И прежде чем он успел сказать "нет", его крошечная сестренка оказалась в его руках. Он уставился на пищащий сверток у себя на коленях, удивляясь ее весу, энергии и силе ее легких.
Его сестра.
Его кровь.
Которая выглядела совсем не так, как тогда, когда спала.
И его внутренности снова скрутило, когда он безуспешно попытался успокоить ее.
Ее было не успокоить. Ребенок закричал, и неудивительно, потому что, что он мог ей предложить? Он ничего не знал о том, что нужно ребенку. У него не было никакого опыта, ничего, кроме обрывка колыбельной...
— Юсра! — Рявкнул он молодой женщине, которая беспомощно наблюдала за происходящим. — Возьми Атию. Я должен идти…
Золтан нахмурился, когда Юсра взяла ребенка.
— Разве у нас нескоро следующая встреча с советом?
— Я ненадолго.
* * *
Кровь Торы вспыхнула, когда она увидела имя, появившееся в ее почтовом ящике. Она хотела было сразу удалить сообщение, но заголовок темы остановил ее, хорошие новости.
Что, по его мнению, могло бы стать для нее хорошей новостью, если только он не изменил судьбу или мнение и каким-то образом не сумел вернуть ее средства? Она открыла сообщение.
Дорогая кузина Вики
Только что появилась возможность быстро заработать немного денег, так что, очевидно, я подумал о тебе!
Я ожидаю поступления средств, а тем временем они обещаны в другом месте. Мне срочно нужно полмиллиона долларов, просто чтобы продержаться, и я подумал, не могла бы ты заложить свою квартиру на пару недель, чтобы помочь мне? Это только временно, пока не поступят эти средства, и хорошая новость в том, что я смогу гарантированно выплатить тебе гонорар в сто тысяч долларов.
Дайте мне знать как можно скорее.
Твой двоюродный брат
Мэтт
PS Как говорили наши предки, в конце концов, кровь гуще воды!
Хорошие новости? Тора недоверчиво уставилась на экран. Ее кузен, должно быть, считает ее глупой. Сначала он лишил ее наследства, а потом захотел, чтобы она вернулась домой? Свиньи могут летать. А что касается того, что кровь была гуще воды, после того, как он предал доверие ее родителей и ее саму, он вообще не был для нее семьей.
Она уже собиралась нажать кнопку удаления и отправить сообщение в корзину, где ему и место. Будь проклято "КАК можно СКОРЕЕ" пусть он ждет ответа, который никогда не придет.
И тут ей в голову пришла идея получше. Намного лучше.
Поэтому она нажала "Ответить" и изменила заголовок темы на "Лучшие новости"! И начала печатать.
Дорогой Мэтт...
Она только что нажала "Отправить" с удовлетворительным щелчком мыши, когда в ее почтовый ящик пришло еще одно сообщение. На этот раз ей не терпелось открыть его.
Мы в пути! Написала Салли. Следующая остановка Германия!
Да! Она быстро ответила ‘удачи’ и на этот раз добавила много поцелуев, прежде чем отправить его со вздохом. По крайней мере, все шло правильно.
—Тора, — услышала она рев Рашида откуда-то из своей комнаты. — Тора! — Он появился в дверях на террасу. — Что ты здесь делаешь?
— Ты что, не мог просто постучать, как нормальный человек? — Сухо спросила она, гадая, откуда взялся огонь.
— Почему ты не принесла Атию, когда я просил?
— Потому что ты вызвал Атию, а не меня. И Юсра вполне способна принести ребенка. Она принесла тебе Атию?
— Да, но дело не в этом. Тебе следовало сделать это самой.
— Почему?
— Потому что ты ее няня. Ты несешь за нее ответственность.
— Нет, Рашид. Она твоя ответственность, но тебе нравится перекладывать ее на меня, и это плохо.
— Почему?
— Потому что она становится зависимой от меня. Она сближается. Вчера, когда я вернулась домой с нашей прогулки, Юсра была измотана попытками успокоить ее. — Она начала кричать, когда не обнаружила меня.
Они услышали, как Атия приближается, все еще плача, когда Юсра вошла в апартаменты.
— Мне очень жаль, шейха, — сказала молодая женщина, когда Тора пошла ей навстречу, взяла ребенка и прижала к груди.
— Все в порядке, — сказала Тора и ребенку, и Юсре, когда Атия схватила ее за волосы своими крошечными ручками, и ее слезы пропитали платье Торы. — Все в порядке. — Тора отослала Юсру за теплым молоком, когда малышка уткнулась в нее носом, и ее крики постепенно стихли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вот видишь, — сказала она, тихо обращаясь к Рашиду и покачиваясь. — Мне пришлось отправить ее с Юсрой, потому что она слишком привязалась ко мне. Тебе нужно нанять больше сиделок или позаботиться о ней самому.
Он выглядел озадаченным.
— Но если она чувствует себя с тобой в безопасности...
— Я уйду, Рашид. Вернусь домой, как только наш брак будет расторгнут. Или ты забыл?
Он покачал головой.
— Так оставайся подольше, если ты нужна Атии. Тебе нужно немедленно возвращаться?
— Как долго? И что потом? Она станет еще более зависимой от меня. Как это будет работать? Это не решение.
— Сколько заплатить, чтобы заставить тебя передумать?
Она вздохнула, когда Юсра вернулась с молоком.
— Знаешь, Рашид, в мире есть вещи, которые нельзя купить за деньги.
— Тогда научи меня, — прорычал он, когда Тора села, чтобы покормить Атию. — Покажи мне, как держать ее, чтобы она не плакала.
Тора моргнула, глядя на него.
— Ты действительно это хочешь?
— Конечно, я хочу. Она моя сестра. Как, по-твоему, я себя чувствую, даже если не знаю, как ее держать?
И Тора согласилась. Малышка начала успокаиваться, ее глаза покраснели и опухли от слез. Она могла бы сказать "нет" сейчас, чтобы избавить Атию от дальнейших страданий, но это было бы несправедливо. Поэтому вместо этого она подождала, пока ребенок полностью успокоится, ее веки стали закрываться, когда она пила.
— Тогда сядь, и я передам ее тебе, и, может быть, она не заметит.
Никто из них на самом деле в это не верил, но Рашид сделал, как она предложила, и Тора осторожно передала ребенка. Атия мгновенно пришла в себя, ее глаза были широко открыты, кормление прекратилось, когда она поняла, что произошли изменения.
— Все в порядке, Атия, ты в безопасности, — напевала Тора, даже когда она пыталась показать ему, как лучше укачивать младенца, расслабляя и смягчая его руки.
Атия не была убеждена, и в конце концов они оба признали свое поражение, позволив Торе забрать ее обратно.
— Я не могу остаться, — сказал он. — Мне нужно идти.
Тора кивнула, немного покачивая ребенка на руках, когда Атия возобновила кормление, на этот раз держа глаза открытыми на предмет новых фокусов, умная малышка.
— Я знаю, — сказала она. — Будет легче, я обещаю, — и она не смогла сдержать улыбки, когда он уходил, потому что Рашид все же пытался.
* * *
Слова Торы не выходили у него из головы, когда он возвращался через дворец на совещание по внешней политике с тяжелым сердцем, усугубленным тем фактом, что с Атией, казалось, ничего не получалось, даже когда он этого хотел. Он пытался. Клянусь Богом, он пытался сделать все, что говорила ему Тора, расслабиться и в то же время крепко держать ее, чтобы она чувствовала себя в безопасности, мягко покачивать ее, не дергая, успокаивая.
В мире есть вещи, которые нельзя купить или исправить за деньги. Разве он этого не знал? Не было никакой суммы денег, которую он мог бы бросить на то затруднительное положение, в котором оказался, и заставить его исчезнуть. Но, конечно, ее случай был другим. Почему она должна была уходить? Если бы она действительно заботилась об Атии и не хотела ее расстраивать, конечно, она могла бы согласиться остаться еще немного. Ей не нужно было спешить. По крайней мере, чтобы дать ему достаточно времени, чтобы привыкнуть к своим новым обязанностям. Кроме того, он был заинтригован ею, этой женщиной, которая могла быть соблазнительницей, Мадонной, бизнесвумен и даже утешительницей. Как она утешала его прошлой ночью, когда он пришел к ней в комнату, своими тихими словами и сочувствующими глазами.
