включенность в жизненную борьбу. Сохранение идеализма в любой ситуации позволяет совместить две природы в человеке так, чтобы верх взял разум. Мистерию Овна определяет
выход за пределы цивилизованного мира, за рамки своих обычных понятий и своего образа жизни, ради последующего возвращения к людям с обретенной внутри себя истиной своего личного пути — что смыкается с мистериями посвящения. Главный мифологический сюжет этого архетипа:
победа правды и нравственности над силой — остается в нашей жизни и на телеэкране самым актуальным сюжетом. Свержение традиционного царя мудрым вождем (Тора — Одином) и замена старого мироустройства новым — ив мифах, и в мифах, и в жизни более редкое событие. Так редко меняется мировоззрение людей или социальный строй — но это лишь подчеркивает значимость перемены в сознании, заставляющей изменить уклад своей жизни.
Древняя мифологическая картина постоянно присутствует в жизни. Руководствуясь законом аналогий, астрология, хотя и описывает прежде всего внутренний мир человеческой психики, не призывает к уходу в тайники своей души. Она обращает человека к внешнему миру, раскрывая смысл его мистерий и приглашая к более сознательному участию в них. Черты планет — проблемы целых эпох, свернутые в символ мифологического персонажа, — проявляют в мире люди, прежде всего наследуя их от покровителя своего времени года: знака Зодиака. Мифологические образы помогают нам понять истоки формирования характера людей данного психотипа и их функцию в жизни, предлагая психологии новые подходы к человеческой индивидуальности. Астрологический взгляд на душу человека говорит, что люди разных типов не только существуют и будут существовать согласно предопределённости своего рождения, но и необходимы миру ради того, чтобы гармонично шло его развитие.
Сотворив людей разными, природа позаботилась о том, чтобы все миссии человеческого пребывания на земле были исполнены — даже независимо от самих носителей этих функций, которым они подчас не видны.
АСТРОЛОГИЧЕСКИЙ ПРАКТИКУМ
БОГИ В ГОРОСКОПЕ
Начиная с прошлого века, астрология вновь начинает привлекать культурных людей, и отражение этого мы можем найти в романе Томаса Манна "Иосиф и его братья", где писатель предлагает нам не только художественное описание своего героя, но и его гипотетический гороскоп. Как исследователя мифологии, Томаса Манна привлекало единство образов богов и человеческих качеств связываемых с ними планет. Для своего описания он взял вавилонскую традицию астрологии, где боги и планеты не различались: планеты ими мыслились богами или "телами богов". В Вавилоне планеты назывались "переводчиками": теми, кто непосредственно транслирует волю
Космоса на Землю. И Томас Манн воспользовался этими образами, чтобы, воссоздавая характер библейского Иосифа, определить его не только полагаясь на интуицию художника, но и в некотором роде "научно": сводя черты своего героя к неким типическим чертам, которые выявляет мифология и которые позволяет описать астрология. Писатель стремился таким образом подчеркнуть неслучайность создаваемого им образа, и, надо сказать, в какой-то мере это ему удалось.
Не останавливаясь на самом произведении, приведём лишь описание гороскопа Иосифа. Мы рекомендуем читателю, немного знакомому с технической стороной астрологии, построить карту самостоятельно, проверив, насколько он усвоил общую мифологическую картину. Задача облегчается тем, что Томас Манн пользуется средневековой системой септенера — семи планет, а не двенадцати, которые мы используем в астрологии сейчас, и, значит, количество богов будет сравнительно небольшим. Вы приготовили циркуль и карандаш? Тогда к делу!
"Дело тут вот в чём, — отвечал Иосиф. — Остроумие обладает природой гонца на посылках, посредником между властью Шамаша и властью Ста над человеческим духом и телом. Это я узнал от Елиезера, мудрого твоего раба: он открыл мне науку о звёздах, и об их встречах, и об их власти над часом, которая зависит от того, как они друг на друга глядят, и составил гороскоп моего рождения в Харране, в Месопотамии, в месяце Таммуза в полдень — когда Шамаш стоял в высшей своей точке и в знаке Близнецов, а на востоке восходил знак Девы…
Это… знак Набу, знак Тота, писца таблиц, лёгкого подвижного бога, который устанавливает мир между вещами и поощряет обмен. И значит, Солнце тоже стояло под знаком Набу, он был владыкой часа и пребывал на свидании с Луной — благотворном для него, как считают жрецы и гадатели, ибо оно делает его хитрость кроткой, а сердце — мягким. Но посреднику Набу противостоял Нергал, злокозненный лукавец, из-за которого владычество Набу принимает жестокий характер, отмеченный печатью на свитке судьбы. Так же дело обстояло и с Иштар, чей удел — гармония и привлекательность: в тот час она находилась в высшей своей позиции, и приветливо переглядывалась с Сином и Набу. К тому же она пребывала в знаке Тельца, а опыт учит, что это залог спокойного нрава, терпеливой храбрости и занятого ума. Но и с ней, по словам Елиезера, находился в треугольном соотношении стоящий под Дельфином Нергал, и Елиезер этому порадовался, потому что, по его мнению, сладость её вследствие этого не приторна, а полна душистой прелести мёда. Луна тогда стояла в знаке Рака, её собственном, а все переводчики — если не в собственных, то в дружественных знаках. А сочетание сильной позиции Луны с умником Набу означает, что родившийся далеко пойдёт в мире, и если Солнце, как и было в тот час, находится в треугольном соотношении с воителем и ловчим Нинурту, то это предвещает участие в делах земных царств и обладание властью… Благословение отца моего — это было Солнце, стоявшее в час рождения в зените, соотносившееся с Мардуком в знаке Весов и с Нинурту в одиннадцатом знаке, а также взаимоотношение этих обоих переводчиков, царя и ратника. Это было могучее благословение! Но по сильным позициям Сина и Иштар господин может судить, сколь могучим было благословение материнское! Вот тут-то и создаётся остроумие соотношением, в котором находились
Набу и Нергал, могущественный писец и суровое светило снижающегося злодея под знаком Дельфина, а создаётся оно затем, чтобы посредничать между отцовским и материнским наследием, уравновешивать власть Луны властью Солнца и весело примирять дневное благословение с благословением ночи… "
Вам удалось составить гороскоп? А теперь проверьте свои выводы. Томас Манн делает Иосифа Близнецом, как и он сам, и больше всего внимание уделяет своей не случайно любимой планете — посреднику-Меркурию. Поскольку Асцендентом своего героя (созвездием, восходящим в час рождения Иосифа) он считает Деву, вторую обитель Меркурия по септенеру, то Меркурий оказывается владыкой и дня, и часа рождения. При этом не случайно упоминание Таммуза/Думузи, умирающего и воскресающего бога, наряду с Набу и Тотом, что подчеркивает близость характеристик
