Кер, заметив, какой начался переполох, и поняв, что может остаться без водителя, закричал:
– Да нет же, они – мертвы!
Бочком-бочком джамбит вернулся на сиденье. Толпа тоже осторожненько переползла поближе. На Кера уставились десятки вопрошающих глаз.
– Разве вы не слышали, что мне сказал Джонни?
Они не слышали. Слишком далеко было.
– Эти психлосы, – начал Кер, – скрывались в джунглях. Внезапно они выскочили из засады и начали рвать когтями второго пилота Джонни. Ох и разъярился Джонни! Он бросился в атаку, как бешеный. Схватил за глотку обоих разом и удавил!
Его слушали разинув рты. Доказательство подлинности услышанного – в грузовике. После минутной немой сцены какой-то хаувин, из бывших офицеров, сказал:
– Неудивительно, что мы проиграли войну.
– Да-а, – протянул Кер. – А когда ты узнаешь Джонни получше, поймешь: если он взбешен, так взбешен – по-настоящему.
Он дал водителю грузовика знак трогать. Глядя на ошарашенные физиономии, Кер едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, но устоять против соблазна такого великолепного розыгрыша он просто не мог.
Придя в поселок, Джонни спустил девочку с рук и отправился на поиски Мак-Кендрика, которого нашел в госпитале.
– Ну и где же эпидемия? – требовательно спросил Мак-Кендрик. – Ты своим звонком срываешь меня с лекции, я собираю целую команду, бросаю все, мчусь сюда. И что я узнаю: ты улетел!
– На этот раз точно получится, – убежденно сказал Джонни, не обращая внимания на его раздражение.
– Ты опять о капсулах, Джонни… – устало проговорил Мак-Кендрик. – Я уже все испробовал. В эти черепа не пробраться. Сплошная кость. Разве я тебе не показывал? – Доктор подошел к столу, где лежал громадный череп психлоса, и постучал по нему костяшками пальцев. – Обычная кость! Я, конечно, могу просверлить ее насквозь, но что толку?
– Ага? – ухватился Джонни. – Сам сказал «просверлить» – не я.
Он подошел ближе, легко взял череп, весивший добрых полсотни фунтов, и оттянул нижнюю челюсть.
– А теперь взгляни на ушные кости.
Соединение, где ушная кость граничила с челюстной, приоткрылось, и показалось крохотное отверстие, не больше дюйма в диаметре.
– Когда-то ты показал мне эту дырочку, – продолжал Джонни, – заверив, что в нее не пройдет ни один инструмент. Но она-то как раз и ведет в те области мозга, куда вживлены эти злосчастные капсулы.
Мак-Кендрик смотрел на него скептически.
– Джонни, я прилетел сюда с целой медицинской бригадой. Я думал действительно что-то случилось. Но раз дело несрочное, мы, пожалуй, немного отдохнем с дороги.
Джонни поставил череп на стол, на котором обычно делали вскрытие.
– С твоей колокольни оно, может, и несрочное. Но главная загвоздка в том, что мы по-прежнему понятия не имеем, как сделать психлосский мотор, и не можем врубиться в их математику. А пока мы этого не знаем, мы уязвимы! У нас сотни самолетов, а мы не знаем, как их оживить. Надо развозить по планетам самое необходимое. Без моторов мы как без рук. Так что дело срочное, что бы ты ни говорил. Посмотри сюда!
Достав из кармана тоненький изоляционный проводок, Джонни просунул его одним концом в крохотную дырочку в черепе психлоса, а другим – в дырочку на противоположной стороне черепа.
– Что это ты делаешь? – недоуменно спросил Мак-Кендрик.
– Ответь-ка мне лучше, могут ли такие провода порвать ушные или челюстные мышцы?
– Ну, в принципе, они могли бы задеть какие-то ткани, но основные мышцы не здесь… Послушай, что ты мне голову морочишь?!
Джонни порылся в наборе инструментов и достал молекулярный гальванический пистолет.
– Из стерженька в этой штуковине на поверхность выливается молекулярный поток, – пояснил Джонни. На лице Мак-Кендрика проступило изумление:
– Да как же можно это в голову просунуть?
– А мы и не будем. Зачем? – Джонни извлек из своего универсального набора анодную пластину. – Где те капсулы, которые удалось вытащить?
Мак-Кендрик протянул ему одну – два бронзовых полукружия. Отрезав несколько кусочков электролитного провода, Джонни взял молекулярный гальванический пистолет и соединил провод с электродом, через который подавался ток на стерженек, распыляющий металл. А другой конец провода положил на кусочек бронзы. Вторым проводком соединил бронзу с анодной пластиной, затем длинным проводом связал разъем обратной связи анода и разъем токового входа пистолета. Джонни собирался просто заменить кусочек бронзы обычным распыляющим стержнем пистолета, а потом зашунтировать распыляющий узел, но вместо этого заставил ионный поток через провод течь на анодную пластину.
Именно для того, чтобы получить устойчивый электролиз, он собрал схему обратной связи к пистолету. Когда все было готово, он нажал «курок». Анодная пластина начала покрываться бронзой. В капсуле, извлеченной из черепа психлоса, появилась крохотная дырочка. Пораженный Мак-Кендрик, неважно разбиравшийся в тонкостях электрических премудростей, воскликнул:
– Она уменьшается!
– Мы заставили молекулы металла устремляться к аноду. По-моему, это называется «электролиз». Просто мы не позволяем молекулам разлетаться, а направляем на анод.
Он передвинул проводок на кусочке бронзы, чтобы приток ионов ударял в другой участок, а истечение происходило из нового места. А Мак-Кендрик все повторял, оторопело уставившись на бронзу:
– Да ведь металл исчезает!
– Чтобы появиться на анодной пластине, – успокоил его Джонни. – Причем, заметь, все это можно проделать, не забираясь в мозг!
Он отмерил новый кусочек провода и небольшой сварочной горелкой оплавил кончик, придав ему округлую форму.
– Если сгладить все острые углы, сможешь ли ты через то отверстие вот таким проводком добраться до бронзовой капсулы в мозгу, не задев нервных окончаний? А потом проделать то же самое с противоположной стороны?
Тут-то Мак-Кендрик был на высоте! Не причинив психлосскому мозгу никакого вреда, можно было преспокойно проколоть кору его по меньшей мере в двух местах.
– Давай попробуем! – оживился он, забыв о своем желании отложить все важные дела до утра.
Трупы психлосов лежали на двух горняцких тачках за дверью. Бесчувственное тело Пьера куда-то исчезло. Мак-Кендрик позвал двух медсестер и еще одного врача. Общими усилиями они вкатили тачку с трупом психлоса-рабочего в свою «анатомичку». Этот психлос был крупнее всех, с кем им приходилось иметь дело раньше. Кое-как они переложили его на стол.
– Он, наверное, еще не оттаял внутри, – предположил Джонни.
– Велика важность, – отмахнулся Мак-Кендрик. – Ты разве забыл, что мы поднакопили приличный опыт? Чего только не было! Иногда я был уверен, что мы вообще не сможем оперировать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
