продолжительное пребывание в городе, переехав из дома Джейн в пару комнат на Двенадцатой авеню. Брат не посвятил тебя в свои планы, но ты решил, что, возможно, после пяти лет в Айдахо он хочет возобновить карьеру, которую он так удачно начал и с таким отвращением оставил. Ты решил спросить Дика, готов ли он принять Ларри обратно и на каких условиях.
Однако этот проект был на время отложен в связи с внезапным появлением миссис Дэвис и твоего сына. День за днем сразу после обеда ты ходил в голую маленькую комнату с видом на грязную улочку в Вест-Сайде и терпеливо сидел там, пока он работал над твоим бюстом. Ты долго ломал голову, что делать с треклятой скульптурой, когда она будет готова, пока в один прекрасный день Пол не сказал:
– Галерея «Гринвич» на Восьмой улице хотела бы получить этот бюст на месяц или около того, если не возражаешь. Они устраивают небольшую выставку современной американской скульптуры.
– Когда?
– Примерно первого апреля.
Ты согласился при условии, что твое имя не появится ни в каталоге, ни на табличке с указанием автора. К концу марта бюст был готов и доставлен в галерею, а Пол с несколькими сотнями долларов в кармане и со счетом, открытым на его имя в парижском банке, отбыл за границу.
Между вами не возникло даже намека на близость. Он был слишком проницателен и умен, чтобы не пытаться скрыть, что ты был для него лишь счастливой находкой.
Ты дважды посещал галерею на Восьмой улице, чтобы увидеть свою голову, увековеченную в мраморе и выставленную на всеобщее обозрение, и, притворяясь, будто смотришь в другую сторону, проследить за реакцией других посетителей. Но потом эти проклятые идиоты, напрочь забыв о данной Полом четкой инструкции оставить бюст в галерее, пока ты сам за ним не заедешь, прямо в день окончания выставки доставили его тебе домой на Парк-авеню. И когда ты вернулся из офиса, бюст стоял посреди большого стола в библиотеке, с венком из папоротника и алых роз и с ожерельем из желтых маргариток.
Эрма, похоже, только что закончившая декорирование, сидела за фортепиано. И когда ты вошел, заиграла Военный полонез Шопена. Ты попытался рассмеяться, но не смог. Неожиданно Эрма встала из-за пианино и подошла к тебе.
– Я по возможности постаралась украсить бюст. – Она демонстративно поправила ожерелье. – По крайней мере три человека просили меня отдать его в Зал славы, но мы с Джоном их прогнали. Билл, дорогой, он великолепен. Эта несгибаемая воля, эта гордая посадка головы… Я решила назвать его Вильгельм Завоеватель.
Ты, хлопнув дверью, ушел из дома, поймал такси и отправился в клуб, где остался ночевать. Однако на следующий день ты слегка оттаял и уже не сердился на Эрму. Возможно, она безжалостная, жестокая и даже злая, но она права. Итак, вернувшись домой, ты торжественно провозгласил:
– Да здравствует Вильгельм Завоеватель!
Она выбрала полушутливый тон, услышав твою историю появления бюста, и налила тебе чашку чая.
– Твой юный скульптор или круглый дурак, или тонкий сатирик. Жаль, что он уехал. Почему ты не привел его к нам и не познакомил со мной? Билл, он выставил тебя на посмешище. Что меня глубоко огорчает.
– Но бывают же на свете властные люди, – возразил ты.
– И все как один напрочь лишены чувства юмора, – отрезала Эрма. – А кроме того, ты совсем не властный.
В тот же вечер Вильгельм Завоеватель был засунут в дальний угол твоей гардеробной. Однако ты не устоял перед искушением показать скульптуру Джейн, взяв с нее клятву держать все в секрете. Ты поставил бюст поближе к свету и насмешливо представил его как Вильгельма Завоевателя, объяснив, что так его окрестила Эрма. Джейн внимательно рассмотрела бюст со всех сторон, после чего села перед ним на пол и подняла на тебя глаза.
– Прекрасная работа, – сказала она. – Но это не ты.
– Нет? А почему?
– Слишком тупое лицо, – замявшись, объяснила Джейн. – Ты будешь выглядеть именно так, если решишь пойти напролом, расталкивая людей локтями.
Это произошло на вечеринке в честь твоего сорокалетия – еще один нехарактерный для Эрмы жест. Господи, не семья, а дурной анекдот! Вы только посмотрите на эту компанию за столом! Джейн, Ларри, Маргарет, Дик, Виктор. Ну и конечно Мэри Элейр Беллоуз Карр. И еще Роуз…
Роуз, думал ты, лучше других знает, чего хочет от жизни. Ей единственной удалось успешно обработать Эрму исключительно за счет наглости. Она сумела добиться своего и с Маргарет, о чем ты узнал в тот вечер. Уже после вечеринки Джейн сообщила тебе, что встречалась с миссис Эмсен и достигла окончательной договоренности отложить бракоразводный процесс до осени. Самое раннее – до октября. Бракосочетание Роуз было назначено на середину сентября, и поэтому Маргарет сможет целый месяц играть роль подружки невесты, прежде чем стать соответчицей в суде как раз тогда, когда сестра, уехав на медовый месяц в Европу, окажется за три тысячи миль от таблоидов.
– Как тебе удалось ее уговорить? – спросил я.
– Я сказала ей, что, если она не согласиться подождать с разводом, Маргарет отправится в плавание по южной части Тихого океана, доктор Эмсен последует за ней, и тогда миссис Эмсен будет не до веселья.
И тут тебе пришла в голову мысль, что Роуз, которую ты активно недолюбливал, единственная из всей семьи сумела получить от тебя нечто существенное. Ведь именно в доме твоей жены она одержала решительную победу в своей кампании по поискам жениха. Джейн и Маргарет ничего не получили. А вот Ларри…
Ты снова расковырял эту гноящуюся рану, хотя и с меньшей потерей крови. Как-то за обедом ты сказал Дику:
– Кстати, я все думаю о Ларри. Похоже, он болтается здесь без дела. Не исключено, что ему осточертело ранчо и теперь он не прочь тряхнуть стариной, попробовав продать сколько-то там грузовых вагонов с мостовыми конструкциями. Что до меня, сперва я хотел бы узнать твое мнение. Ну, что скажешь? Ты хотел бы… – Ты замолчал, увидев удивление на лице Дика.
– Я покупаю земли в Айдахо, – сказал Дик, – а Ларри будет всем этим управлять. Разве он тебе ничего не говорил?
Из последующего объяснения ты узнал, что вскоре после приезда Ларри в Нью-Йорк он пришел к Дику с амбициозным и хорошо продуманным предложением купить огромный участок земли, практически всю долину, где сейчас расположено его скромное ранчо, чтобы заняться скотоводством и сухим земледелием в промышленных масштабах. Дик согласился предоставить почти полмиллиона долларов налом, и все уже практически
