Я сидел, тихо вскипая от открывшихся перспектив и, увы, был бессилен над ситуацией. Нет, конечно, можно вскочить и пнуть табуретку, там не знаю плюнуть на пол или схватить эльфа за уши и попробовать их оторвать, но во-первых, при чем тут табуретка и пол, а во-вторых, похоже уши и все остальное собрались отрывать именно мне.
— Ладно, Ульрих. — Он поднялся со стула, более не удостаивая меня взгляда. — Пока от тебя все равно ничего не требуется, кроме того, что бы остановить войну…
— Всего то?! — У меня аж горло сперло от его слов.
— Пока да. — Нравоучительно воздел он пальчик. — Но об этом мы поговорим с тобой позже, сейчас тебе нужно пройти в приемную у Южных Ворот, там тебя ожидают посетители.
— Млять! — Я схватился за голову, чувствуя, что этот день добьет меня окончательно. — Кто еще? Кого мне еще для кучи нужно спасти?
Не прощаясь с эльфом я на негнущихся ногах дошел до стойки столовой где залпом выпил пол кувшина фруктового отвара и подмахнул одну кружку молодого игристого вина, от чего хоть немного душа встала на место после этих скороспелых встреч. Нет, это ж надо же так было сегодня всему и сразу совпасть?! От расстройства я даже стукнул кулаком по деревянной стойке.
Но нужно быть стойким оловянным солдатиком. Нужно. Хотя видит бог, хотелось со всех ног ломануть в свою комнату и спрятаться под кровать, а не топать ножками на очередное рандеву с судьбой. Покачав печально головой, все же был вынужден выйти из столовой, дабы направить свой путь в обратном направлении, по пути сверяя маршрут через прохожих, что бы не заблудиться в этом маленьком внутреннем городке.
В приемной встретил хмурый клерк, который и проводил извилистыми коридорами к небольшой комнатке, где меня с порога ждали жаркие объятья женских рук, и печальное лицо полное слез.
— Капитан. — Сдержанно кивнул я высокому круглоплечему мужчине, стиснувшему рукоять своего меча. — Баронесса…
На моем плече рыдала в захлеб баронесса фон Пиксквар, истязаемая судорогой рыданий не в состоянии сдерживать эмоции даже в малой степени. Придерживая за руку рыдающую женщину, я усадил ее на небольшой диванчик при обняв за плечи и не спуская взгляда с сэра Гарича Ол`Рока, бывшего капитана моей личной гвардии.
Да, пожалуй, судьба не могла организовать мне более нежелательной встречи, чем с бывшим капитаном, а ныне моим заклятым другом Гаричем. Неприятно, чертовски неприятно было отвечать на его колючий немой взгляд, особенно с учетом того, что сам ощущаешь ту глубину неприятия, что возникла между нами, прямо скажем по моей вине. Да, это моя всецело вина, именно я подвел его, и именно я подписал своей рукой пакт о разрыве дружбы между нами. Было ли мне стыдно? Было, но случись все вновь, поверьте, не думаю, что поступил иначе бы.
Что они здесь делают? Мне было до жути неуютно видеть такую сильную и невозмутимую баронессу в таком состоянии, но, похоже, что от нее мне не скоро удастся добиться хоть каких-то внятных слов. Похоже придется обжигаться об этот невыносимо колючий взгляд Ол`Рока. Я внутренне даже усмехнулся, вот она как бывает, судьба все расставляет по своим местам. Гордый рыцарь пришел ко мне и стоит, играя желваками на скулах, потому что похоже так решила его женщина. А что делать? Так уж устроен мир, классика господа, слабый пол сильнее сильного, в силу слабости сильного пола к слабому. Не мной придумано, такова суть природы. Кряхтишь, пыхтишь, ворчишь, но натягиваешь трикошку, дабы с гордо поднятой головой и мужественным взглядом под дождем пойти вынести мусор. Вот так иной раз мы мужчины идем на подвиг не жалея себя.
— Говори. — Я склонил как бы в примирении голову перед ним, продолжая поглаживать плечи безутешной женщины.
— Певна и Молка. — Выдавил Гарич из себя слова. — Их похитили.
Сердце «екнуло» от осознания случившегося, а внутренне я лишь кивнул своей догадке. Да, это прогнозировалось, причем не мною, а матерью, она боялась, что это может произойти, и это произошло. Пенка и Молочко не просто дочери баронессы, эти девочки рожденные оборотни, а подобным их сообщество не разбрасывается. Насколько я помню, они уже приходили с так сказать полюбовным разрешением данной дилеммы, но мать была непреклонна, она не отпускала девчонок от себя.
— Вчера… — Произнесла женщина сквозь слезы. — Они высчитали мой лунный цикл, теперь мне никогда их не найти, за месяц след остынет!
Шарики и винтики защелкали в моей голове, складывая общую картину событий. Да уж, умно. Маман то у нас тоже, не лыком шита, мумулечка у нас тоже оборотень, правда, с приобретенным вирусом трансмута, но согласитесь не легко скрыться от подобного зверя в гневе. Тут то и всплывает злополучный лунный цикл обязательный для тех, кто приобрел подобные способности, нет, конечно, дело не в луне, а в банальной не способности организма рожденного человеком без определенного внутреннего ресурса, ряда элементов и энергий совершить подобный оборот. Вот и ждут они определенное время, после чего на энное время бегают по свету виляя хвостиком, что видимо и совершила баронесса, истратившая свой ресурс не далее чем вчера, а по утру получившая такой страшный удар, под дых выбивший ее из колеи, ведь теперь она бес сильна, а следующая возможность превратиться в волка, если не ошибаюсь у нее будет минимум дней через тридцать, тридцать пять. Н-да, тут не то что волчица, после этого не найдет, тут уже и имен не вспомнят как кого зовут.
Я мотнул головой Гаричу как бы показывая, что бы он продолжил вместо своей супруги дальнейший рассказ.
— Определенно клан. — Он поджал губы. — Вокруг дома кругом волчьи следы, я разослал по округе солдат, но, похоже, все рожденные, уходят зверем, не идут дорогами, так что боюсь простыми способами их не взять.
— Бестиаров вызывал? — Я посмотрел ему в глаза ожидая реакции, ведь наш парень не просто какой-то там Ол`Рок, у него папенька был далеко не последним человеком в этом ордене, так что думаю связей у Гарича в тех кругах порядком.
— Нет. — Он опустил несколько пристыжено взгляд.
Понятно. Нет, правда понятно. Пропал мужик, съела его сердце эта рыдающая в моих объятьях волчица. Никуда он не побежит и ничего он не сможет со всеми своими связями вместе взятыми. Куда ему бестиаров вызывать? Что бы освободили, а потом всей кучей весело на костре сожгли? Это не простой рыцарский орден и это не простая любовь для него. Очень не простая. Что ж, теперь мне ясен ход мыслей фон Пиксквар и постную морду капитана. Им некуда больше идти, им просто не с кем во всем белом свете разговаривать. М-да уж, остался я, клятвопреступник, человек играющий грязно и подло, тот кто может…нет не так, не сможет отказать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
