личностью. Она пыталась женить Роджера на себе, но я быстро положила этому конец. Ну, конечно, она меня возненавидела с тех пор, ведь я ее сразу раскусила.
Я не знал, как ускользнуть от миссис Экройд, и обрадовался, когда мистер Хаммонд подошел попрощаться. Я поднялся тоже.
– Как вы предпочитаете: чтобы судебное следствие проводилось здесь или в «Трех кабанах»?
У миссис Экройд даже рот раскрылся от неожиданности:
– Следствие? Но ведь оно же не понадобится?
Мистер Хаммонд сухо кашлянул и пробормотал:
– Неизбежно, при данных обстоятельствах.
– Разве доктор Шеппард не может устроить?..
– Мои возможности ограничены, – сухо сказал я.
– Но если смерть была результатом несчастного случая...
– Он был убит, миссис Экройд, – сказал я грубо. Она ахнула. – О несчастном случае не может быть и речи.
Миссис Экройд растерянно посмотрела на меня. Меня раздражало то, что казалось мне глупой боязнью мелких неудобств.
– Если будет расследование, мне... мне ведь не надо будет отвечать на вопросы? Нет?
– Не знаю. Скорее всего, мистер Реймонд возьмет это на себя, он знает все обстоятельства и может выполнить все формальности.
Поверенный наклонил голову в знак согласия.
– Я думаю, вам нечего опасаться, миссис Экройд, – сказал он. – Вас избавят от всего неприятного. Теперь о деньгах. Если вам нужна какая-нибудь сумма в данный момент, я могу это для вас устроить. Наличные, для карманных расходов, имею я в виду, – добавил он в ответ на ее вопрошающий взгляд.
– Вряд ли это понадобится, – заметил подошедший Реймонд. – Вчера мистер Экройд взял из банка сто фунтов.
– Сто фунтов?
– Да. Жалованье прислуге и другие расходы. Их еще не трогали.
– Где эти деньги? В его письменном столе?
– Нет. Он хранил их у себя в спальне. В картонке из-под воротничков, чтобы быть точнее. Смешно, правда?
– Я думаю, – сказал поверенный, – нам следует до моего отъезда удостовериться, что деньги там.
– Конечно, – сказал секретарь. – Я вас провожу... Ах да, забыл... Дверь заперта.
Паркер сообщил, что инспектор Раглан в комнате экономки, снова допрашивает прислугу. Через несколько минут он пришел с ключом, и мы прошли через коридорчик и поднялись по лестнице в спальню Экройда. В комнате было темно, занавески задернуты, постель приготовлена на ночь – все оставалось, как накануне. Инспектор отдернул занавески, лучи солнца проникли в окно, и Реймонд подошел к бюро.
– Он хранил деньги в открытом ящике. Подумать только! – произнес инспектор.
– Мистер Экройд доверял слугам, – с жаром сказал секретарь, покраснев.
– Конечно, конечно, – быстро согласился инспектор.
Реймонд открыл ящик, вынул круглую кожаную коробку из-под воротничков и достал из нее толстый бумажник.
– Вот деньги, – сказал он, показывая пухлую пачку банкнот. – Здесь вся сотня, я знаю, так как мистер Экройд положил ее сюда на моих глазах перед тем, как начал переодеваться к обеду, и больше ее никто, конечно, не касался.
Хаммонд взял пачку и пересчитал деньги. Внезапно он посмотрел на секретаря.
– Сто фунтов, вы сказали? Но здесь только шестьдесят.
Реймонд ошалело уставился на него.
– Невозможно! – вскричал он, выхватил пачку из рук поверенного и пересчитал ее снова, вслух.
Хаммонд оказался прав. В пачке было шестьдесят фунтов.
– Но... я не понимаю, – растерянно сказал секретарь.
– Вы видели, как мистер Экройд убирал эти деньги вчера, одеваясь к обеду? – спросил Пуаро. – Вы уверены, что он не отложил часть их?
– Уверен. Он даже сказал: «Сто фунтов неудобно оставлять в кармане – слишком толстая пачка».
– Тогда все очень просто, – сказал Пуаро, – либо он отдал сорок фунтов кому-то вечером, либо они украдены.
– Именно так, – сказал инспектор и повернулся к миссис Экройд. – Кто из слуг мог быть здесь вчера вечером?
– Вероятно, горничная, перестилавшая постель.
– Кто она? Что вы о ней знаете?
– Она здесь недавно. Простая, хорошая деревенская девушка.
– Надо выяснить это дело, – заметил инспектор. – Если мистер Экройд сам заплатил деньги, это может пролить некоторый свет на убийство. Остальные слуги тоже честные, как вам кажется?
– Думаю, что да.
– Ничего раньше не пропадало?
– Нет.
– Никто из них не собирался уходить?
– Уходит старшая горничная.
– Когда?
– Кажется, вчера она предупредила об уходе.
– Вас?
– О нет, слугами занимается мисс Расселл.
Инспектор задумался на минуту, затем кивнул и сказал:
– Видимо, мне следует поговорить с мисс Расселл, а также с горничной Дейл. – Пуаро и я прошли с ним в комнату экономки; она встретила нас с присущим ей хладнокровием.
Элси Дейл проработала в Фернли пять месяцев. Славная девушка, расторопная, порядочная. Хорошие рекомендации. Непохоже, чтобы она могла присвоить чужое. А старшая горничная? Тоже превосходная девушка. Спокойная, вежливая. Отличная работница.
– Так почему же она уходит? – спросил инспектор.
– Я тут ни при чем, – поджав губы, ответила мисс Расселл. – Мистер Экройд вчера днем был очень ею недоволен. Она убирала его кабинет и перепутала бумаги у него на столе. Он очень рассердился, и она попросила расчет. Так она объяснила мне. Но, может быть, вы поговорите с ней сами?
Инспектор согласился. Я уже обратил внимание на эту служанку, когда
