Читаем без скачивания Авиатор - Макс Мах

— Да, я вот и сам еще не разобрался. Можете объяснить?

— Три часа назад лорд Диспенсер не знал, кто ведет с вами переговоры, — объяснила Лиза, — но знал, где остановился профессор.

— Я вас понял, Лиза, — кивнул Райт. — И я ваш должник.

— Не стоит благодарности.

И все закрутилось. Поспешные сборы не оставили времени ни на представления, ни на объяснения, тем более, на кофе со штруделем. Райт связался по телефону с бригом и вызвал знакомый уже Лизе «фоккер», который мог приземлиться на площадке перед отелем. Через час профессор с дочерью и учеником убыли на «Звезду Севера», а Райт и Лиза поехали назад на большом локомобиле, в который кроме них поместился и весь немалый по объему и весу багаж гостей.

— Расскажете? — спросил Райт, когда машина тронулась.

— Разумеется, — кивнула Лиза и начала рассказывать о своих захватывающих во всех смыслах приключениях. Впрочем, не все и не во всех подробностях. Всегда есть что-то, что не стоит произносить вслух. Во всяком случае, не при свидетелях…

Часть II

Капитан Браге

Глава 5

«Звезда Севера», Май, 1931

Накатило сразу вдруг. Без предупреждения и без предвестников. Едва вошла в каюту, скрепы, державшие в тонусе, разом ослабли, и ее затрясло. Пришел страх, которого Лиза так и не дождалась в городе. Да, какой там страх! Смертельный ужас! Фантазия-то у Лизы была о-го-го какая! Отличная фантазия, одним словом, и представить, что и как могло произойти, — пойди что-то не так, — ей не составило труда. Ну, она и представила. Ведь Лиза не Елизавета, — светлая ей память! — с ее безрассудным бесстрашием и безумной отвагой. Лиза росла в другое время, в другом обществе, в другой стране. В СССР женщины, почитай, полвека не воевали, и этим все сказано.

Она закрыла за собой дверь, привалилась спиной и съехала на пол. Ноги не держали, дыхание стало прерывистым, и ей явственно не хватало воздуха. Сердце билось, как бешеное. Не только быстро, но и в каком-то рваном неправильном ритме. Не было сил встать, но вставать и не хотелось. Ее охватило оцепенение, которое странным образом уживалось с ужасом, затопившим сознание.

Сколько времени сидела так — с мокрой от слез душой и сухим лицом, — не запомнила. Много или мало, долго или нет, но Лиза минут не считала. Часов, впрочем, тоже. Не считала бы и дней, но неожиданно в дверь постучали. Лиза не то чтобы услышала этот звук, я скорее почувствовала его затылком и плечами. Стук вывел ее из оцепенения, заставил вспомнить, о таких странных и, казалось бы, неуместных здесь и сейчас вещах, как честь и достоинство. Честь Елизаветы Браге, достоинство Лизы Берг.

Она все-таки нашла в себе силы встать. Поднялась на ноги, провела ладонью по лицу, словно, стирая налипшую паутину.

Стук повторился.

«Ах, как не вовремя!»

— Минуту! — сказала вслух. Голос прозвучал хрипло и сухо, словно, воронье карканье.

«Вот же, черт!»

— Кто это? — спросила, не задумываясь над тем, как прозвучал вопрос: вежливо или нет.

— Сэмюель Бейли, мадам!

Англичанин Сэмюель Бейли — оружейник «Звезды Севера».

«А тебе-то, Самоша, что от меня понадобилось? Шел бы ты, друг… в свою Англию!»

Но нужда лучший наставник. Лиза вздохнула, выдохнула, открыла дверь.

— Здравствуйте, мистер Бейли! Чем могу быть полезна?

— Извините за беспокойство, мадам! — оружейник был явно смущен, но настроен решительно. — Приказ шкипера, госпожа капитан! — и он протянул ей пистолет маузера в деревянной — орехового дерева — кобуре, в обвесе из светло-коричневой кожи.

— Какого черта, Бейли? — Лиза, все еще находившаяся «в расстроенных чувствах», его просто не поняла.

— У нас чрезвычайное положение, мадам, — объяснил оружейник. — Шкип приказал раздать оружие по списку «А». Вы в списке.

— Почему маузер? — Спросила Лиза, даже не задумавшись о том, отчего она состоит в этом таинственном списке «А»?

— Паллиатив, — пожал плечами англичанин. — Я большинству членов боевой группы винтовки и карабины раздал, но вам, мне кажется, с винтовкой ходить будет несподручно. Револьвер у вас маленький. А этот маузер десятизарядный, под девятимиллиметровый патрон. На двести метров уверенно бьет. С кобурой, пожалуй, и на триста. Хорошее оружие, мадам, и можно носить на ремне через плечо.

Лиза взяла «маузер» в руки. Тяжеловат, конечно, и рукоять круглая, но чем-то напоминает «стечкин», из которого ей приходилось стрелять.

«Не велика наука. Разберемся!»

— Спасибо, Сэм! Мне бы еще запасную обойму…

— Все тут, — показал Бейли, — в кармашке на кобуре.

— Десять, говоришь?

— Так точно, мадам!

— Тогда до встречи за обедом, — кивнула Лиза и закрыла дверь.

«Маузер… Что ж, могло быть и хуже!»

Едва волоча ноги, — такая на нее вдруг напала слабость, — Лиза подошла к столу. Медленно, как больная, осмотрела кобуру и обвес. С одной стороны — крепления портупеи, с другой — два кармашка с клапанами. В одном запасная обойма, в другом — инструмент для чистки оружия. В торце — укреплен шомпол. Она открыла крышку, вытащила пистолет, знакомый только по музейным стендам и фильмам про революцию и гражданскую войну. Тяжелый, длинный, но устройство несложное, и стрелять из него будет просто. Вот только сила отдачи неизвестна, так что палить следует с осторожностью, страхуя правую руку левой, или вообще в сборке с кобурой, приложив к плечу.

«Но что же мне так плохо-то?»

Сжимало сердце — страх все не отпускал, болела голова, — знакомая боль, но оттого не менее мучительная, — и налилось огнем правое плечо.

«Вот же говно какое!»

Лиза сняла жакет, освободила ремни наплечной кобуры, швырнула револьвер в кресло и пошла в ванную, сбрасывая по дороге туфли, стягивая юбку, и, освобождаясь от всего прочего, чего на ней по местной моде надето было отнюдь не мало: блузка, шелковая комбинация, бюстгальтер, пояс, чулки и, наконец, трусы. Уже голая приняла снадобье Тюрдеева, высыпав порошок из бумажного пакетика прямо на язык и запив его парой больших глотков коньяка прямо из бутылки. Встала под душ. Горячей воды оказалось мало, но оно и к лучшему. Холодный душ отрезвляет и очищает мозги от всякой ерунды. Выбралась из ванной, дрожащая и покрытая с ног до головы гусиной кожей. Выпила еще несколько глотков коньяка, завернулась в махровый халат, закурила.

«Ну, все, все! — сказала самой себе. — Было и прошло! Жива, здорова! Мозги в черепе, а не на мостовой. Все хорошо!»

Отпила из бутылки, взглянула на часы.

«Время-то как летит!»

Было уже без пяти пять, и Лиза заколебалась, что лучше: напиться и, может быть, уснуть и «видеть сны», как предлагал принц Датский, или не пить, а терпеть? Воспитывать силу духа, так сказать…

«Быть или не быть… Смешно! Он ведь был соотечественником моих предков. Или это не мои предки? Но ответ однозначно в стиле стоиков: не пить. Праздновать труса постыдно!»

Чья это мысль? Могла ли так подумать Лиза? Раньше — нет, а теперь — да? И та ли это Лиза, вообще?

Зазвонил телефон.

«Что теперь?!»

Возникло желание послать всех и не отвечать, но именно поэтому Лиза и ответила.

— Да?

— Это Иан, Лиза. Надеюсь, я вам не помешал.

— Помешали.

— Извините!

— Извинение принято. Продолжайте!

— Спасибо! — Райт казался искренним, но кто его знает, какой он на самом деле?

«Темная лошадка… Вещь в себе!»

— Лиза, у вас возникли вопросы, на которые я не ответил.

— У вас приступ раскаяния? — спросила Лиза, неспособная подавить раздражение, избавиться от головной боли и забыть о плече, запястье, бедре и прочих частях тела, решивших именно сейчас, напомнить ей о своем существовании.

— Вроде того.

— Излагайте! — предложила Лиза, смерившись с необходимостью продолжать разговор.

— Мы обсудили ситуацию с профессором Нольфом.

— Он заказчик? — прямо спросила Лиза. — Он нас фрахтует?

— И да, и нет.

— Что в лоб, что по лбу!

— Он наш партнер.

— Уже интересно! — Лиза достала из пачки новую папиросу, прикурила от зажигалки. — Значит, он наш компаньон? Ваш или наш?

— Наш, пропорционально доли в доходах.

— Справедливо, — согласилась Лиза. — Что теперь?

— Он хочет с вами встретиться.

— Зачем?

— Наверное, чтобы вас поблагодарить, вы ведь ему жизнь спасли, и не одному ему.

— То есть, правды он мне не скажет?

— Да, Лиза, — терпеливо объяснил Райт, — профессор находит, что это логично и целесообразно. Чем меньше людей будут знать, какова на самом деле цель нашего путешествия, тем лучше. Но на определенном этапе я, разумеется, все вам расскажу. Итак?

— Он что, хочет прийти прямо сейчас? — сообразила она, наконец, зачем ей позвонил Райт.