много.
Приказчик придирчиво осмотрел окрестности. Что он там надеялся увидеть?
— Что же, вполне возможно, — Согласился он: — Место подходящее. И алмазов тут точно быть не может. Ну, хоть что-то.
С такой пренебрежительной оценкой Птахин не был согласен, но спорить не стал. Все равно, все решения будет принимать Карташов. Вместо этого пригляделся к подъехавшим спутникам:
— Я смотрю, Штапановский с жандармами с вами не поехали?
— Нет, господин опричник были очень недовольны, что вы куда-то на ночь глядя на лыжах убежали. Задержал наш отъезд, все пытал, стоит ли ему без вас с шаманом разговаривать. Да только шаман очень скоро после вас сам уехал. По крайней мере, так толмач-ульта сказал. Так что Штепановский вас в Ханке подождать собрался.
Получается, шаман ждать не стал и помчался вступать в наследство? Почему не на поезде? Хотя, если верхом на каком-нибудь духе, вроде Петиной «рыси», своим ходом быстрее получится. И внимания не привлечет.
Вот со Штепановским неудачно вышло. Или, наоборот, удачно? Переговоры прекратились, не начавшись. Петя сбежал за каким-то шаманским огоньком (именно так он будет утверждать), а шаман просто по своим делам уехал. Проигнорировав интересы опричника. Обидно? Несомненно. Получается, что Птахин, что Ульратачи крайне ненадежные люди, с которыми трудно иметь дело.
Вот и не надо с ними дел иметь! Очень правильный вывод, с которым Петя полностью согласен. Не надо его к интригам опричников привлекать. Сами все провалили, а кадет Академии — слишком мелкая сошка, чтобы на него всю вину можно было переложить.
Гадость сделают? Какую? Выгнать из Академии кадета выпускника, уже достигшего пятого разряда? Не получится. Могут посодействовать распределению в какую-нибудь дыру, так его туда так и так Левашов отправит. Не навечно, а на три года. И, вполне возможно, ему там все понравится. Нельзя мага-целителя в пустыню отправить. Только туда, где люди есть и этих людей не так уж мало. Так что ждет его какой-нибудь провинциальный город, вроде его Песта. Совсем неплохо. Большим человеком там будет. Еще могут в какую-нибудь военную часть услать или на крупный завод. Где есть, кого лечить. Тоже неплохо. По крайней мере, есть варианты и там неплохо устроиться. А там — видно будет.
Настроение пошло вверх. Особенно после того, как выяснил, что его вещи приказчики сюда привезли. И что нормальные продукты у них тоже имеются.
Матвей с Исайей, тем временем, активно обсуждали, стоит ли друзу руками выкапывать, или лучше мага земли привезти. Решили все-таки за магом съездить.
— Я Петру Григорьевичу верю, — высказался по ходу обсуждения Матвей Яковлевич: — Раз он сказал, что здесь большая друза аметистов находится, так оно и есть. И долбить замерзший грунт кирками, рискуя ее попортить, совершенно ни к чему. К тому же у нас и народу с собой мало. Или ты, Исайя, сам хочешь камень ковырять?
Вопрос был риторический, и он продолжил:
— А с магом земли в Ханке (Микулиным) у нас хорошие отношения, а дел в военном городке у него зимой не много. Так что съездит с удовольствием. Не даром же.
На том и порешили. Половина приказчиков разбила рядом небольшой лагерь (из трех палаток), а в Петин снежный дом продукты занесли. Остальные на следующий день уехали. На двух санях. Так что Пете место тоже нашлось.
Ехали довольно бодро, но до Ханки, все равно, добрались только через неделю. В дороге Петя прикидывал, какие у него там дела могут быть. Рынок посетить — обязательно. А вот закупать ли там чай и шелк — уже как получится. То есть себе и на подарки — обязательно, а вот на продажу — от цен зависит и обстановки. Может, одному ему по городку ходить и не удастся.
Еще можно кое с кем встретиться. Например, с упомянутым уже Микулиным, начальником медслужбы Неласовым, еще с парочкой знакомых офицеров, если они на месте будут. А вот выслушивать претензии Штепановского не хотелось совершенно. Но придется.
Только вот первой, кто ему в Ханке встретился, оказалась Анна. Его не состоявшаяся любовь. Это бы ничего, мало ли по какой причине девушка недалеко от конторы и складов Карташова (конечной точки их маршрута) оказалась. Они, кстати, до рынка недалеко, могла оттуда в офицерскую часть поселка возвращаться. Во время прошлой практики, перед отъездом, Петя ее как раз на рынке встретил. Только тогда они сделали вид, что друг с другом не знакомы. А тут она вдруг его увидела и сама подошла.
Глава 37
Весь в делах. Законных и не очень
— Привет. Ты здесь служить собираешься?
— Здравствуйте, Анна Сергеевна, — Петя покосился на стоящего неподалеку Матвея Яковлевича: — Ничего не имею против службы на Дальнем Востоке, тем более, многих здесь, в Ханке, и Дальнем знаю. Но зависит это не от меня. Высокопоставленных покровителей не имею, так что придется ехать туда, куда укажут в Академии.
Анна на несколько секунд застыла, но сохранила на лице благожелательную улыбку:
— Надолго в Ханке, Петр Григорьевич?
— Не думаю. Скорее всего, ближайшим же поездом отправлюсь в Дальний, а оттуда в Баян, в Академию.
— Ну, может еще и увидимся.
Анна развернулась на каблуках, сделав это, следует признать, довольно изящно. Петя непроизвольно задержал на ней взгляд. Девушка не обернулась, но наверняка это почувствовала. В общем, ушла королевой.
И что это было? Впрочем, молодой маг давно зарекся пытаться понять девушек. А сейчас у него гораздо более серьезные проблемы есть. Первая из них уже нарисовалась в виде двух жандармов. Но все-таки, что же она имела в виду?
— Господин Птахин! Господин опричник Штепановский немедленно требуют вас к себе, — Почти рявкнул более молодой из них.
То ли сказалась усталость от достаточно напряженного путешествия (не физическая, моральная), то ли неожиданный разговор с Анной смутил его больше, чем он хотел бы себе признаться, но заявление жандармов он, вроде, и услышал, но как-то пропустил мимо ушей. Вместо этого его мысли скакнули на совсем другой предмет.
Петя, как, наверное, и большинство жителей Великого княжества в чинах опричников не разбирался совсем. Не носят они знаков отличия, а само их ведомство какое-то таинственное. Наверное, специально. Но просто «господин» для опричника как-то мелко. Вот Стасов с Родзянкой, приближенные к Государю люди, никак не меньше, чем, генералы, то есть «превосходительства». Если Стасов, вообще, не «высокопревосходительством» будет. Штепановский и Трифонов явно пожиже будут, но ведь тоже командовать норовят. Не только кадетами, вроде Пети, но и преподавателями Академии.
В этих раздумьях Птахин жандармов
