Читаем без скачивания Рыжее пророчество - Сергей Платов

Селистена какое-то время внимательно смотрела на меня и вдруг ни с того ни с сего рассмеялась.

– Ты чего? – удивился я такой вот реакции на мои слова.

– Бородатый, упитанный, колдун пятой ступени посвящения, боярин, правая рука князя, отец двух детей… и остаешься все тем же мальчишкой.

– А разве это плохо? – скромно потупился я, пропуская мимо ушей нелепое и незаслуженное упоминание о моей упитанности.

– Нет, – призналась Селистена, подарив мне при этом одну из своих удивительных улыбок. – Этого мальчишку я полюбила, за него вышла замуж и с ним готова прожить всю свою жизнь.

– Значит, я могу немного порезвиться? – на всякий случай уточнил я.

– Обещаешь, что останешься живым? – ответила вопросом на вопрос рыжая.

– Да, – не моргнув глазом отозвался я.

– Можешь, – согласилась моя жена и подарила мне страстный поцелуй.

В этот момент мне больше всего захотелось оказаться не на скамеечке в кедровом бору, а где-нибудь в совершенно банальном помещении с не менее банальной кроватью. Однако до глубины души знакомый щебет не позволил мне даже помечтать о такой малости.

– Дядя Олег, а вы были на том заседании, когда папу собирались выгнать из скита, предварительно стерев ему память?

– Он что, действительно нарушил чуть ли не все пункты клятвы ученика «Кедрового скита»?

– А много было молодух, из-за которых и завертелась та история?

– И почему именно были недовольны папой их отцы, братья и женихи?

Е-мое! А эту историю откуда они узнали?! Это же было давно и практически неправда! Ну да, был молодой, горячий и общительный, так это не повод, чтобы после стольких лет мои шалости вытаскивать на свет божий!

– Кстати, я бы тоже с удовольствием послушала ответы на все эти вопросы, – хмыкнула Селистена и шутливо щелкнула меня по носу. – Может, услышу что-нибудь новенькое про твои былые похождения?

– Селистенушка, солнышко, так это было до тебя! – чуть не подпрыгнул я на своем месте. – С тех пор я белый, пушистый и даже не болел ни разу!

– Ни разу? – лукаво прищурилась мелкая.

– Клянусь! – торжественно провозгласил я и положил руку на сердце.

– Да верю, верю, – отозвалась мелкая, – если бы не верила, только бы ты меня и видел.

А вот в этом я ни капельки не сомневаюсь, характер супруги изучен мною досконально. Кстати, я совершенно искренне считаю, что самое главное в семейной жизни – это доверие. Только тут необходимо сделать маленькую ремарку: попрошу не путать доверие в философском, можно сказать, глобальном смысле этого слова и незначительные казусы, когда Селистена ловила меня на мелком, бытовом вранье. То и не вранье-то было в его истинном значении, а так, безобидная шалость. Как говорится, ничего личного, просто у меня характер такой.

При всех моих несомненных достоинствах может у меня быть один маленький недостаток? Необязательно отвечать, сам прекрасно знаю, что может.

Я уже собирался было что-то схохмить, но неожиданно даже для самого себя выдал:

– Знаешь, вроде еще совсем недавно меня поражали и даже забавляли мужчины, которые могли жить долго с одной женщиной. Мне казалось, это так скучно и неинтересно…

– А сейчас, стало быть, так не кажется? – вздернула бровку Селистена.

– Нет, – совершенно честно заявил я, – во-первых, мне, кроме тебя, никто не нужен…

– А во-вторых? – в очередной раз перебила меня мелкая.

– А во-вторых, с тобой не соскучишься.

В этот момент, по закону жанра и здравого смысла, я должен был страстно поцеловать Селистену, а она, соответственно, не препятствовать этому процессу, а, наоборот, всячески пойти мне навстречу, чуть прикрыв глаза и еле заметно расправив уголки губ в блаженной улыбке. В общем-то так оно и должно было произойти, но неожиданно на сцене жизни, буквально в двух шагах, появились Лучезара и Василина в сопровождении попритихших белых колдунов.

– И как это вы могли попасться на такую удочку? Ведь змеиная печень пахнет гнилым орехом!

– А даже если и проглотили ее по случайности или по глупости, так нужно было всего-навсего проглотить горсть моченой морошки, настоянной на липовом отваре.

– Даже мы знаем такую мелочь, нас бабушка Серафима научила.

– Но я…

– Да, что бы вы ни говорили, а система образования у нас еще не на высоте! – выдала ошарашенному Олегу Лучезара, и вся шустрая компания вновь скрылась за воротами скита.

– Слушай, ты за ними присмотри, что ли… – почесав затылок, осторожно сказал я Селистене. – Похоже, девчонки пошли вразнос, хлебнув свободного воздуха скита. Как бы чего не вышло.

– Не выйдет, – хмыкнула мелкая, – можешь не волноваться, у меня в этом деле большой опыт.

– Только это меня и успокаивает, – облегченно выдохнул я и все-таки сотворил то, что положено было по сюжету и здравому смыслу. От себя я внес лишь значительное увеличение времени, которое отписал бы на сие действо опытный драматург. Но в конце концов мне пришлось-таки выпустить из своих объятий Селистену. Виноваты опять оказались рыжие лисята, словно два маленьких урагана вернувшиеся в поле нашего зрения.

– Прощаетесь?

– А без поцелуев что, никак?

– Вроде не первый год замужем!

– Ну да ладно, если вам так нравится, можете продолжать, мы подождем.

Я готов был поклясться, что моя обычно невозмутимая супруга покраснела, словно девица на выданье после пикантного анекдота, и даже торопливо отстранилась от меня.

– Да вы не смущайтесь, мы и не такое видели!

– И уже привыкли.

– Э… – попытался я вставить хоть слово, дабы поинтересоваться, что именно они имели в виду, но был тут же безжалостно перебит.

– Пока, папуля!

Чмок в правую щеку.

– До свидания, папочка!

Чмок в левую.

– Можешь спокойно развязать свою венде… – на мгновение замялась старшая, подбирая мудреное слово из очередной запретной книги.

– Вендетту! – подсказала младшая.

– Во-во, ее, – обрадовалась Лучезара. – А мы уж тут в грязь лицом не ударим.

– Подтвердим твою репутацию, – поддакнула Василина.

– Кстати, дядя Захарий сказал, что с такими навыками, как у нас, мы уже можем претендовать на первую ступень посвящения.

– Правда, придется чуть подправить устав скита, ну да это ерунда.

– Дедушка Серогор нам обещал…

– Да и Захарий с Олегом против не будут…

– Да вы целуйтесь, целуйтесь…

Девчонки, видимо, собирались выдать мне еще что-то, но неугомонный характер упрямо тащил их только вперед, и долго устоять на одном месте они просто не могли.

– Ты думаешь, они и вправду видели? – прошептала красная от смущения Селистена, когда лисята исчезли в воротах.

– Надеюсь, что нет, – как можно увереннее отозвался я, лихорадочно прикидывая, где именно мы могли с Селистеной проколоться и недостаточно тщательно скрыть наши любовные порывы.

В конце концов мне надоело перебирать в уме источник утечки информации, и я обреченно махнул рукой.

– Да ну, ничего они не могли видеть, мы всегда двери закрывали. Если только…

– Что «если только»? – встрепенулась продолжающая полыхать Селистена.

– Да нет, ничего, – отмахнулся я, давая себе зарок, что, как только разберусь с насущными делами, обязательно прослежу, чтобы в бане закоптили окно. Но это потом, а сейчас неплохо бы сменить тему. Я не нашел ничего умнее, как в порыве снять с пальца перстень перемещения. Именно его я протянул супруге:

– Держи, вам сейчас нужнее.

– Почему это? – удивилась солнечная.

– Нужнее – и все, – отрезал я, не найдя, что бы ответить поостроумнее, – я и так до города доберусь, а вам пригодится, мало ли.

– Но…

– Ну и что, что не умеешь пользоваться?! Когда-то же надо научиться. Вспомнил о нужном месте, крутанул его на пальце и, считай, прибыл по заявленному адресу.

Селистена была очень удивлена, но спорить со мной не стала и послушно надела перстень на палец.

– С Симой и Кузьминичной прощаться не буду, они сейчас и так заняты под завязку. Просто передай им от меня привет. А вот Олегу и Захарию…

– Что, тоже привет? – не удержалась от язвительного вопроса мелкая.

– Именно, – согласился я, – а еще успехов в их нелегком труде.

Я уже собрался было прощаться, но рыжая остановила меня. Было видно, что ее что-то беспокоит.

– Даромир, ты без меня с батюшкой не говори, ладно?

– Не понял, – искренне удивился я, – он, конечно, не бог весть какой собеседник, но не до такой же степени. И потом, мы нынче с ним не в ссоре, так что вольно или невольно разговаривать придется.

– Тьфу ты, все с ног на голову поставил, – одернула меня Селистена. – Я имела в виду, не говори про мою мать, боярыню Аллину.

– Ах, ты в этом смысле… – протянул я. – Ладно, без тебя не буду. Я, честно говоря, со всеми событиями этой памятной ночки подзабыл, что мы хотели Антипу с утра перекрестный допрос с пристрастием учинить. Ну да ладно, отложим до лучших времен. Надеюсь, он не попытается скрыться от правосудия, а то мне страсть как хочется узнать, кем была моя теща.