алеманнов[88]. Германия подверглась страшному опустошению. Но когда римляне дошли до лесистой местности, они встретили более упорное сопротивление. Германцы укрылись за глубоким болотом и не давали сражения римлянам. Солдаты на время остановились. Тогда Максимин один на коне прыгнул в глубокую трясину, увлекая своим поступком все войско. В болоте завязался упорный бой, окончившийся полным истреблением германского ополчения.
Зимой 235/236 года Максимин отвел свою армию в Паннонию и стал оттуда готовить нападение на германцев. Он предполагал завоевать всю Германию вплоть до северных морей, но осуществить этот грандиозный план не удалось: военные успехи Максимина не примирили с ним верхушку римского общества, римляне ненавидели варвара.
Жестокость его методов и финансовые вымогательства его чиновников вызвали против него восстание сначала в Африке, потом в Италии и Риме. Максимин двинулся с войском на Италию, но при затягивающейся осаде Аквилеи[89] был убит восставшими легионерами — вместе со своим сыном и соправителем Максимином.
По свидетельству Геродиана, часть легионеров, лагерь которых находился у Альбанской горы, сговорилась между собой убить Максимина, чтобы избавиться от длительной и бесконечной осады и больше не опустошать Италию ради ненавистного тирана. Собравшись с духом, они в полдень приблизились к императорской палатке. Максимин вышел, чтобы поговорить с ними, но они, не дав ему даже раскрыть рта, тут же на месте умертвили и его самого, и его сына. Затем перебиты были все его полководцы и друзья, а трупы их брошены без погребения. Головы Максимина и его сына отправили в Рим. Изображения Максимина в скульптуре и на монетах подтверждают слова Геродиана о пугающем виде императора. Историк писал:
«Он был огромен; непросто отыскать равного ему среди известных греческих атлетов или лучших натренированных воинов варварских племен… При его вспыльчивости такая сила наводила на всех страх. Терпеливое и сдержанное управление Максимин заменил по-варварски жесткой автократией, хорошо зная о враждебном к себе отношении, причиной которому было то, что он стал первым императором, поднявшимся до высочайшего положения из самых низов. Максимин был варваром как по происхождению, так и по характеру, унаследовав от своих сородичей грубый и жестокий нрав… Его достижения обеспечили бы ему более высокую репутацию, не будь он слишком безжалостен даже к своим союзникам и подчиненным».
Гордиан I
Даты жизни
159–238
Даты правления
238 год
Марк Антоний Гордиан Семпрониан Роман родился в 159 году.
По отцу принадлежал к роду Мециев Маруллов, ведущему свое происхождение от Гракхов, а род его матери восходил к императору Траяну. Его дед и прадед были консулами. Он и сам был дважды консулом, владел очень большим состоянием и пользовался громадным влиянием. В Риме ему принадлежал дом Помпея, а в провинциях он имел столько земель, сколько не имел никто из частных лиц.
Должность квестора он исполнял с большим блеском, а будучи эдилом[90], дал римскому народу за свой счет двенадцать зрелищ, то есть по одному зрелищу в месяц, причем выпускал иногда по пятьсот пар гладиаторов. После исполнения судебных обязанностей в качестве претора он стал консулом — в первый раз на пару с Антонином Каракаллой, а во второй — в 222 году — вместе с императором Александром Севером.
После целой череды разнообразных сенаторских должностей Гордиан Старший стал консулом в солидном возрасте — в шестьдесят четыре года. Когда он достиг восьмидесяти лет, Максимин назначил его наместником Африки.
В этой провинции один из имперских чиновников рьяно взимал налоги, нередко для достижения цели прибегая к конфискации имущества богатых землевладельцев. Возмущенные его жестокостью, молодые представители местной знати организовали заговор и, застав прокуратора врасплох, убили его. После столь возмутительного поступка они вдруг поняли, что для спасения собственных жизней им остается только поднять восстание во всей провинции и провозгласить нового императора — соперника Максимина Фракийца.
Бюст Гордиана
Гордиан показался им подходящей кандидатурой. Говорят, что поначалу он противился этому, но 19 марта 238 года все-таки принял титул августа, а несколько дней спустя со свитой солдат и знатной молодежи совершил церемониальное вступление в столицу провинции — Карфаген. Его сопровождал сын Гордиан, которого Гордиан I провозгласил своим соправителем.
«На короткое время, — пишет Геродиан, — Карфаген по своему процветанию и по всем внешним признакам сравнялся с Римом».
Вскоре оба Гордиана прибавили к своему имени еще и титул Африканский. Первым шагом новых соправителей стало отправление делегации в Рим; ее возглавил помощник Гордиана-отца, который вез в столицу обращение нового императора к сенату и народу. Кроме того, в Рим отправились и его личные послания, адресованные некоторым сенаторам. Одна из важнейших задач делегации состояла в том, чтобы устранить префекта претория Виталиана, который был убежденным приверженцем Максимина. (Император Максимин в это время был в войсках, в Паннонии.) Заявив, что прибыли с секретной миссией от Максимина, они смогли проникнуть к префекту и убили его.
Затем эмиссар Гордиана огласил его послание-программу, в которой Гордиан обещал наказать доносчиков, возвратить изгнанников и выплатить премиальные войскам.
2 апреля сенат утвердил императорские титулы Гордианов. Александр Север был обожествлен, Максимин объявлен врагом народа, а его сторонники, включая римского городского префекта Сабина, схвачены и убиты. Кроме того, действуя с несвойственной им энергичностью, сенаторы тут же создали комитет из двадцати бывших консулов, распределив между ними территорию Италии для защиты от ожидаемого нападения Максимина. Одновременно во все провинции были посланы эмиссары с призывом к наместникам присягнуть на верность Гордианам. На этот призыв откликнулись все, кроме наместников Паннонии, Дакии и Испании.
Однако события в самой Африке, откуда Гордианы так и не уехали, расстроили их планы. Из-за давней судебной тяжбы они были в плохих отношениях с Капелианом, наместником соседней Нумидии[91], и пытались сместить его. Он же отказался признать их режим и двинул против них свои войска. Младший Гордиан погиб в битве, после чего его отец кончил жизнь самоубийством (согласно другому источнику, он умер
