— Посуди сама, — предложил Хан. — Ботаны грузят вакуум. Какие у них есть доказательства именно государственной измены, кроме военных промахов?
— Если так подумать, то никаких, — подхватил Лэндо. — А это легко списать на простые военные неудачи. И тут как раз будет приходиться к месту информация про гранд-адмирала Империи. Следовательно — Если нет доказательств измены, Акбар просто неправильно оценил своего противника.
— Вряд ли это найдёт отклики в сердцах семей, которые потеряли своих кормильцев в этих провальных операциях, — поморщилась Лейя. — Фей’лиа выступает государственным обвинителем со стороны вооружённых сил. Подозреваю, что он метит на должность председателя на трибунале по рассмотрению дела Акбара.
— Если я правильно помню последнее подобное громкое дело, связанное как раз таки с якобы причастностью офицера Веджа в убийстве треклятого Коррана Хорна, то в состав трибунала входит генерал Кракен, — прищурился Хан. — А значит, у Акбара есть как минимум один союзник.
— Без единогласного решения трибунала Фей’лиа не сможет вынести обвинительное решение, — подтвердил Лэндо.
— Да, это как раз ещё одна неприятная новость, о которой я хотела вам сказать, — вздохнула Органа-Соло. — Участие Кракена в разработке операции Акбара позволило Фей’лиа заполучить формальные основания для того, чтобы добиться отстранения генерала от должности. Подозреваю, что как раз таки на период расследования дела Акбара.
— Да что себе позволяет эта блохастая заготовка для половика!? — не выдержал Соло, приложив кулаком голопроектор. Голограммы моргнули, пропав. Хан повернулся в сторону вахтенных мостика, удивлённо смотрящих на своего генерала.
— Дрянная имперская техника, — объяснил Соло экипажу, повторным ударом кулака по устройству. Голограммы вернулись.
— Что-то с аппаратурой, — натянуто улыбнулся Хан. — У нас что, вообще не остаётся союзников во власти?!
— Если ботанов не остановить, то через пару недель они захватят власть в Новой Республике, — мрачно произнёс Калриссиан. — Хан, не знаю как ты, а если это произойдёт, я однозначно уйду в отставку. И не вернусь больше ни за какие регалии.
— Нужно что-то делать, — произнёс Хан. — Хатт, так и знал, что это назначение свяжет нам руки. Я по факту привязан к Эриаду, Лэндо к восстанавливаемой базе на Орд-Пардроне… Мы даже сделать ничего не можем, только сидим здесь и ждём новостей! Да что произошло с флотом, если мы превращаемся в простых статистов?!
— Есть одна идея, — произнесла Лейя.
— Уверен, что она мне однозначно не понравится, раз ты её решила сообщить последней, — произнёс Хан, покачав головой. — Что ты придумала?
— На самом деле не я, — произнесла альдераанская принцесса. — Фей’лиа развязал Кракену руки, отстранив его от должности. Генерал попыхтел для виду, но только рад этому обстоятельству. Насколько я поняла, он намерен попытаться найти Тэлона Каррде. С моей помощью, конечно.
— Если его не прикончили после Ругосы, — произнёс Калриссиан. — Раз уж наши имперцы не оставляют следов, то… всякое может быть.
— Как ты намерена его найти? — потребовал ответа Хан. — Если он в самом деле жив, то забился в нору поглубже и носа оттуда не выказывает. А тебе, между прочим, вот-вот рожать! Не говоря уже о том, что этот гад заломил просто неприличный ценник за свои крохи информации?!
— Хан, я беременна, а не беспомощна, — обращаясь к мужу произнесла принцесса тем самым командирским тоном, который он впервые от неё услышал в тюремном блоке первой «Звезды Смерти». Да, именно тогда, когда критиковала его и Люка за отсутствие плана. — Через час встречаюсь с Кракеном, он заявил, что у него есть несколько идей, и он хочет их обсудить. Думаю, ему известно местонахождение «Когтя», но…
— Дайте угадаю, ему нужны деньги? — поморщился Ландо.
— Ты проницателен, как и всегда, — натянуто улыбнулась Лейя.
— Да тут не нужно быть джедаем, чтобы понять, — произнёс Калриссиан. — Я слышал, что после некоторых событий, когда Каррде заподозрил кого-то из своих в предательстве, он стал ломить ценники за свои услуги — во всём, что связано с Империей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Казалось бы, как это связано, — пробормотал Хан. — Конфетка, мне кажется сотрудничать с тем, у кого были имперцы в коллективе — это не верх благонадёжности. Я так понимаю, ты хочешь купить у него информацию об имперцах, нанести по ним удар и тем самым постараться вывести Акбара из-под удара?
— В общих планах — задумка такова. У нас просто нет выбора, Хан, — произнесла Лейя, посмотрев на Калриссиана. — Ландо, ты не мог бы…
— Новая Республика обдирает меня как липку, — вздохнул темнокожий мужчина. — Хорошо, у меня есть некоторые накопления. Не уверен, что их хватит на оплату услуг «Когтя», но может быть хоть поможет договориться о работе в кредит. Я свяжусь с Лоботом, он доставит деньги.
— Ты мог бы просто сообщить номера счетов и организовать к ним доступ, — предложил Хан.
— Дорогой друг, — расплылся в улыбке Калриссиан. — Если вы хотите договориться с торговцем информацией, то лучше использовать наличность. По крайней мере — это даст понять, что деньги есть. Но, если их не хватит, а Акбара мы не вызволим и не засунем ботанов обратно в их клоаку, то… Боюсь у нас просто не будет никаких шансов победить имперцев. Они просто перебьют нас по одному, пока мы отсиживаемся на базах.
— Не думаю, что всё так плохо, — задумчиво произнёс Хан, погладив подбородок. — Мы не подумали об одной возможности разузнать о том, действует против нас гранд-адмирал или какой-то самозванец.
— Хан, — глаза Лейи округлились. — Это ведь не то, о чём я подумала?
— Ты слишком хорошо меня знаешь, конфетка, чтобы понять, что не ошибаешься, — вздохнул кореллианец. — Потрепался я тут кое с кем из разведки… Думаю, стоит взять отпуск и навестить планету Раталай.
Глава 39. В тылу врага
Появление внеочередной проды единолично профинансировано таким замечательным камрадом, как:
— Кручинкин Дмитпий.
Желаю всем приятного прочтения)
Девять лет, шесть месяцев и третьи сутки спустя Битвы при Явине…
Или сорок четвертый год, шесть месяцев и третьи сутки после Великой Ресинхронизации.
Пройти таможню для командира фрахтовика, который доставляет на республиканский объект свежие овощи и фрукты — дело пары секунд. Знакомый таможенник смотрит тебе в лицо, улыбается, зная, что при разгрузке ему перепадет небольшая доля груза, визирует идентификатор личности, подмигивает, что как бы недвусмысленно намекает на то, что он считает тебя приятелем, и теряет к тебе всяческий казенный интерес.
Вот она, сила коррупции. И женских чар.
Фодеум спокойно прошел мимо стойки, окинул глазами зал прибывающих. Традиционно здесь пусто — командиры фрахтовиков не задерживались в этой части станции, предпочитая поскорее вернуться на корабли и отправиться на Халм или верфи для разгрузки товаров военного назначения.
В случае с его звездолетом, все гораздо проще — нужно было просто дождаться, когда работники таможни выгребут из не самого большого трюма «Изящной леди» контейнеры с продуктами. Учитывая, что на борту станции типа «Голан» на ее почти три тысячи километров длины приходилось более одной тысячи военнослужащих, покушать тут любили. А вот работать — не особо. Как никак, а звездолеты, оставшиеся на ремонте дрейфовали вблизи ремонтных решеток и за почти шесть лет, прошедших с момента Битвы пи Хасте так и не продвинулись в ремонте корпусов, будут торчать тут еще долго — Новая Республика не торопилась тратить свои кредитки на изрядно побитые корабли. Потому и персонал, значительная часть которых в настоящий момент являлась вольнонаемными рабочими, откровенного говоря даже не стремился соблюдать хоть сколько-нибудь уважительное отношение к своей работе, своим нанимателям или своему гражданскому долгу. Как говорится — «Подальше от начальства, и служба не в тягость». А военный комендант верфей являлся кем угодно, но только не бравым начальником. Это Фодеум мог сказать как на духу, положив руку на сердце. Имел возможность общаться с этим индивидом. Вышел из его кабинета в расстроенных чувствах. Ладно можно смириться с тем фактом, что Империя пытается везде и всюду обмануть, но чтобы доблестные хранители и ревнители демократии… Ну да, ну да, никогда такого не было, и вдруг опять.
