Читаем без скачивания Смерть шута - Джорджетт Хейер

– Но Джимми рассказал мне о гораздо худшем повороте дел! – рявкнул Пенхоллоу. – Будто эта девка собирается выйти за него замуж!

– Джимми! – протянула Марта. – Ну конечно! Джимми готов любому насолить, кто ему не по вкусу пришелся...

– Да-да... – Пенхоллоу откинулся на свои подушки. – Но мне сдается, и Конрад не так близок теперь с братом, как раньше... А? Что ты на это скажешь?

Марта пробурчала что-то нечленораздельное.

– Как думаешь, чего эта девка хочет? – спросил Пенхоллоу.

– Откуда же мне знать, сэр? Она ведь, как и я когда-то, простая девка в услужении, но кто же их поймет, молодых! Чего она хочет?! А хрен с перцем ее знает!

– Пошли ко мне мою сестру! – коротко приказал Пенхоллоу. – А сама поди вон. Уж больно ты языкаста, Марта...

– Да, сэр, только вот в свое время я была очень даже ничего... – ухмыльнулась она.

– Да, да, ты была ничего, но это мало что значит сейчас, – заметил Пенхоллоу.

Клару было не так-то просто найти. Наконец Марте удалось ее обнаружить в чужой ванной и направить к Пенхоллоу.

– Ты не слишком-то торопишься ко мне, сестричка! – заметил Адам Пенхоллоу. – А что это на тебе такое надето?

– Это такая туника. Ты мало понимаешь в этом! – отмахнулась Клара, присаживаясь в кресло и запахивая рваный край этой самой «туники».

– Послушай, до меня дошли интересные сведения о Барте, Клара.

Она ничего не отвечала, но вся напряглась, понимая, что всякую секунду может последовать взрыв.

– Кажется, ты слышишь об этом не впервые, Клара?! – тревожно сказал Пенхоллоу. – Ну, поделись со мной, сестричка, на душе будет легче...

– Я ничего не знаю, Адам, – медленно произнесла Клара. – И я считаю, что это не мое дело...

– Хорошо, а что эта девка? Лавли Трюитьен? Она что, вознамерилась женить Барта на себе? Отвечай!

Клара потеребила кончик своего носа, пожала плечами и ответила совершенно безучастно:

– Я ничего не знаю об этом, но, правда, девка эта мне не слишком нравится...

– Барт что-нибудь тебе говорил? – Нет.

– Черт побери, мне надо заняться этим делом! – заметил Пенхоллоу, озабоченно потирая ладони. – Джимми передал мне, будто Юджин говорил что-то о намерениях Барта на ней жениться....

– Я не желаю слышать о чем-либо, что говорит Джимми, Адам! – воскликнула Клара с подчеркнутым достоинством. – А у Юджина язык без костей, ты сам знаешь. Я просто удивляюсь, как ты можешь принимать нечто, сказанное Юджином, близко к сердцу...

– Черт возьми, да вы тут все сговорились скрывать от меня правду! – вскричал Пенхоллоу, впадая в ярость. – Но я все равно узнаю, можешь не сомневаться! Ты решила, что я уже беспомощен? Ошибаешься, старушка! Я покажу всем вам, кто в доме хозяин!

– Только не надо срывать свое раздражение на мне, – вставила Клара.

– Тебе следовало бы знать, что творится у тебя под носом!

– Но, Адам, у меня нет привычки совать нос не в свои дела... – заметила Клара, вздыхая.

– Ну и ступай ко всем чертям! Посмотришь, что я сделаю с твоим идиотским садом, старая перечница!

– Ты волен поступить как хочешь! – пожала она плечами. – Ты всегда, собственно, так и делаешь...

Пенхоллоу судорожно схватил газету, валявшуюся у него на кровати, быстро скомкал ее и швырнул вслед Кларе – комок стукнулся прямо в закрывшуюся дверь и упал на пол. Он, довольный метким и сильным броском, откинулся на подушки. Это усилие вызвало учащение дыхания и некоторое сердцебиение...

Когда его пульс немного успокоился, он сразу потянулся рукой под кровать в поисках бутылки с виски. Сделал один добрый глоток и вернул изрядно полегчавшую бутылку на место. После этого ему стало много лучше, и он продолжил свои размышления о том, что происходит с Бартом. Понимая, что от своих сыновей он много толку не добьется, он позвонил и велел вызвать к нему Лавли.

Когда она вошла, Пенхоллоу осмотрел ее не без удовольствия, отметив прекрасную фигуру и миловидное лицо. Казалось, она совершенно не была встревожена тем, что ее в неурочный час вызвали к нему в комнату. Подойдя к его кровати, она приложила полусогнутую руку к груди в полупоклоне и вопросительно протянула:

– Сэр?

Он еле заметно усмехнулся. Да, он не стал бы сильно корить Барта за то, что он свихнулся на этой девчонке. Есть тут от чего свихнуться, признался сам себе Пенхоллоу. Вслух он сказал:

– Лавли, девочка моя, мне тут сказали, будто Барт крутит с тобой любовь!

Она не моргнула глазом. Ее полная тугая грудь спокойно поднималась и опускалась от размеренного дыхания. Она потупила взор и тихо, скромно сказала:

– Молодому джентльмену, сэр, к лицу некоторая горячность...

Он почти готов был удовлетвориться этим дипломатичным ответом. Он коротко хохотнул, протянул свою длинную узловатую руку и схватил ее за плечо.

– Эх, будь я лет на десять моложе!.. А у тебя прелестные подмышки, кошечка, откуда они у тебя такие?

– Спасибо за комплимент, сэр! – она улыбнулась туманной, чуть соблазняющей улыбкой. – Вы так добры ко мне, сэр! Я постараюсь сделать все, чтобы вы были довольны, сэр...

Что-то в ее тоне прозвучало слишком уж слащавое, фальшивое, и Пенхоллоу вспылил:

– Ты маленькая негодяйка! – зарычал он, встряхивая ее за плечо. – Ты притворщица и аферистка, ей-же-ей! Нет уж, лучше мне выгнать тебя к чертовой матери!

Она подняла на него свои наивные глазки:

– Я что-то сделала не так, сэр?

– Ты сама прекрасно знаешь, ЧТО не так между тобой и Бартом! – рявкнул он. – Ну, может быть, может быть, ты и невинна. Но я знаю девиц такого сорта – они очень ловко умеют позаботиться на свой счет! Одним словом – если бы дело шло о развлечении, неужели я возражал бы? Но не вздумай только женить на себе моего сына! Ты – ты всего лишь Лавли Трюитьен, тебе ясно?

Она сделала большие глаза.

– Женить на себе вашего сына? Ну что вы, сэр? Откуда до вас дошли такие странные вещи? Ведь у нас с ним... Всего лишь легкий флирт, если позволите, сэр... Уж я не стану губить себя саму, не правда ли, сэр?

Он привлек ее к себе и взял своей огромной лапищей легонько за горло, заставляя смотреть прямо ему в глаза.

– Из того, что мне порассказали, ясно – ты можешь позаботится о себе гораздо больше, чем я представлял себе раньше! Отвечай: как далеко у вас зашло дело?

Ее сердце забилось чуть быстрее, а личико чуть-чуть порозовело.

– Я... Я, конечно, девушка, сэр... – сказала она.

– Прежде всего ты – маленькая врунишка! – ответил старик Пенхоллоу со скабрёзной усмешкой. – Я не верю ни единому твоему слову! А самое худшее – это что бедняге Барту не тягаться с тобой умишком, как я посмотрю! Но ведь есть еще я! Учти, моя девочка, – я еще жив! Да я загоню тебя в ад, вместе со всей твоей семейкой, прежде чем позволю Барту повести тебя в церковь! Вот так-то! А теперь поцелуй меня хорошенько и убирайся отсюда!

Она не сопротивлялась ни его поцелую, ни нескромному поглаживанию его руки, но, когда наконец ей удалось высвободиться, она с некоторой обидой сказала:

– Но поверьте, сэр, я не сделала ничего недозволенного... Наверно, это Джимми пытается вас настроить против меня, он всегда мне страшно завидовал...

– А почему это, интересно знать? – вскинулся Пенхоллоу. – С чего это вдруг Джимми стал завидовать тебе, а?

Она отошла к двери и подняла скомканную газету. Аккуратно положив ее на столик, она обернулась к нему и ответила, расплываясь в своей восхитительной улыбке:

– Не знаю, сэр, но мне иногда кажется, только потому, что я по воле Господа родилась от законного брака моих добрых родителей, сэр...

Пенхоллоу расхохотался:

– Только и всего? Не смеши меня! Бедняга Джимми! – он потрепал ее по бедру и оттолкнул: – Ну ладно, ступай теперь...

Когда Лавли выходила из комнаты, Пенхоллоу все еще посмеивался...

Стоило ей оказаться за дверью, она остановилась и прижала руку к груди. Сердце ее заходилось. При этом разговоре она чуть не умерла от страха и тревоги. Она чувствовала себя так, словно пробежала марафонскую дистанцию... Теперь она понимала, что положение Барта очень шаткое, ведь раз Пенхоллоу обо всем знает, он примет все меры, чтобы найти подтверждение своим подозрениям... Теперь она должна быть готова биться за Барта с целым миром. И она понимала, что будет биться, если до этого дойдет. Но она выросла в бедности, в отличие от Барта, и прекрасно представляла себе, что будет ждать их, если Пенхоллоу лишит Барта наследства...

Сейчас ее первейшей задачей было отыскать Барта и предупредить его, чтобы он ни в коем случае не проговорился о своем намерении жениться на ней. Но она немного сомневалась, окажется ли он на это способен, поскольку его прямая, грубоватая, честная и немного наивная натура не принимала таких поступков... Он всегда смеялся над ее маленькими хитростями, которые она изобретала для собственной защиты, приговаривая, что все женщины рождаются маленькими лгуньями и трудно их винить за прирожденный грех. Но к этому женскому греху он, Барт, вряд ли захочет приобщаться...