Да, нужно бы было добавить Адриане зелье Сна-без-Сновидений, это было бы проще и надёжнее да и быстрее можно было бы смотаться к Квотриусу и наконец-то удовлетворить их обоюдную страсть, но… это зелье попросту не из чего варить - среди прочего, нужны обваренный кипятком и обработанный сильными химикалиями аметист и свежая, весенняя хвоя туи. А где же взять и то, и другое? Есть только все ингредиенты для следующей Амортенции, от сердца Квотриуса к сердцу Адрианы - Северус позаботился даже о запасе соломы, спрятанной в чистой суконной тряпице в одном из сундуков в его опочивальне, благодаря подсуетившемуся Фунне, который лично ездил верхом, разумеется, без седла просто потому, что они ещё не вошли в обиход ромеев от германцев, на поля колонов и собирал необходимый чистый-пречистый «ингредиент».
- А-а, - вспомнил обрадовавшийся Мастер Зелий, - остался же ещё на промёрзшей полянке мох Curbilium somniae, прекрасное растительное, достаточно сильное, чтобы усилить и продлить пьяный сон, снотворное, но это значит… аппарировать прямо сейчас, а уже через пару десятков минут ко мне придёт Папенька - его камерный раб-сынишка, судя по фирменному носу, известил меня - чтобы вести меня во главе торжественной процессии грёбанного действа сверчков к дому, занимаемому родственниками невесты, там пройдёт и пир, и большая часть церемонии. А я же только вчера был в лесу за папоротником золотовокнистым! Вот дурень безмозглый - мог бы и сразу подумать о снотворном мхе для, наверняка, похотливой, без устали приставучей пол-ночи - это минимум - невестушки, вернее уже полноправной супружницы.
Лишь к ночи вернутся в дом молодого мужа наевшиеся-напившиеся в доме невесты супруги и здесь перед простым, ничего не значащим для Снейпа укладыванием в одну постель, должны пройти несколько традиционных обрядов. Невесту разоблачат, сняв паллу и белую столу вплоть до ритуальной туники ректа, завязанной геркулесовым, крайне сложным узлом женщины, потом… Всё, что будет, всё потом.
Северус решился на крайний шаг, ведь у него не из чего было сварить даже Полиморфное зелье, чтобы Квотриус подменил самого жениха на время приготовления снотворного. Оно, к тому же, ещё и успокоительное, вспомнил Северус - не будет излишних приставаний к молодому супругу. Но надо напоить Адриану как можно большим количеством Сонного зелья, где-то с пинту, а оно ведь на ышке бяха. Непривычная, как Снейп надеялся, к столь крепкому алкоголю, невеста, точнее сказать, жена, принявшая на грудь ещё во время пира и, надо надеяться, немало, вскоре уснёт, храпя, да ещё и под действием не простой воды жизни, но и Curbilium somniae.
Ничего, стоит сказать ей, что зелье облегчает совокупление после аборта, а она, должно быть, убоявшись боли, согласится выпить его столько, сколько даст супруг в предвкушении любовных игр, могущих и для неё стать приятными.
Но вот как заставить её понести? Квотриуса, не говоря уже об «утешителях на несколько ночей» - блудника Таррву, а прежде всего заслужившего такую честь Фунну за всё, что он сделал совместно с Господином дома, она, опоённая Амортецией, хоть какой-нибудь плохенькой, к себе на пушечный выстрел не подпустит. А что, кто-то сомневался, что маги вели междоусобные войны только на двуручных мечах, верхом на тестралах, а не на более прогрессивных орудиях, пусть и заимствованных с потерей века у магглов?
Есть ведь зелья «для детей», тот же анг`бысх`, известный даже этим недотёпам х`васынскх`. Есть, есть и множество других, нужно просто Северусу сосредоточиться, лёжа рядом с чужой, чуждой ему, засыпающей супругой, самому не впадая в сон, а для этого надо меньше выпить. Ну да вино у них… Как у всех ромеев, дерьмовое, не питейное.
- О, Мордред бы вас всех, - Северус вспомнил поистине пренеприятнейшую штуку.
Штука заключалась в том, что виночерпием, хоть и в доме невесты, будет раб Господина дома Снепиусов Наэмнэ, а уж он устроит величайшую «болтушку» для гостей. Так ведь свадьба же для столь ласкового к нему Наэмнэ, равно, как к и остальных скотов-без-души Господина дома, праздник великий! А виночерпия, столь молодого, но уже мастера своего дела да ещё какого, как назло, уже нет в доме - уехал спозаранку. Северус сам видел, как Наэмнэ, с грандиозным шумом и грохотом, в наброшенной на голову капюшоне пенулы на телеге с бочками галльского вина и верескового мёда от уэскх`ке, взятыми из отдельного, винного подвала имения Снепиусов без спроса Господина дома - видимо, так распорядился Папенька, уже отъезжал со двора ранним утром. Ещё тогда, ранним утром в потёмках, снежок порошил вовсю. Может, к позднему утру прекратится совсем?
Северус встал сегодня чрезвычайно рано, даже для его хогвартского режима, практически не ложась спать, проведя ночь, ту, что в понимании ромеев, без сна. Можно без особого преувеличения сказать, что ночью, когда светила Луна - мерзкое светило Селены - он почти не спал, а сон сморил его только на пару часов ранним вечером, едва начали сгущаться сумерки. Сумерки - как же Северус их ненавидел!
Накануне вечером он посетил термы и наплавался вдосталь, думая что нагрузка даст о себе знать и он проспит хотя бы пол-ночи. Нет, это не от того, что он хотел быть чист перед свадебной церемонией поятия супруги, вовсе нет! Просто от того, что надевать надо было праздничную белую тунику с алой каймой по подолу и воротнику с рукавами, такую холодную, длиннее обыкновенной, ниже колена, и древнюю, но по дурацкому обычаю ромеев полагающуюся… тогу новобрачного, а на голову - лавровый венок, изрядно потрёпанный жизнью, всеми предыдущими свадьбами и выхождениями замуж грязных шлюх, а также важными церемониями в семье Снепиусов.
С утра двое рабов - неумех драпировали грёбанную тогу на уморившемся Северусе, стоящем, как вешалка, больше часа потому, что в доме Снепиусов давно уже не было специального дорогостоящего раба, умеющего драпировать огромный кусок ткани без единой иголочки, так, чтобы она ладно облегала тело жертвы, в данном случае, жениха.
Посещение терм было связано, скорее, с желанием очистить шею и подмышки.
А также мужское достоинство. Северус хотел любить этой ночью… Квотриуса предельно чистым. О Гарри не шла и речь - снова грязное натужное избиение руками или, того хуже, плёткой, снова неудовлетворённость, всего один разик разрядки, но ведь этого мало, так мало! Названный брат тоже сегодня по собственному обещанию посетит термы, но ближе к закату, а он будет солнечным потому, что светило Сола наконец-то вышло перед закатом из-под слоя туч, и оказалось, что яркое солнце ещё, оказывается, греет даже в эту промозглую холодную непогодь, но греет, как в январе «своего» времени. Но Северуса сморило непонятно, отчего, и он проспал это время, а предыдущей ночью накурился, полу-лёжа на одре, облокотившись о подголовный валик, чтобы ненароком не провалиться в сон и не устроить пожара, премного лёгких эрзацев сигарет, но руки у него всё равно предательски дрожали. Ему бы выпить чашечку собственноручно смолотого в меленке, доставшейся из Гоустл-Холла, и сваренного кофе, такого горького, что даже такой приятной кислинкой отдаёт.
