То, что он писал о них в книге, как нельзя точно совпадало с его теперешними словами. Если же он знал мои мысли, это могло значить лишь одно – демон был здесь, незримо присутствовал при нашем разговоре и докладывал свои наблюдения хозяину. На мгновение мною овладел страх: что если демон уже засел в моей голове? Я попытался сосредоточиться и почувствовать чужое присутствие. Мысли путались, а почти осязаемый липкий страх, мешал сконцентрироваться на своих ощущениях. К счастью, строки запретной книги по демонологии крепко засели в моей памяти. Я вспомнил, что страх лишь усиливает недруга и ослабляет мага. Когда я это осознал, то страх сменился злостью. Что за шутки вытворяет Ксардас? Кто дал ему право играть со мной, будто кошка с мышкой? Страх испарился, и тогда я ощутил незримого гостя. Нечто чужеродное и неясное касалось края моего сознания, впившись в него, словно пиявка. С каждой секундой пагубное влияние разрасталось, как яд, от места укуса уходящий по кровеносным сосудам.
«Я – господин своего сознания. Лишь моя воля имеет власть над телом! Ни у кого нет права вмешиваться в мои решения! Изыди, чужак!» Мои мысли, словно копьё, загнали пришельца в угол, вытеснили прочь. Воля взяла осознанный контроль над сознанием, непроницаемой стеной защитив его от всякого рода посягательств. Я ощутил сопротивление и неясное бормотание в своей голове, будто ещё один разум шевелился в моём мозгу. В ярости, я смял врага, словно клочок исписанной бумаги и выкинул вон. И тогда, я увидел его…
Сначала проявился неясный контур, лишь нечёткий силуэт. Но весьма быстро он оформился в некое подобие живого существа. Явившееся моему взору создание было коричневого, земляного цвета, имело мощный торс, короткие когтистые лапы и довольно большие, неспешно хлопающие крылья. Снизу эта странная фигура оканчивалась заострённым хвостом, в который плавно переходило туловище. В результате по форме существо напоминало падающую вверх каплю. Возможно, создание могло бы быть и довольно безобидным, однако уродливая, торчащая прямо из мускулистого тела голова весьма напоминала морду кротокрыса или ещё какого-нибудь мерзкого зубастого существа. Две дыры вместо ушей и плоский, почти отсутствующий нос тоже не придавали демону привлекательности. Я инстинктивно потянулся в карман и зажал в руке руну с боевым заклятьем, ожидая нападения в любой момент. Ксардас рассмеялся:
– Похоже, я тебя недооценил! Успокойся, он совершенно безобиден.
Я ещё раз оглядел порхающего в воздухе демона, и мне с трудом верилось в правдивость слов некроманта. Беззвучный голос, рождающийся прямо в моих мыслях, подтвердил:
– Я не причиню вреда. Хозяин не разрешил.
Теперь этот голос уже не вторгался в мой разум непрошенным, не пытался, да и не был способен распространить своё влияние. Теперь он был парламентёром, послом, стоящим у неприступных ворот.
– К чему вся эта игра? – стиснув зубы спросил я, стараясь не показаться излишне агрессивным.
– Всего лишь небольшое испытание. Или ты думаешь, что я буду вести дела с кем попало? – ответил Ксардас. Его прислужник больше не подавал голоса, оставив, наконец, мои мысли в покое.
– Нет. Однако же Вы уже много раз испытывали меня. К чему все эти фокусы с демонами?
– Это не фокусы. Мой слуга встречает всех гостей. Его задача убедиться, что они не замышляют против меня какой-нибудь подлости. Кроме того, вторгаться в человеческое сознание – его предназначение, образ жизни. Разве можно ругать рыбу за то, что она живёт в воде? Также и он является сутью иного плана, проявляясь физически лишь изредка. Например, когда какой-нибудь упрямый маг выставит его прочь из своей головы. И тогда он вынужден прозябать в этом искусственном, уродливом, рождённом магией теле.
Слова Ксардаса звучали обыденно и в них не читалась ни угрозы, ни злобы. Это успокаивало, однако расслабиться я больше не мог ни на мгновение. Моё сознание превратилось в утыканный кольями, готовый к любому штурму острог. Мои мысли, словно вооружённое ополчение, встали на стражу, намереваясь изрешетить стрелами любого агрессора – будь то ещё какой демон, или же сам некромант. Я знал, что вряд ли смогу противостоять магистру, однако это не означало, что я сдамся без боя.
– Тем не менее, мне нравится твой настрой, – продолжил Ксардас, – ты уже не тот зелёный юнец, что пришёл ко мне когда-то в поиске знаний и ответов на невысказанные вопросы. Судя по всему, ты прочёл книгу, которую я просил вернуть мне. В таком случае, полагаю, ты сейчас отдашь её законному владельцу, как мы и договаривались.
– К сожалению, – замялся я, – книги со мной нет.
– Какая жалость, – с нарочитым сарказмом произнёс чародей, – похоже, кто-то не умеет держать обещания.
Несмотря на предыдущую злость, я всё равно почувствовал себя нашкодившим мальчиком. В манере и голосе Ксардаса было что-то такое, что невольно заставляло чувствовать себя подчинённым и лишало способности спорить и возражать.
– Я-я.. Мне помешали непреодолимые обстоятельства.
– Цунами? Извержение вулкана? Вселенский потоп? – продолжал насмехаться Ксардас, – видимо, я тут в глуши совершенно отстал от жизни.
– Хватит! – не выдержал я, опомнившись и встряхнув головой, в тщетной попытке избавиться от всепроникающего влияния некроманта, – раз Вы вызвали меня сюда таким необычным способом, то сами прекрасно всё знаете. Все маги… все маги огня мертвы… А Ваша чёртова книга осталась в замке.
– То же мне, обстоятельства! И что теперь? Думаешь, я тебя пожалею? Или буду скорбеть о твоём ненаглядном наставничке? Не дождёшься. Глупцы сами вырыли себе могилу. Это было ясно ещё с самого начала, – Ксардас сделал паузу и продолжил уже гораздо спокойнее, – однако то, что ты всё ещё жив, свидетельствует о том, что ты не такой идиот, как остальные. Поэтому я и приказал моему слуге доставить тебе свиток телепортации. Ты смог пройти мои испытания. И потому всё
