В конце ноября 1918 года, когда фронт проходил по линии восточнее Новодзенска, Бузулука, Бугульмы и по Верхнему Уралу, обнаружились недостатки военного управления. Адмирал А.В. Колчак и его окружение понимали, что для достижения победы над противником важна четкая организация руководства войсками, и начали преобразование штабов.
В ходе реорганизации были проведены разграничения функций управлений и отделов штаба ВГК. Так, разведку и контрразведку передали в управление 2-го генерал-квартирмейстера. 29 ноября 1918 года формируется Центральное отделение военного контроля (ЦОВК), вошедшее в состав разведывательного отдела{283}. Однако в ходе дальнейшей реорганизации, 12 апреля 1919 года обе спецслужбы были переданы в состав реформированного управления генерал-квартирмейстера, куда помимо них еще входили оперативный и общий отделы, канцелярия, автомобильный гараж и топографическая часть.
Адмирал А.В. Колчак органы военного управления формировал по образцу и подобию царской армии. 30 ноября 1918 года (приказ военного министра № 16 от 5 декабря 1918 года) был образован Главный штаб военного министерства, в котором сосредотачивались сведения об организации и составе войск, по комплектованию личным составом, их устройству и внутреннему управлению, подготовке кадров, снабжению всеми видами довольствия и т.д. «Все сделанное уже Ставкой, та живая организационная работа, которая создавала армию, все ее начинания были забракованы, как плод незрелый и не подходящий под узкие старые рамки, — свидетельствует генерал-лейтенант К.В. Сахаров, в то время генерал для поручений в штабе ВГК. — Была сначала сделана попытка подчинить военному министерству все касавшееся вооруженных сил, чтобы можно было все подвести под эту ферулу крутящейся этажерки со старинными томами законов и штатов. Но Верховный правитель на это не пошел и разделил сферу власти так: действующая армия с территорией по Иртыш подчинялась (в военном отношении) начальнику штаба Верховного главнокомандующего, все гарнизоны и запасные войска, вся местность к востоку от Иртыша — военному министру»{284}. Таким образом, произошло разграничение сфер влияния фронтовых и тыловых органов военного управления.
Со временем расширялись функции Главного штаба, что привело к изменению его структуры. 26 февраля 1919 года в нем были учреждены квартирмейстерский и осведомительный отделы. Осведомительный отдел, руководитель которого непосредственно подчинялся помощнику начальника Главного штаба, состоял из разведывательного отделения, контрразведывательной части, главного цензурно-контрольного бюро и информационного отделения. Но в конце апреля, как следует из временного штата Главного штаба, разведывательное отделение было передано в квартирмейстерский отдел{285}.
В марте 1919 года началась очередная волна реорганизации тыловых военных учреждений. В состав военно-окружного управления входили военно-окружной совет, военно-окружной штаб, управление дежурного генерала, окружной архив, типография и команда штаба. В военно-окружном штабе были созданы разведывательное и контрразведывательное отделения{286}. «Одним из первых дел нового военного министерства был отказ от корпусных районов и замена их военными округами; массу времени потратили на это и ничего не добились, — считает генерал-лейтенант К.В. Сахаров. — Получились громоздкие штабы: штаб Иркутского округа имел свыше ста тридцати офицеров, Омского округа — более ста семидесяти. Войск же было только то, что осталось от прежних корпусных районов»{287}.
Свои спецслужбы имело и Морское министерство. В состав управления по оперативной части флота входили разведывательное (4 человека) и контрразведывательное (8 человек) отделения{288}. Последнему подчинялись ряд контрразведывательных пунктов: при главной базе в Перми, штабах 1-го, 2-го и 3-го дивизионов боевых судов, штабе отдельной бригады морских стрелков и двух опорных базах. Военно-морская и речная контрразведка в своей деятельности руководствовалась морскими законами и инструкцией военно-сухопутной и морской контрразведке{289}.
Создание правительственной разведки — особого отдела при управлении делами Верховного правителя и Совета министров (далее — управлении делами) было инициировано не профессионалами спецслужб, а лицом, далеким от данной сферы деятельности — помощником директора пресс-бюро отдела печати Б.А. Деминовым (более подробно о нем будет рассказано в следующем параграфе). На допросах в Полномочном представительстве ВЧК по Сибири автором идеи он назвал главноуправляющего делами Т.В. Бутова. Сегодня опровергнуть или подтвердить эти сведения не предоставляется возможным. Вместе с тем приведенные современными исследователями документы свидетельствуют о том, что разработчиком документов являлся именно Б.А. Деминов.
Приблизительно во второй половине марта 1919 года он подготовил доклад и объяснительную записку к штатам и смете особого отдела. В докладе важнейшей задачей текущего момента было названо «широкое развитие дезорганизующей деятельности» в советском тылу. Для ее ведения автор документа предложил создать при управлении делами специальный орган — особый отдел по делам дезорганизации неприятельского тыла с «целью разрушения психики его (противника. — Авт.) вооруженных сил, дискредитирования объединяющей идеи, усиления народного недовольства, подготовки восстаний и пр.». Автор доклада обозначил следующие направления деятельности особого отдела: взаимодействие с антисоветским подпольем в тылу красных войск; расстройство советского тыла — разрушение промышленности и транспорта, возбуждение недовольства организациями восстаний; разложение Красной армии.
Изложенные в документах предложения нашли поддержку со стороны главноуправляющего делами Г.Г. Тальберга, который поручил заняться дальнейшей разработкой проекта руководству пресс-бюро отдела печати{290}.
Опуская описание проблем, с которыми пришлось столкнуться Б.А. Деминову при реализации своей идеи, отметим, что начало формированию особого отдела при управлении делами было положено предположительно в мае 1919 года. Обратим внимание: без рассмотрения Советом министров Положения об особом отделе и его штатов{291}. Вызывает недоумение отсутствие упоминания об особом отделе во временном штатном расписании управления делами, утвержденного Советом министров 6 июня 1919 года{292}.
Существующее подзаконно подразделение без четко прописанных нормативными актами задач позволяло его руководству заниматься различными видами деятельности: разведывательной, разведывательно-диверсионной, информационно-аналитической и информационно-пропагандистской.
По версии историка В.И. Шишкина, временные штаты особого отдела, вероятнее всего, были утверждены 28 июня 1919 года. Отдел состоял из руководства (управляющий, чиновник для особых поручений, делопроизводитель и журналист), общего (заведующий, его помощник, секретарь и машинистка), политического, специального (начальник, помощник, 6 «агентов местных») и двух прифронтовых отделений, а также инспекторской части. Последняя включала в себя инспектора, 3 курьеров для связи, 4 представителей при штабах объединений, а также агентуру — заведующего, его помощника и 8 «агентов зарубежных». В середине августа структура, штаты особого отдела и денежные оклады подверглись изменениям. Например, в центральном отделении вводилась должность ответственного руководителя. Лица, ее занимавшие, предназначались для работы в Советской России. К 20 августа в Особом отделе (без технического персонала, оренбургского и семипалатинского отделений) числилось 69 человек{293}.
В начале ноября 1919 года часть сотрудников особого отдела во главе с Б.А. Деминовым выехали из Омска в Красноярск, где планировалось развернуть работу отдела. Однако на новом месте дислокации, в ситуации хаоса и развала работы тыла, особый отдел уже функционировать не смог и прекратил свое существование{294}.
Особый отдел при управлении делами Совета министров — первый в истории отечественных спецслужб специальный орган, созданный в правительстве страны для «дезорганизации вражеского тыла». В дореволюционной России таких структур не было даже в годы Первой мировой войны.
Историк В.И. Шишкин, изучивший цели создания, структуру, кадровый состав и основные направления деятельности этого уникального в своем роде подразделения, не относит его к разновидности спецслужб, указывая на его обособленное положение{295}. Однако внимательное изучение военно-управленческих структур позволяет найти некоторое функциональное сходство между особым отделом управления делами с осведомительным отделом Главного штаба или управлением 2-го генерал-квартирмейстера при ВГК, выполнявшим функции разведки, контрразведки, пропаганды, осведомления (о нем мы будем говорить чуть ниже). Нечто подобное создал Б.А. Деминов, но только подчинявшееся не военным, а гражданским властям. Наблюдаются некоторые сходства особого отдела с шульгинской «Азбукой».
