Итак, мистика вели на виселицу. Он увидел многочисленную толпу, бегущую перед ним. «Не надо так торопиться. Могу вас смело заверить – без меня ничего не случится. Вы можете идти не спеша, не торопитесь. Я – тот, кого они собираются убить, и без меня ничего не произойдет».
Таково мое отношение к смерти. Смейтесь! Пусть смех будет вашим отношением к смерти. Она есть огромная ложь, созданная человеком, его эго, его самосознанием.
Вот почему ни одно другое животное, птица или дерево не боятся смерти. Только человек. Он создает столько шума из ничего… Вся его жизнь дрожит от страха. С каждым годом смерть подбирается все ближе, поэтому человек просто не может позволить себе дышать полной грудью. Как можно жить, когда вы так боитесь? Жизнь возможна только без страха. Жизнь возможна только тогда, когда есть любовь, а не страх. Его создает смерть.
Кто виноват во всем этом? Бог и не думал о смерти, это изобретение человечества. Создайте эго, и вы увидите обратную сторону медали – смерть.
Глава 3. В поисках души
По сути своей я индивидуалист, поскольку только индивидуалист обладает душой. Группа людей не способна претендовать на душу – все они лишь мертвые образования. Только индивидуалист является живым феноменом. И мы должны помочь живому феномену стать современным и остаться таковым – ведь то, что современно сегодня, потеряет свою актуальность завтра. Вам необходимо научиться тому, как слиться с бытием, с каждым мгновением жизни, подобно воде в реке. Умрите для каждого мгновения прошлого и появитесь на свет для каждого момента настоящего. До тех пор, пока это не станет вашей религией, вы будете испытывать трудности, и ваше общество тоже будет испытывать трудности.
Пожалуйста, помоги мне узнать хоть немного, кто я.
Спящий человек может представить себя где угодно во Вселенной. С этой точки зрения, бодрствовать – значит оглядываться на тысячу жизней назад. Но это сон. Пока мы имеем дело с настоящим сном, бодрствование где-то рядом. В любой момент вы можете проснуться, любая ситуация может разбудить вас. И задача заключается в том, чтобы придумать «устройство», с помощью которого вас можно было бы разбудить. Иногда хватает какой-нибудь мелочи – вылить холодной воды на лицо – и вот вы уже не спите. Когда вы спите, вы очень далеки, но, пробуждаясь, вы видите, что эти огромные расстояния были лишь порождением сна. Сновидения – это и есть расстояние. Конечно, для того, чтобы видеть сны, необходимо спать, но в тот момент, когда вы просыпаетесь, сон исчезает, а вместе с ним исчезает и мир грез.
Правда заключается в том, что пробуждение – это самая близкая для вас реальность. Она рядом с вами, а значит, ее нельзя сделать целью. Все цели – это грезы, все достижения – это тоже грезы. Бодрствование не может быть целью, поскольку человек, который проснулся, не способен даже подумать о том, что есть бодрствование. В своем сне он не сумеет достичь такой цели, как просветление, – это невозможно. И что бы он ни делал, он будет очень далек от реальности просветления.
Просветление – это часть вашего бодрствующего сознания.
На Востоке выделяют четыре уровня сознания. Первый – это так называемая бессонница. Это не совсем состояние бодрствования, поскольку прямо за этим уровнем следует уровень грез. Закройте глаза и вы начнете грезить. Закройте глаза и вы увидите – воображение возьмет верх, и вы начнете отдаляться от этого момента, от этого места. В реальности вы не можете двигаться, зато разум позволяет вам оказаться где угодно.
Итак, первое состояние – это так называемое бодрствование; второе состояние – сон. Это известно каждому.
Третий уровень называют состоянием грез, поскольку сон не всегда означает грезы; он обладает иным качеством. Он безмятежен и тих, он мрачен и глубок… он восстанавливает силы.
Итак, сон – это вторая стадия, которая следует за так называемым состоянием бодрствования и сменяется в конечном итоге третьей стадией – грезами, или сновидениями. Бо́льшую часть своего сна вы грезите. Если сон длится восемь часов, то на протяжении шести из них вы видите сновидения. Вы спите урывками, но иногда человек может грезить довольно долго.
Вы не помните свое состояние, вот почему людям кажется, что это уже слишком – шесть часов сновидений и только два часа сна. Вы помните лишь последний отрывок сна, который был на стыке с бодрствованием. Так происходит, потому что наша память начинает работать только с момента пробуждения, то есть она ловит лишь заключительную часть сновидения. Вы помните не все сновидения, а лишь те, что привиделись вам незадолго до пробуждения, – это и есть утренний сон.
На Востоке всегда считалось, что шесть часов сновидений не менее важны для человека, чем два часа безмятежного сна. А на Западе лишь в течение последних десяти лет впервые этот факт был научно доказан. В действительности новые открытия говорят о том, что грезы намного важнее, чем сон, поскольку в сновидениях вы очищаете свой разум от мусора.
На протяжении всего дня разум собирает различные слова, желания, амбиции – слишком много лишнего! От накопленной информации необходимо избавляться. Днем у вас нет времени, чтобы сделать это, и вы накапливаете все больше и больше мусора. Таким образом, ночью, когда вы засыпаете, ваш разум получает возможность для самоочищения. Сновидения – это своеобразная генеральная уборка для головы человека. И так происходит изо дня в день: вы собираете мусор, вы видите сны и вот вы снова собираете мусор…
Все эти стадии хорошо известны каждому. Четвертая стадия безымянна на Востоке, ее просто именуют четвертой, turiya. Это номер, а не название. Эта стадия не имеет своего обозначения, а все для того, чтобы вы не смогли трактовать ее и чтобы ваш разум не смог играть с ней и вводить вас в заблуждение. На что способен разум? Он может лишь услышать номер «четыре». Разум парализован в этот момент. Дайте последней стадии любое название, и тогда вы обозначите вектор мышления – значение и есть вектор мышления. Но число «четыре» не имеет никакого смысла для него.
Четвертая стадия – это и есть настоящее пробуждение. Ее следует понимать в тесной связи с остальными тремя состояниями. Эта стадия чем-то схожа с первой стадией или так называемым бодрствованием. Бодрствование – это очень тонкое, почти неощутимое состояние, но у него есть свои признаки… Четвертая же стадия состоит только лишь из одних этих признаков; это абсолютное бодрствование. Я имею в виду момент, когда вы окончательно вышли из состояния сна.
Данная стадия имеет также некоторое сходство со вторым состоянием – сном. Сон бесшумен, глубок, безмятежен, он дарит расслабление, но в очень небольшом количестве – именно столько, сколько нужно для текущих дел. Четвертая же стадия обладает всеми этими характеристиками в абсолюте: полное расслабление, звенящая тишина, неизмеримая глубина.
Чем-то эта стадия похожа на сновидения. Грезы уносят вас прочь от себя. В сновидениях вы можете отправиться на Луну или к какой-нибудь далекой звезде, оставаясь при этом в своей кровати. На самом же деле вы никуда не двигаетесь, но до тех пор, пока вы грезите, все происходящее в вашем воображении кажется вам абсолютно реальным. В сновидениях вы не думаете о том, что все это лишь грезы. Если вы сможете осознать в момент сна, что все происходящее перед вашими глазами – плод воображения, грезы тут же исчезнут. И вот вы уже проснулись и не можете ухватиться за свое сновидение.
Одна суфийская история повествует о Мулле Насреддине, увидевшем однажды во сне ангела, который дал ему деньги со словами:
– Ты такой благонравный и такой мудрый, что Бог хочет вознаградить тебя.
Посланник небес протянул ему десять рупий, на что Мулла воскликнул:
– Это не вознаграждение, это оскорбление.
Ангел постепенно поднял сумму до девяносто девяти рупий. Но Мулла был упрям, и он сказал ангелу:
– Я либо беру сто рупий, либо не беру ничего. Такое мизерное поощрение, да еще и от Бога! Ты же его представитель, а не можешь даже дать мне сто рупий!
Он орал так громко («Либо сто рупий, либо ничего!»), что разбудил самого себя. Мулла оглянулся – вокруг ни души, лишь он один в своей кровати. И тогда он произнес:
– Бог мой, я потерял девяносто девять рупий, просто так, просто потому что упрямился из-за одной только рупии.
Мулла закрыл глаза и мысленно обратился к Богу: «Пожалуйста, вернись, куда бы ты ни ушел. Меня вполне устроят девяносто девять рупий, даже девяносто восемь… или девяносто семь – сколько тебе угодно. Просто вернись! Где же ты?
В конце концов, он дошел до одной рупии:
– Я возьму только одну рупию… любое вознаграждение от Бога – это уже здорово. Я был дураком, что называл Бога скрягой, а на самом деле во всем виновата моя алчность. Прости меня и дай мне только одну рупию.
