погулять по вечерним улицам?
Он поднялся из-за столика, прихватив с собой чашку, и в этот момент кто-то сильно толкнул его под руку. Горячий кофе выплеснулся ему на рубашку.
— Ты что творишь⁈ — возмутился Яго, поворачиваясь к тому, кто так неуклюже повёл себя. — Рубашку теперь только выбросить! Ты хоть представляешь, сколько она стоит⁈
— Ой, кто это тут у нас? — насмешливо ответил крепко сбитый, жилистый мужчина. — Неужели сынок Трастамара? Тот самый, который чего-то испугался и свалил из Академии?
Кровь бросилась в лицо Яго. Не отдавая себе отчёта в том, что делает, он размахнулся — и в кафе раздался звук хлёсткой пощёчины.
Неизвестный дотронулся кончиками пальцев до покрасневшей щеки.
— Ах ты, щенок… Меня зовут Алваро Диас. Я требую удовлетворения.
— В любой форме, — заносчиво ответил кипящий от злости Яго.
— Поединок, — сухо бросил Алваро. — Немедленно. На рапирах.
Этого Сантьяго не ожидал. Он думал, оскорблённый потребует денег. Но тот захотел дуэли. Что ж…
— У меня нет с собой оружия, — сказал он. — Если вы подождёте…
— Чтобы ты сбегал за своим кликом и удрал, как удрал из Академии? — ухмыльнулся Алваро. — Как бы не так. У меня найдётся лишняя рапира. Рядом есть уютный парк, где нас никто не побеспокоит.
Повторное обвинение в трусости снова заставило кровь вскипеть в жилах. Отодвинув наглеца плечом, Яго пошёл к выходу.
— Показывай дорогу.
Алваро прихватил поставленные в углу у входа две рапиры, завёрнутые в плащ, догнал Сантьяго и показал на узкий проход между домами:
— Сюда.
Переулок вывел их к небольшой апельсиновой роще. Яркое солнце, яркие оранжевые плоды, от тяжести которых пригибались к земле ветки с пыльными тёмно-зелёными листьями — умиротворяющее зрелище, которое никак не вязалось с поединком. Всё казалось каким-то нереальным, словно происходило во сне.
— Выбирай любую, — Алваро развернул плащ и протянул Яго рапиры. Тот не глядя взял первую попавшуюся, несколько раз рассёк воздух хлёсткими ударами и удовлетворённо кивнул.
— Годится.
Алваро забрал себе вторую, отсалютовал своему противнику и встал в позицию.
Поединок обещал быть лёгким. Сантьяго был в Академии не последним фехтовальщиком, выдержал не один поединок с лучшими из лучших, что ему какой-то безвестный бродяга? О бое до смерти речи не шло, а пустить кровь — дело секундное.
Конечно, могло пойти и так, что первая царапина достанется ему самому, если противник окажется неожиданно силён или удача будет на его стороне. Что ж, тогда он, Сантьяго, извинится, и в этом не будет ущерба его родовой чести и гордости. В конце концов, он действительно ударил этого проходимца.
Казалось, всё пошло по плану: клинки несколько раз встретились со звоном, рапира Яго любовно оплела клинок Алваро, скользнула по нему и рассекла рукав и кожу под ним. Выступило красное пятно.
— Первая кровь, — Яго отступил, поднял рапиру остриём вверх, салютуя проигравшему.
Но тот словно не услышал его. Рапира свистнула, сильным ударом выбивая рукоять из руки Сантьяго, бродяга зацепил сапогом его ногу и рывком опрокинул на спину. Рапира в руке Алваро поднялась, нацелившись смертоносным остриём в грудь поверженного.
— Ты же не думал, что король забывает о своих долгах?
Яго стало легко, как за миг перед пробуждением. Конечно, ему всё просто снится во сне. Сейчас он проснётся, и ничего не будет — ни апельсиновой рощи, ни Алваро, ни нацеленной на него рапиры… Сейчас раздастся звонок будильника, и всё кончится.
Звонок действительно раздался. Но не будильника. Алваро нахмурился, сунул свободную руку в задний карман брюк и вытащил смарт.
— Слушаю, ваше величество, — сказал он, не опуская рапиру, готовую пронзить сердце поверженного противника.
— Ты выполнил задание? — донёсся до Яго голос Винсента.
— Сейчас выполню, ваше величество. Мне осталось только его заколоть.
— Отставить. Я его милую, — услышал Яго. — Передай ему, раз уж он сбежал, пусть готовится к возвращению короля.
— Да, ваше величество.
Рапира опустилась. Экран смарта погас.
— Ты слышал, щенок? — Алваро хмуро посмотрел на лежащего юношу. — Вот уж воистину Божье произволение… Король помиловал тебя. Помни его милость, возвращайся домой и будь готов служить ему до последнего вздоха. Тебе придётся очень много потрудиться, чтобы восстановить его доверие.
Подобрав выбитую рапиру, бретёр завернул оружие в плащ, сунул свёрток подмышку и скрылся между деревьями.
Я мог только покачать головой. Порой Сеть Ковена просто ужасала.
— И ещё, — я припомнил странную реакцию ведьм на одну из Герега. — Что вас так заинтересовало в Агнессе?
— Запах, — пропели ведьмы.
— Мы ощутили тот же запах, что от Литы.
— Но слабее.
— Но она может стать одной из нас. Ты же не будешь против?
Вот это было неожиданно. Я полагал, что связующим звеном между Ведьмами и заказом Спартанцев будет Александра Герега. Дать Ковену прямого агента влияния в клане означало очень усилить их позиции. Что, в свою очередь, усилит меня, раз Ковен обещал мне свою поддержку.
— Вам нужна помощь с ней? — уточнил я.
— Мы воспользуемся другой Герега.
— Только не сломайте её, — предупредил я. — Вам ещё потребуется посредник между Ковеном и Герега, чтобы прикрыть одинокую Ведьму в стане чужого, для нас, клана.
Сестры Салем озадаченно переглянулись, словно эта фраза вызвала всеобщее замыкание в Сети, и я понял, что Ковен об этом вообще не задумывался, как и в случае с активами Феликса и Винсента. Классический случай «после нас хоть потоп».
— Ведьма должна быть с Ковеном.
— Да ладно, — вздохнул я. — Вы же не думали, что резкое исчезновение одной из Герега сразу после визита в Академию не вызовет подозрений? Агнесса и Джулия должны вернуться в клан и отчитаться. Поэтому вам нужен плотный контакт с Александрой, доверительный и выгодный для нее.
Иначе Штирлица выдаст волочащий парашют.
— Мы будем осторожны.
Свежо преданье, да верится с трудом.
— Прежде чем устраивать похищения разумов, свяжитесь с Департаментом через Арахну, — протянул я «руку помощи». — Мы уже давно подбираемся к Герега, так что сторонняя помощь будет не лишней.
— Ковен запомнит…
— Твою помощь…
— Ведьмак, — поклонились фамильяры.
Когда ведьмы со своими фамильярами покинули нас, Снежка зябко прижалась ко мне.
— У меня порой мурашки по коже от настолько нечеловеческих эффектов зловещей долины… Они все идут молча, шаг
