— Если к тому же, — тихо добавила Катрина, — мы знаем, что человек, которого мы оплакиваем, жив и, возможно, смеется над нами.
— Неужели вы действительно верите, что ваши родители живы? — вмешался в разговор герцог.
— Несомненно, это так! — уверенно ответила ему Катрина. — Я только что ощущала их рядом с собой, когда находилась в церкви, и не сомневаюсь, что они помогут мне справиться с… любой проблемой и… посоветуют, что делать дальше.
По тону ее голоса герцог догадался, что «проблема», о которой она говорила, была неразрывно связана с ним. Он тут же решил, что позднее им непременно нужно будет продолжить их утренний разговор. Он обязательно скажет, что ей ни к чему ехать за границу.
После ленча гости изъявили желание покататься. В имении герцога было несколько живописных уголков, куда обычно все любили отправляться по воскресным дням, если, конечно, позволяла погода.
Одним из излюбленных мест был небольшой пруд, расположенный посреди поляны. Ходили слухи, что воды его обладали магическим свойством излечивать больных ревматизмом.
Мужчинам также доставляло удовольствие посещать загоны, где можно было увидеть и оценить кобыл с недавно появившимися на свет жеребятами.
Ко времени чаепития все возвратились в дом.
Герцог был доволен собой, поскольку ему удалось ускользнуть от Анастасии и Люси, отправив их в других экипажах, вместо того чтобы предложить свой, которым он сам управлял.
Анастасия вернулась последней. Заметив ее экипаж, въехавший на подъездную аллею, герцог удивился, где она могла задержаться в компании двух молодых людей.
Быстро удалившись в свою комнату, он так и не присоединился к гостям, собравшимся за столом для чаепития.
Поднимаясь к себе, чтобы переодеться к ужину, Катрина поняла, что скучала без него.
«Я непременно должна поговорить с ним сегодня, — думала она. — Он еще может что-нибудь предпринять, чтобы наша свадьба не состоялась… если, конечно, он… в самом деле не хочет жениться на мне».
Скорее всего так и было в действительности, и он не горел желанием становиться ее мужем. Но где-то в глубине души она надеялась, что если они все же поженятся, то в один прекрасный день он хоть немного, но полюбит ее.
«Всего лишь немного, мама, — мысленно обратилась она к матери, — потому что я знаю, что если он только не будет меня презирать… то наша совместная жизнь окажется… интересной».
Возвращаясь из церкви и сидя рядом с ним в одном экипаже, она остро ощущала его присутствие. Ей даже трудно было сконцентрировать свое внимание на том, о чем говорил граф Кимберли, чтобы внятно отвечать на его вопросы, хотя он, видимо, и не догадывался об этом.
«Герцог такой замечательный человек, — поделилась она с матерью, — вряд ли я… интересую его. Но все равно мне очень приятно находиться рядом с ним и… слушать его».
Катрина надела самое красивое платье из своего гардероба, белый цвет которого олицетворял собой ее первый выезд в свет. Маленькие букетики из незабудок служили его украшением. Свою тонкую талию она опоясала голубой лентой. Создалось такое впечатление, что девушка только что сошла с картины.
— Вы выглядите великолепно, мисс! — воскликнула Эмили, закончив помогать ей одеваться. — И мне кажется, если добавить к вашему наряду немного экзотических цветов, что были на вас в первый вечер, вы станете еще неотразимее.
Франжипани были не только милы, но благодаря их сладкому аромату Катрина ощутила таинственную романтичность. Спускаясь к ужину, она надеялась произвести на герцога впечатление.
Войдя в гостиную, она поняла, что пришла слишком рано, потому что почти никого еще не было. Случайно встретившись взглядом с герцогом, она на минуту словно окаменела, ощутив, как странно забилось сердце. Герцог тоже, замерев, смотрел в ее сторону. Ее широко раскрытые, светящиеся глаза напоминали ему звезды на небе.
Они продолжали не отрываясь глядеть друг на друга, но в какой-то момент несколько гостей, находившихся в другой стороне зала, рассмеялись.
Катрина сразу очнулась, отвернувшись, но поняла, что не в силах вымолвить ни слова. Лишь скромно встав у стены и глядя невидящим взором на висевшую на ней картину, она смогла отвести от себя любопытные взгляды.
Во время ужина она видела только герцога, сидевшего во главе стола. Позже, когда дамы покинули гостиную, Катрина скрылась за портьерами и стала всматриваться из окна в ночную темноту.
Луна и звезды будто что-то нашептывали ей, но она никак не могла разобрать, что именно. Неожиданно она снова, как и в церкви, явственно ощутила возле себя присутствие родителей. Она была счастлива и уже не так напугана, как в предыдущий день.
«Завтра все разъедутся, — сказала она себе, — и тогда я смогу поговорить с ним».
Поскольку было воскресенье, танцы не устраивались, поэтому почти все собрались за карточными столами.
Катрина подумала, что теперь она может легко ускользнуть незамеченной и пойти спать.
Выйдя из гостиной, она поднялась по лестнице, не воспользовавшись подсвечниками с зажженными свечами, специально оставленными на столе в холле. С Эмили она заранее договорилась, что позовет ее, как только возвратится в свою спальню, поэтому комната была пуста. На ночном столике горели две свечи.
Подойдя к окну, Катрина раздвинула портьеры, чтобы полюбоваться звездами, но тут, к ее изумлению, в комнату вошла графиня Калвертон.
— Вижу, ты рано собралась спать, — сказала она, — и я также намерена лечь в кровать. Но нельзя ли вначале попросить тебя кое о чем?
— Да, конечно, — ответила с готовностью Катрина.
Ее несколько удивил доброжелательный тон графини, так как ни вчера, ни сегодня та вообще не обращала внимания на нее.
— Я поступила крайне неосмотрительно, — пожаловалась Анастасия. — Мне неудобно просить об этом слуг. Я, так же как и ты, разглядывала ночное небо и, выглянув из окна, случайно уронила свой браслет. — Графиня усмехнулась. — Мой муж будет вне себя от злости из-за такой небрежности с моей стороны. Но я знаю, что браслет лежит под окном и, надеюсь, не повредился, если упал на клумбу.
— И вы хотите, чтобы я сходила и подобрала его для вас? — спросила доверчивая Катрина.
— Будь так любезна, — взмолилась Анастасия. — Но мне не хотелось бы, чтобы слуги заметили тебя, иначе им станет интересно, что за богачка разбрасывает свои драгоценности направо и налево.
Графиня снова улыбнулась, а Катрина произнесла:
— Я спущусь по боковой лестнице и выйду из дома через дверь, ведущую в сад. Мне известно, где она находится.
— Ты очень мила, — сказала Анастасия, — и мне стыдно за свою беспечность.
