с белыми волосами, но я к нему не прислушиваюсь. Всё, что меня сейчас волнует — это девушка на моих руках. Девушка, которая безрассудно чуть снова не угробила себя. А теперь мучается. Да, члены организации её подлечили, но не исцелили полностью.
— Вполне возможно, только я не думаю, что это кто-то из нас, взрослых, — отвечает сенсей.
— Дети? Это вполне может быть Учиха или та девочка, — отвечает кто-то из организации, и я резко поднимаю голову, вдыхаю горячий воздух, что исходит от костра, и активирую шаринган. На моё резкое движение реагируют все. Я оглядываюсь: все мы сидим на небольшой опушке, нас окружает достаточно много тёмных больших деревьев, что закрывают от нас свет Луны, но благодаря костру, что горит между нами, я всех вижу. Напротив нас четыре члена организации Безымянного: им приказали остаться с нами и сопроводить в деревню после боя. И именно это меня и напрягало.
«Не доверяю я им».
— Что-то не так, Саске? — спросил Хатаке.
— А что так, а, Какаши? Он избил мою девушку до полусмерти, — огрызаюсь я в который раз, но в ответ на это Какаши молчит.
— Вы встречаетесь? — удивлённо спрашивает кто-то из членов организации, на что Джирайя кивает. — А ты об этом знал, Итачи?
— Догадывался, — слегка усмехается он.
— И как давно? Вы же ещё…
— А вот и ветки для костра, даттебайо! — практически кричит Наруто, выбегая на поляну и кидая ветки прямо в огонь.
«Отоспался и теперь будет буянить, а нам его успокаивай, — промелькнуло у меня в голове, и я снова перевёл взгляд на Ари. — Я опять не смог тебя уберечь».
— Вот дурак, — шепчу я себе под нос, но из-за тишины это слышат все.
— Чё ты там сказал, Учиха! — резко он поворачивается ко мне. — А ну повтори!
— Да с удовольствием! — ответил я. — Вижу ты давно не получал!
— Сейчас ты у меня получишь! — Наруто бросает последние дрова в костёр и начинает идти на меня.
— Спокойно-спокойно, Наруто, — подошёл к нему Какаши, — ты-то восстановился, а мы нет. Тем более Аризе ещё плохо.
Как только Наруто это услышал, он опустил голову и сжал кулаки. Я хмыкнул на это и отвёл взгляд. Он ведь и не знает даже, кто это сделал, никто ему не говорил, просто сказали, что её сильно ранили. Поэтому он думает, что это враги сделали.
Я сжал челюсть до скрипа зубов, вспоминая, как рванул с места, как только барьер спал. Ариза была избита до полусмерти. На ней не было живого места. Один парень из свиты Безымянного взял на себя её лечение.
— Саске, отпусти Аризу и отдохни уже, на рассвете пойдём в Коноху.
Я проигнорировал просьбу Какаши, не решившись сводить с Ари даже взгляда. Теперь она, как и я, имеет чёрные волосы цвета угля. Это так необычно, больше не видеть её красивейших волос цвета алых роз, то, что я в ней так любил.
Но этот новый образ ей тоже идёт, она ведь любит чёрное. Я провёл рукой по её локонам и чуточку сжал их на концах. Она действительно сводила меня с ума — узнал бы это отец, то явно был бы не в восторге.
— Итачи, — посмотрел я на брата, и он тихо повернул ко мне голову. — Ни слова отцу.
На это он лишь хмыкнул и чутка улыбнулся.
— И чего же плохого в том, чтобы родители это знали? — спросил парень в капюшоне и маске, что наблюдал за нами. Ему хватило наших взглядов, чтобы понять, о чём речь.
— Я слабее, чем она, — опустил я взгляд на Ари. — Мне будет стыдно перед отцом.
— Так вся деревня слабее, чем она. Если так подумать, — хмыкнул другой член организации, на что другие чуть рассмеялись.
— Наверное, она себя там уже богом шиноби считает, — усмехнулся ещё один.
— Ари не такая, — вмешался в разговор Наруто. — Она наоборот скорее думает, что очень слаба. Она сравнивает себя не с деревней, а с сильнейшими.
— С сильнейшими — это с кем?
— С Хокаге, с саннинами, легендами мира шиноби, — ответил за Наруто сенсей. — У неё скорее заниженная самооценка, чем завышенная. Она постоянно говорит, что если не будет тренироваться, то не справится.
— Не справится с чем? — уточняет один из них.
— С прополкой огородов, — чуть слышно говорит второй из организации и все снова тихо начинают смеяться, даже мой брат еле сдержал смешок, приподняв губы в улыбке.
— Этого она нам не рассказывает, — отвечаю я, специально серьёзно. — Она постоянно говорит, что ей это надо, что она не может по-другому, что у неё нет выбора.
— Она как-то сказала мне, что на нашей команде слишком большой груз ответственности и что нам надо больше учиться и тренироваться, чем всем остальным, вместе взятым, — как-то серьёзно сказал Наруто и присел у дерева, недалеко от меня.
— Это когда она тебе такое сказала? — уточнил я.
— Точно не помню, но мы тогда изучали физику вроде бы и историю мира шиноби, — улыбнулся Наруто.
— Теперь я знаю, как мотивировать новобранцев идти на тренировку, — сказал один из них и повернулся к остальным, а те тихо рассмеялись.
— Эта девочка… Она заставляет себя быть сильной? — спрашивает брюнет, у которого только половина лица закрыта маской, вглядываясь в меня своими черными глазами. Он смахивает на Учиху, и довольно сильно.
— Ну, я бы так прям не сказал, — ответил за меня Какаши. — От изобретения техник она однозначно получает удовольствие. А вот тренировки… тут больше фанатичной дисциплины, чем мотивации. Она всегда говорит, что у неё есть план и она следует только ему, что сдала себя в аренду своей Высшей цели и сама себе не принадлежит.
— Только фанатичная дисциплина, говорите… — проговорил один из них с задумчивым видом, словно явно кого-то вспоминая.
— Знаете таких же?
— Кх, — усмехнулся один из них, — в нашу организацию без этого качества принципиально не берут. А ей-то зачем эта дисциплина?
— Ари, она… Тц, она хочет стать самым сильным и самым великим шиноби за всю историю, — поясняю я.
— О, как,
