– А как мне себя вести?! – возможно, это и прозвучало слегка кокетливо, но на самом деле я была предельно серьезна.
– Ты поймешь это, когда настанет время! – ответила она, нисколько не церемонясь со мной.
Я ошеломленно уставилась на неё:
– Айс, но ведь я даже не понимаю языка. Неужели ты так сильно веришь в меня?
Она одарила меня всепоглощающим взглядом.
– Всегда.
Я верю, что в жизни каждого человека наступают такие моменты, когда он желает лишь одного – чтобы время остановилось и позволило ему насладиться этими моментами во всём их великолепии.
Для меня это был один из подобных моментов.
***
После бесконечного ожидания, во время которого мне уже хотелось рвать волосы на голове от расстройства, и которое порядком поистрепало мои нервы, наконец-то наступила наша очередь. Высокий бородатый мужчина подошел к фургону со стороны водительского места и, нагнув голову вниз, уставился в кабину. Его глаза были скрыты солнечными очками, а рот почти целиком спрятан под огромными, щетинистыми усами, на которых уже появились первые признаки седины. Всё это мешало мне разгадать его намерения. И всё это, конечно, ещё больше затрудняло выбор дальнейшего поведения. В конце концов, я всё-таки решила изобразить некую смесь вызова и невинности. Невероятное сочетание, знаю, но, по крайней мере, это было именно то, что я использовала с большим успехом в течение всех лет, проведенных в Болоте. В моей ситуации, такой, каковой она собственно и была, мне не составляло особого труда сыграть эту роль. И та легкость, с которой я снова вжилась в неё, без сомнения напугала бы меня, если бы только у меня было время и возможность хорошо обдумать это.
В любом случае, что бы он не увидел во мне, это, должно быть, успокоило его, поскольку, окинув меня лишь беглым взглядом, он пробурчал что-то Айс, и она протянула ему пачку каких-то бумаг. Наверное, документы – решила я. Он быстро пробежал их глазами, издавая странные звуки, похожие на хрюканье, после чего жестом приказал Айс открыть дверь и выйти из машины. Как только захлопнулась, он снова засунул голову внутрь кабины и прокричал что-то, предназначенное очевидно мне. Но я не имела ни малейшего представления о том, что именно. Однако я, почему-то, сразу решила, что в любом случае это мне не понравилось бы. Я чуть не вывалилась из фургона самым нелепым образом, когда внезапно, без всякого предупреждения дверь, о которую я опиралась всё это время, резко распахнулась. Но, к счастью, приземление было мягким. Руки, вовремя поддержавшие меня и предотвратившие моё неминуемое падение, были мне очень знакомы, поэтому я немного расслабилась, когда меня обвели вокруг машины и подвели туда, где выстроились остальные. Все как будто бы ждали чего-то. Или кого-то.
Как они умудрились так быстро обо всем сговориться, я так никогда и не узнала, но была искренне благодарна им за предвидение. Надеюсь, что Айс тоже. Я даже уверена, что она действительно была благодарна им, просто будучи Айс, никогда не говорила об этом.
По крайней мере мне.
Пони и все остальные – даже Ниа, к моему огромному удивлению – смотрели на меня тяжелыми взглядами, лишенными всяких эмоций, изображая каждой унцией своего естества жестоких преступников, которыми они когда-то были. Ухмылка Рио, направленная на меня, была без всяких сомнений заимствована ею у моей возлюбленной.
Офицер прокричал что-то Пони, которая в свою очередь обратилась ко мне:
– Он хочет, чтобы ты указала человека, который сделал с тобой это.
Ну, хорошо, Ангел. Настало время показать шоу. И не перегни палку, а-то мы все окажемся в ещё большем дерьме.
– Скажи ему, что это произошло во время драки в баре.
Пони перевела, и офицер посмотрел на меня, подозрительно сужая глаза. Я одарила его своим самым «невинным» выражением лица, и помолилась о том, чтобы этого оказалось достаточно. Очевидно, этого было мало.
– Он хочет знать, почему ты лжешь, защищая таких животных, как мы.
– У меня нет причин лгать вам, сэр.
Услышав перевод, он нахмурился и, миновав группу, приблизился ко мне, очевидно намереваясь схватить меня. Но был моментально остановлен Айс, которая лихо перехватила его, оттолкнув меня назад и прикрыв своей широкой спиной. Что бы она ни сказала ему, заставило его стать ещё более угрюмым, но, по крайней мере, не позволило схватить меня. Я была благодарна ей уже за одно это.
Он высказал своё недовольство весьма грубым тоном, но ухмылка, которая появилась на лице Айс, когда она переводила его реплику, была весьма красноречива:
– Он хочет знать, как кто-то, кто мог бы противостоять целой ватаге мужчин, смог так испугаться, что внезапно начал драться с целой бандой женщин.
Посмеиваясь про себя, я позволила себе тоже небольшую улыбку:
– Передай ему, что ты не защищала меня от них. Ты защищала их от меня.
Один кончик его усов нервно дернулся, когда он услышал перевод. Офицер начал медленно оборачиваться до тех пор, пока все женщины из нашей группы не попали в поле его видимости. Они все поспешно закивали, а Пони даже сделала один шаг назад, болезненно морщась и потирая живот в том месте, куда я, очевидно, нанесла мощный удар во время моего «боя» в баре. Он снова оглядел меня, а я посмотрела на него. Мои руки были сжаты в кулаки. Затем он перевел взгляд на Айс, которая кивнула ему, как бы подтверждая сказанное. Его усы снова ощетинились, но на этот раз его рот растянулся в улыбке, которая отливала белизной зубов, сверкающих на солнце. Смех, напоминающий ружейный выстрел, вырвался, казалось бы, прямо из его живота, за ним последовал другой и ещё один, до тех пор, пока он уже не хохотал, вытирая слезы, струящиеся из его глаз от смеха. Спустя несколько долгих минут, он наконец-то успокоился и с силой хлопнул меня по плечу, бросив что-то Айс. Сжимая в руке наши документы, он вернулся к своей патрульной машине и плюхнулся внутрь, без сомнения с целью получить подтверждение нашей истории у властей.
– Что он сказал тебе? – пробормотала я, используя при этом лишь уголок рта и продолжая пристально глядеть на одного из офицеров, который искоса посматривал на меня, небрежно сжимая в руках довольно внушительных размеров винтовку.
– Он посоветовал мне глядеть в оба, потому что у меня в руках дикая кошка, – ответила она, и её взгляд быстро стёр ехидное выражение с лица молодого мужчины, который тут же вдруг нашел более интересное – не говоря уже о том, что более безопасное – занятие, нежели разглядывать меня. Я почувствовала, как мои губы растянулись в довольной усмешке, в то время как моя спина непроизвольно и гордо выпрямилась: «Хм. Дикая кошка?! Ха! Ну, ни такое уж и преувеличение для данного момента».
