Программа восстановления и укрепления российской экономики
Эта третья часть общей программы Шарапова обоснована и проработана им наиболее глубоко. Именно в этой части программы проявился основной талант Шарапова – талант экономиста. Экономическая программа Шарапова имеет несколько направлений. В романе «Диктатор» один из главных героев – Соколов (диктатор Иванов назначил его министром финансов в своем кабинете) – определил эти направления:
«Наше финансовое преобразование должно распадаться на три части:
– переустройство денежной системы;
– переустройство государственного хозяйства;
– переустройство органов хозяйственного управления».
Сквозная идея Шарапова, проходящая через все его произведения: здоровая денежная система страны – важнейшее условие успеха реформ во всех сферах общественной жизни – социальной, экономической, политической. Не скатываясь на позиции вульгарного материализма и денежного детерминизма, Шарапов, тем не менее, полагает, что здоровая денежная система может способствовать даже оздоровлению духовно-нравственной атмосферы в России. Эту простую мысль Шарапов вкладывает в уста своего главного героя – «диктатора» Иванова, беседующего с будущим своим министром финансов Соколовым: «…в основе организации современного государства лежат деньги… Все может быть плохо, но денежная система хороша, и государство будет процветать. Все хорошо, но денежная система плоха, и государство разорится и попадет в революцию…»[146].
Эта посылка актуальна и для сегодняшней России. Да, ситуация во всех сферах нашей жизни плоха или даже ужасна. Тысячи авторов – ученых, политиков, писателей, общественных деятелей – предлагают различные идеи выхода из кризиса. Но буквально единицы обращают внимание на следующее обстоятельство: каких бы успехов мы ни достигли в плане духовно-нравственного возрождения нашего народа, при существующей ныне в России денежной системе нам Россию не восстановить и не спасти.
Мне вспоминается русская сказка про Кощея Бессмертного – страшного и безжалостного чародея. Под ним аллегорически можно понимать вселенское зло, мировую закулису, капитализм. Человеку кажется, что Кощей бессмертен, поскольку все усилия человечества уничтожить его кончаются ничем, Кощей продолжает жить и наводить ужас на людей. Чтобы уничтожить его, надо найти и сломать иглу Кощея, которая упрятана в яйце, яйцо – в утке, утка – в зайце, заяц – в сундуке, а сундук зарыт под дубом. Многим борцам с Кощеем в лучшем случае удавалось найти дуб. А немногим – отрыть сундук под дубом. Но до иглы еще никто не добрался. Потому, что человек, одурманенный опиумом «религии денег», не очень себе представляет, что собой представляет эта игла в нашем мире и где она зарыта. Шарапов нам подсказал: это современная денежная система, которая находится под контролем бессмертных Кощеев – Ротшильдов, Варбургов, Шиффов. Эти Кощеи делают все возможное, чтобы никто не догадался, в чем секрет их силы – финансовой, политической, духовной. Шарапов один из первых разгадал тайну современных Кощеев.
Примерно за два года до своей кончины С. Ф. Шарапов написал одну из наиболее программных своих работ в области экономики и финансов «Финансовое возрождение России», которая была зачитана им как доклад на заседании Русского собрания в Петербурге 9 марта 1908 г. Работа достаточно обширная, но в конце Сергей Федорович в краткой форме изложил основные пункты своей программы: «Резюмируя все высказанное сегодня, я предложу на ваш суд нижеследующие положения:
1. Чтобы выйти из нынешнего печального экономического положения, ведущего Россию к разорению и гибели, необходимы три условия: во-первых, отменить нынешнюю золотую денежную систему, не отвечающую ни внутренним, ни международным потребностям России, и перейти к такого рода деньгам, которые как в качественном, так и в количественном отношении соответствовали бы нашим экономическим условиям, т. е. давали бы возможность правильно обставить народный труд и широко развить кредит, способствовали бы накоплению национальных капиталов и избавили бы нашу Родину от кабалы у международной биржи. Такими деньгами может быть или наша старая испытанная серебряная валюта, или бумажные деньги. Во-вторых, переустроить в полной между собой гармонии правящие экономической жизнью народа и государства органы. В-третьих, начать совершенно иную экономическую и, в частности, финансовую политику.
2. Основой здравой финансовой политики после переустройства русской денежной системы является пересмотр нашей системы прямого и косвенного обложения и перенесение центра тяжести государственных доходов с налогов и сборов на другие источники.
3. Главными источниками государственного дохода должны быть: государственные железные дороги, государственные кредитные учреждения, капиталы казны, вложенные в промышленные предприятия, и монополии: табачная, нефтяная и элеваторная.
4. Вредная и безнравственная питейная монополия должна быть упразднена с возмещением получавшегося от нее дохода равномерной раскладкой соответственной суммы на все виды имуществ и рисков по введении всеобщего обязательного государственного страхования.
5. На первый план должно быть поставлено постепенное погашение нашего внешнего долга, достижимое единственно путем улучшения нашего торгового и расчетного баланса при совершенном прекращении всяких дальнейших займов и привлечения иностранных капиталов»[147].
Программа С. Ф. Шарапова и современная Россия
То положение, в котором находилась Россия 100 лет назад, имеет много общего с положением нынешней России, получившей невразумительное название «Российская Федерация». Сходство не случайное: тогда Россия вопреки воле русского народа двигалась по пути капитализма; и сегодня ее опять загоняют в эту же самую колею, ведущую к обрыву. Мне как экономисту особенно бросаются в глаза такие общие моменты, как:
– засилье иностранного капитала в российской экономике,
– быстро растущий внешний долг страны,
– сильная зависимость государственного бюджета и всей экономики от внешнего рынка и игр спекулянтов на мировом рынке,
– испытываемый отечественными предприятиями постоянный денежный голод,
– высокие процентные ставки по кредитам,
– растущая социально-имущественная дифференциация общества,
– паразитизм и космополитизм нашей государственной бюрократии,
– процветающая коррупция и казнокрадство,
– усиливающееся отставание российской экономики от западной экономики,
– неразвитость экономической инфраструктуры,
– бедственное положение сельского хозяйства, грозящее стране голодом;
– отсутствие развитой промышленности,
– неготовность экономики к ведению серьезной войны и т. д.
Достаточно сходна и геополитическая ситуация той и нынешней России. Шарапов писал в начале 1908 г.: «Огромная, свежая и живая страна с талантливым и трудолюбивым народом дошла до положения жалкого паралитика, прикованного к своему одру, и то бессильно на нем мечущегося, то не подающего признаков жизни. А между тем со всех сторон собираются тучи, готовятся величайшие, быть может, за всю нашу историю испытания. России придется отстаивать и от пробуждающегося Желтого Востока, и от фанатизуемого все более и более ислама, и от своих мнимых западных друзей не только свою целость и независимость, но, быть может, и самое свое существование»[148]. Характеристика внешнего окружения России, данная Шараповым, полностью соответствует реалиям XXI века.
В каком-то смысле сегодня экономическая и политическая ситуация в России и вокруг России даже более катастрофическая, чем во времена С. Шарапова.
Во-первых, сегодня мы имеем не Россию в границах 1914 г., а лишь ее кусок, называемый «Российской Федерацией». Значительная часть некогда громадного континента под названием «Российская Империя» уже 20 лет числится «ближним зарубежьем». Потери с экономической точки зрения громадные. Уже не приходится говорить о потерях нравственных, гуманитарных, геополитических.
Во-вторых, в своей массе население России в начале прошлого века было сельским, связанным с землей и сохранявшим православное мировоззрение и православный образ жизни. Это был духовный фундамент, на котором легче было возрождать и укреплять российскую государственность. Сегодня такого фундамента нет (хотя большая часть населения себя позиционирует как «православное», однако это Православие чисто номинальное).
В-третьих, разрушение духовно-религиозного фундамента русского общества сопровождалось также разрушением монархического устройства государства. Сегодняшнее государство с его парламентарно-демократическим устройством несравненно слабее, чем даже самодержавие, ограниченное Манифестом 17 октября 1905 г.
