— Почему? — удивилась уже направившаяся к двери Гермиона.
— Увидишь, — едва слышно буркнул Снейп, отворачиваясь и давая понять, что аудиенция окончена.
* * *
«Любопытство они вообще в грехи не включали», — думала Гермиона, выливая вязкие и тягучие мысли в Омут памяти, который притащила из кабинета окклюменции в свою спальню.
Итак, перед ней воспоминание Лорда Волдеморта о Той Самой Ночи. Пожалуй, и без тайны Снейпа оно стоит довольно дорого. А так — тем более!
Гермиона с трепетом заглянула в каменный сосуд…
Он шел по темной улице, и цель его пути была видна, как на ладони: заклинание Доверия разрушено, хотя они об этом еще не знают…
Он двигался тише, чем мертвые листья, скользившие по тротуару… Поравнялся с тёмной изгородью и преодолел ее.
Они не задернули шторы, он прекрасно видел их, сидящих в маленькой комнате: высокий черноволосый парень в очках выпускал струи разноцветного дыма из своей волшебной палочки, чтобы развлечь маленького мальчика в синей пижаме. Ребенок смеялся, пытаясь поймать дым, схватить его маленькой рукой.
Дверь открылась, и вошла мать, сказала что‑то — слов он не расслышал. Ее длинные темно–рыжие волосы падали на лицо. Отец взял ребенка на руки и передал ей; бросив палочку на диван, потянулся, зевая…
Калитка скрипнула, открываясь, но Джеймс Поттер этого не слышал. Белая рука Волдеморта достала палочку из‑под мантии, указала на дверь, которая тут же распахнулась.
Он переступал порог, когда Джеймс выбежал в коридор. Это было просто, слишком просто: тот даже не захватил с собой оружие…
— Лили, возьми Гарри и уходите! Это он! Быстрее! Бегом! Я его задержу!
Задержишь вот так с пустыми руками?
Волдеморт рассмеялся, прежде чем произнести роковые слова.
— Авада Кедавра!
Зеленый свет заполнил коридор и осветил детскую коляску, прижатую к стене, перила, вспыхнувшие как лампы — и Джеймс Поттер упал, словно марионетка с обрезанными нитями.
Волдеморт слышал, как Лили кричит наверху, запертая — но если будет благоразумна, ей нечего бояться… Он взошел по ступеням, с легкой улыбкой слушая, как она делает попытки забаррикадироваться… Многоуровневая защита Дамблдора лишила обитателей дома последнего спасения — возможности трансгрессировать. И у нее тоже не было при себе палочки… Как они глупы, как доверчивы, думая, что друзья обеспечат их безопасность и оружие можно отложить хоть на секунду!
Он заставил дверь открыться, пробившись через поспешно сваленные перед ней стулья и коробки одним легким движением палочки… И вот она: стоит с ребенком на руках.
При виде Него эта совсем еще юная девочка бросила сына в колыбель за спиной и широко раскинула руки, как будто это могло помочь, как будто, если она закроет ребенка собой, он выберет ее и оставит дитя невредимым…
— Только не Гарри, не Гарри, пожалуйста, не Гарри!
— Отойди, — тихо сказал Волдеморт.
— Не Гарри, пожалуйста, нет, убейте меня вместо него!
Темный Лорд медленно приблизился к застывшей с мольбой на лице ведьме. В ее глазах сияла страшная решимость. Он улыбнулся, задумчиво наклонив голову.
От нее волнами исходил животный страх, страх самки, детенышу которой угрожает опасность. Она смотрела в его красные глаза и заслоняла собой ребенка.
Темный Лорд медленно и задумчиво опустил палочку в карман черной мантии и сделал еще один шаг вперед. Теперь он стоял прямо перед ней.
Во взгляде больших зеленых глаз страх смешивался с трепетом и… любопытством. Лили облизнула пересохшие губы.
— Ради Гарри я готова на всё, — дрогнувшим голосом прошептала она.
— Ребенок умрет, — склонил голову Волдеморт.
— Умоляю вас…
Он поднял руку и провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Тело Лили пробила дрожь, и она вжалась в прутья колыбели. Женщину знобило.
— Где Джеймс?
— Твой муж мертв.
Она содрогнулась от ужаса, но не отрывала от него трепещущего взгляда. А Волдеморт смотрел в ее глаза и улыбался. Он наслаждался этим коктейлем эмоций, которым она угощала его через свои огромные зеленые глаза.
Жить как белые мотыльки…
Темный Лорд был мужчиной, и его привлекали женщины. Маг никогда не испытывал недостатка в подобном внимании; и в последние годы убедился, что его особенно привлекают не те, кто боготворит его и преклоняется перед ним. Хотя в истинно преданных есть свой особый шарм. Но было еще множество женщин, которые заводили его, возбуждали — те, кто ненавидел его, боялся и ненавидел, должен был ненавидеть… Должен был, и каждый раз, когда он того хотел, Темный Лорд читал в их сверкающих испуганных глазах вожделение.
Женщин привлекают сила и власть, очень многих. Слишком многих.
И насилие…
Не только женщин, просто его самого мужчины в этом плане не интересовали. Вот и опять… Эта молодая мать, только что потерявшая мужа, осознающая, что сейчас Он убьет ее ребенка и ее саму. Она знала это. Она была готова растерзать его, и вместе с тем…. От его взгляда, от его близости в ней разгоралось адское, страшное, постыдное… но огненное желание.
— Что вы делаете? — прошептала Лили Поттер дрогнувшим голосом. — Перестаньте…
— Я ничего не делаю, — усмехаясь от своей откровенности, тихо сказал Темный Лорд.
Он протянул руку и обхватил Лили за талию, оттягивая от детской колыбели и толкая в сторону большой кровати со столбиками. Она уперлась в широкий быльчик и спиной прижалась к одному из столбов. Она горела.
— Теперь я вижу, у Северуса есть вкус, — Темный Лорд говорил медленно, двумя руками развязывая пояс ее халата, — ты сможешь поблагодарить его за свое спасение.
— Северус! — глаза Лили блеснули огнем. — Просил вас пощадить меня?
— Ты очень дорога ему.
— Так где же он? Всё что он смог сделать — просить ВАС?! — голос Лили сорвался, потому что его руки скользнули под ее облачение, и женщина вжалась спиной в дерево, не сдержав стона.
— Это не так мало, как тебе кажется, — прошептал Темный Лорд ей в ухо, проводя рукой вдоль застежек своей одежды — они послушно разомкнулись. — Это может сохранить тебе жизнь. И ты вольна не говорить Северусу, — он сделал короткую паузу, — об этом.
Темный Лорд резко вошел в ее тело, и ведьма вздрогнула, из ее груди вырвался стон. Она впилась руками в плечи своего будущего убийцы. Лили была отвратительна сама себе, она ненавидела всё своё существо за то, что не хотела, чтобы это заканчивалось.
Вот она еще раз вздрогнула, а через пару минут и он отступил от нее прочь. Взмах бледной кисти — и крючки на мантии застегнулись сами собой. Лили тяжело дышала и с трудом подняла взгляд на него.
— Пожалуйста, не трогайте Гарри, — хрипло прошептала она.
— Прости. Это невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
