разное происходящее, и формируется исключительно благодаря тому, как видится то самое происходящее теперь, когда взгляд на основы всякого и разного благодаря тем переменам, что по ходу времени, а претерпел, разительно переменился. Кстати, именно поэтому проклюнулся и смысл, и этот новый взгляд по ходу дела взять и записать, надеждой теша самого себя, что непосредственно такая должная фиксация такого взгляда поможет лучше с новым смыслом разобраться. Теперь к деталям, что же, собственно, имеем, что в основе: показан образ личности, бесспорно кардинально отстранённый от какой бы ни было духовности и симпатичности. Как результат подобной демонстрации что получили? Бесспорно, личность вызывает бурную естественную антипатию и неприятие. Вся демонстрация настроена на это, на такую, вроде обычную реакцию. Но дальше что? Какие устремления в отношении подобной мало симпатичной личности? Наполниться какими-то, пусть даже и нелепыми в возникшей форме пожеланиями какого-то, в различных проявлениях сопоставимых некому увиденному, и на первый взгляд заслуженного зла? Следуя логике, подобный взгляд, реакция из очень стародавних и обыденных. Несимпатичен — и внутри фиксируется отрицание и неприятие. А если посмотреть на всё происходящее слегка в иных тонах? Теперь любому видится всё, мягко говоря, не совсем таким образом, как виделось недавно и иначе. И это если не учитывать взгляд со стороны, которую берутся упрекать в такой, столь нежелательной не симпатичности. Ведь здесь, если взглянуть на ситуацию с другой кардинально стороны, как всё представится? Как надо понимать, а этот не рождающий симпатии урод, жертва столь ярко отразившейся духовной деградации, по визуальным признакам если судить, уже воистину чудовищно и очень может быть непоправимо духом, интеллектуально искалечен. Какое-то наказание из области таких, коими столь изрядно любят донимать друг друга люди здесь окажется уместно, если объект уже, на первый взгляд, несёт на себе знаки деградации внутреннего естества. То, что подобное последствие ничтожности духовной и уже подставили под град общественного порицания, столь ярко и открыто демонстрируя во всей выставленной напоказ индивидуальной-личной сверх убогости и жути, уже вполне возможно обойдётся для такого, искалеченного в личностном порядке, очень дорого. К тому же, ведь, наступит срок, и всей нелепости столь ярко выставленного напоказ, духовного ничтожества, придёт пора своей душою попытаться расцвести, открыто демонстрируя, чего же, несмотря на все препоны, и по ходу всякого такого, что и называют жизнью, всё-таки достиг. И если рассмотреть подобный взгляд, то, для начала, а попробуй-ка найти в себе духовный стимул именно такого, не иначе как по меньшей мере выродка от, вроде бы, достойного по окончании жизни результата, всё-таки спасти? Ну, как, найдёшь в себе такой духовный интерес?
Похоже ныне приключившийся-случившийся визит в офис страховой компании опять оказался тем, о чём как будто был проинформирован заранее. От кого, каким образом, по какому поводу, и как именно проинформирован, сказать, как всегда и по большей части затруднюсь, но, можно сразу зафиксировать, что некоторые вне сомнения сторонние, имевшие место не иначе, как за гранью истинно реального, всякие тонкости и перипетии при подобном всём происходившего, по ходу дела, словно сами собой и надлежащим образом отслеживались. Забавно, здесь вроде бы был именно в гостях у таких, кого, по всему судя, не имел даже намёк на хоть какой-то повод почитать своими собственными злейшими врагами. И вместе с тем, как о таком заранее и думал, всё очень правильно и хорошо, что дело завершилось перезаключением того былого договора страхования, в результат чего лишь только знанием о некоем существовании чего-то непосредственно подобного и обзавёлся, и не более того. Все деньги эти материально самого себя никак реально не коснулись, во всяком случае, на семь лет той страховки, и это, по всему судя, при подобном получившемся развитии сюжета выглядит как решение предельно оптимальное. А то пришлось бы как-то и потом, не приведи Создатель, столкнуться с теми средствами хоть как-нибудь реально, и при таком развитии сюжета сразу растёт намёк, что эти деньги, сообразно ситуации, тогда пришлось бы неким способом кому-нибудь и как-нибудь дарить. Ну, и да ладно. Если осмыслить всё, как-либо всё-таки происходившее, как раз с такого экзотического ракурса, того особенного, о котором намекало это самое таинственное знание сокрытого, то, здесь, при этом первое, о чём, и далеко не в первый раз, само собою начинало думаться — а не из-за того ли все такие встречные и поперечные для взгляда обладают столь нелепой экзотичной внешностью? Всё говорит что таким образом смотрится-видится разве что случайно как-то вдруг подхваченная неким посторонним сверх участником происходящего, полная жизни, оболочка от обычнейшего человека, которую этот сторонний, от могущественных сил, участник всякого проходящего процесса, в том числе общения, как вышло, по возможности насильно оккупировал, после чего использует, но, потому как, будучи и участником, тоже ведь сам констатирую, что с некоторых пор переменился, и, в виду новых возможностей своего взгляда, такого рода внешнее стороннее участие и понуждающее ко всякому такому, всякое воздействие, в достаточном и даже в некотором смысле специфичном проявлении по ходу дела вижу, замечаю. При этом было бы неплохо помнить, что согласно именно такому самому, словно подсказывавшему о тайном знанию, в этом, претерпевшем посещение офисе, при договорах, общался с высшим сверх созданием своего рода ангельским. То есть созданием, которому, если судить по репликам, трепетать положено сплошь о благополучии во всём, и занимается лишь сплошной заботой о благом происходящем в каждом начинании.
Когда, смерть минула, конгломерат души и тела, раз случилось всё, распался, и, получается, теперь, и с неизбежностью, придётся выбирать. Ведь если тело и душа совместно существуют, то всякому такому, именно как образу, подобью Божьему, положено сиять, наполняясь Светом собственным. А если и на теле грязь от разного, и в том числе носимого, и на душе грязь от в той ли, иной степени малоприятного содеянного, то, когда вся ситуация обратной стороною обернётся, и наступит время, радуя себя, иных, пребывая в близости Сиянья Света воссиять, такого рода пятна на душе, на теле, всё о таком твердит, похоже запылают, обожгут, придётся, никаких сомнений, к этим убегать, которые в Темноте, затаившись, и, творя не лучшее, в безличии ничтожности забвенья ожидают, что, наступит срок, и за любое гадкое и сотворённое придётся в самой полной степени ответить, и ужас среди скрывшихся велик, потому как перед взором мучаются некие из слабых и ничтожных грешников, как следствие подобный ужас, лишь своим присутствием толкает всех таких, особо возвеличенных в таком великом зле, на самые ужасные попытки, и пусть каким угодно способом, но оттянуть такое
