Гедимин. — Из-за беспомощности. Нет ничего хуже. Я понимаю.
02 октября 37 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката» — кратер Кеджори, научно-испытательная база «Койольшауки»
Мёртвые белые черви в кипящей красной воде снились Гедимину всю ночь — пополам с попытками найти в недрах звезды что-нибудь, что можно отремонтировать. Попыток, насколько сармат помнил, было шесть, и каждая заканчивалась тем, что он просыпался и переворачивался на другой бок. Побудка застала его в ядре звезды с чем-то плавящимся в руках, и он нехотя открыл глаза. В черепе колыхался туман — ни одной внятной мысли. Гедимин подавил желание треснуть себя по лбу, поднялся, на ходу заглатывая утреннюю порцию Би-плазмы, и побрёл к транспортному туннелю.
Грузовика у шлюза уже не было — проезд только что закрылся, у ворот горели красные сигнальные огни. «Опоздал,» — Гедимин досадливо сощурился на закрытый шлюз. «Искать попутку, потом — на „Седжене“ через вал…»
Громкий протяжный гудок прервал его мысли.
— Атомщик, ты спишь? — сердито спросил Исгельт. — Подожди с этим, пока доберёмся до полигона. Там можешь хоть всю смену не просыпаться. Второй шлюз. Шевелись!
Маленький пассажирский глайдер стоял у второго шлюза, мигая бортовыми огнями. Гедимин забрался внутрь и наткнулся не только на Исгельта, но и на Амоса — вместе с тремя незнакомыми филками он занял боковые сидения. Гедимин, покосившись на маленькие кресла, пристегнулся к стене и выжидающе взглянул на Исгельта.
— Угадал, — кивнул тот. — У меня к тебе дело. У Ассархаддона, как обычно, вал идей, а разгребать всё это мне. Если это физически возможно…
Гедимин мигнул. «И Ассархаддон сейчас странный, и этот — странный,» — думал он. «И всё из-за подлёдных червяков? Чтоб им там сгореть, — я тоже из-за них проспал…»
— Тащить реактор на Аметист — долго и опасно, — заговорил наконец о деле Исгельт. — Я пока не возьмусь, что бы ни обещал Гельмер. Пусть сам думает. У Дугала на стабильный портал не хватит мощности. Но если портал откроется… Если направить на него луч от твоего реактора, можно будет его подпитать так, чтобы он стабилизировался? Расширить прокол, как узкий шурф расширяют шашкой пиркенита?
Гедимин на секунду задумался.
— Надо пробовать, — сказал он. — Я никогда так не делал.
— Знаю, что не делал, — буркнул Исгельт, пристально глядя на него, будто пытаясь взглядом просверлить скафандр. — Говоришь, пробовать… Хольгера тебе хватит? Кто ещё нужен?
05 октября 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон
— Шесть километров до цели, — сообщил Хольгер, убрав руку с рычагов настройки «телескопа». — Двести метров от портала на орбиту Фрейи.
— Близко, — недовольно сузил глаза Гедимин. — Оттащить никак?
— У Исгельта свои соображения. Говорит, что дальше не отодвинуться, — покачал головой Хольгер. — Ну что, делаем?
Пустой квадрат каменистого грунта в двухста метрах от портала Фрейи был огорожен цепью ярких красных светодиодов; вокруг натянули бы и защитное поле, если бы оно не мешало работе прожигателя. Гедимин осторожно передвинул линзы — так, чтобы в конечных точках движения два луча сошлись бы в трёх метрах над поверхностью, в точности над косым крестом, отмечающим место будущего портала. Хольгер, отойдя от щита управления, просунул антенны передатчика в узкую щель в стене — единственный неизолированный участок, пропускающий сигма-лучи. Гедимин позволил проковырять эту дырку очень неохотно — если бы не эксперимент со встречными порталами, об этом и речи бы не зашло.
— Айзек, сигнал для Огнена, — громко сказал Хольгер. — Запуск через три минуты. Огнен?.. Готово. Время пошло. Гедимин, жди.
«Огнен? Новая смена?» — сармат попытался вспомнить, о ком речь, но ничего не вышло — из исследователей Аметиста он знал только Дугала Тарса.
— Есть! — Хольгер кулаком ткнул Гедимина в плечо. В шести километрах от реактора над каменистым грунтом зажглась яркая белая точка — портал начал открываться.
— Связь, — отозвался Гедимин, запуская системы Прожига. В этот раз у него не было координат — он наугад повторял пульсацию, выдаваемую порталом Огнена, и надеялся, что этого будет достаточно.
Два ослепительно-ярких луча впились в светящуюся мишень. «Надеюсь, отойти они успели,» — думал Гедимин, осторожно сдвигая стержни. Вспышка и затухание чередовались так быстро, что сосчитать их он не успевал — только рябило в глазах от едва уловимого мигания. Точка, расплывшаяся было в пятисантиметровый шарик, ужалась вдвое — и тут же ярко сверкнула и разошлась неровным мерцающим кольцом, оставив в пустоте четырёхметровую дыру. Гедимин сбросил стержни и сам стиснул зубы от фантомной боли — как ему казалось, такой внезапный останов был для реактора не приятнее, чем для сармата — удар кручёным проводом поперёк спины. Портал дрогнул и расширился ещё на полметра, едва не зацепив краем поверхность. На той стороне Гедимин увидел багровый лёд — ещё не растаявшие пласты, освещённые тусклым светом красного гиганта. Потом в проём выглянул сармат в сером скафандре. Осторожно потрогав край «окна» пальцем, он шагнул — и вышел на поверхность Луны.
— Огнен! — Хольгер хлопнул Гедимина по спине так, что броня зазвенела. Серый сармат, вскинув руку в приветственном жесте, развернулся и шагнул назад.
— Вижу, что Огнен, — Гедимин перевёл взгляд на монитор. — Что у Айзека?
Хольгер снова просунул антенны в щель. Его передатчик замигал.
— Стабилизируется, — сообщил он. — Огнен говорит то же самое. Просит выждать пять минут.
Он втянул антенны и повернулся к Гедимину.
— А ведь это прорыв, — медленно проговорил он. — Если можно так подпитать любой портал с той стороны, то… Один такой реактор в «Койольшауки» — и у нас будет космопорт с мгновенными рейсами прямо на базе. Портал Нептун-Кагет, портал Юпитер-Кагет, небольшая подпитка…
— Следи за порталом, — буркнул Гедимин. Он следил за мигающим излучением. Реактор сегодня успокаивался медленно, неохотно, несмотря на сразу же сброшенные стержни.
…Когда Гедимин добрался до портала, красные светодиоды уже растянули в две ленты вдоль импровизированной дороги, и в пятиметровый проём въезжал,
