Агенты сигуранцы, правда, сумели установить, что к группе Полковника принадлежат такие подпольщики, как Крылов, принимавший участие в организации взрыва дамбы перед вступлением румынских войск в Одессу, Белозеров — катакомбист из отряда Бадаева, Черноморец, сброшенный с группой парашютистов в распоряжение Полковника. Появился еще один дерзкий и неуловимый подпольщик Дроздов. Он действует преимущественно в районе порта и тоже связан с Полковником.
Осенью Белозеров чуть не попался в расставленные сети, но он вел себя дерзко — успел первым выхватить пистолет и положил на землю трех агентов сигуранцы, которые должны были его арестовать. Белозеров обезоружил агентов, а сам исчез. Исчез без выстрела, чтобы не поднимать шума. Все произошло на Ришельевской, переименованной в улицу Гитлера — в самом центре, во дворе многоэтажного дома.
Белозеров на некоторое время исчез с горизонта, но вот появился снова. Курерару уверен, что это Белозеров сорвал его план обнаружить и захватить Полковника с помощью бежавшего парашютиста Панасенко.
Был еще случай, когда ликующий Курерару считал, что теперь-то он наверняка напал на след Полковника. Но все обернулось так конфузно, что лучше не вспоминать. Неприятно, когда тебя сажают в лужу…
На связи у Аргира был мелкий базарный спекулянт по кличке «Рулетка». Кличку эту он получил не случайно — в базарной толкучке он привлекал к себе любителей легкой наживы с помощью самодельной рулетки, сделанной из листа фанеры, разграфленной на клетки химическим карандашом. Ставили деньги — сущую мелочь, а выигрывали пирожные, которыми заодно и торговал спекулянт. Торговля шла бойко, около Рулетки всегда толпились зеваки.
Обычно Рулетка доносил о второстепенных, мало интересных событиях, касавшихся разных базарных дел — кто что купил, где достал. Но однажды он передал, что неизвестный человек, не появлявшийся раньше на базаре, торгует оружием. Аргира особенно насторожила фраза осведомителя — оружие предназначалось для Полковника, но партизанам нужны деньги, и они начали его распродавать.
Рулетке предложили вступить в сделку с торговцем оружием, окружили базар секретными агентами, на ноги поставили всю сигуранцу. Действительно, неизвестный передал в подъезде браунинг с патронами, получил деньги, пообещав принести еще несколько маузеров. При выходе из подъезда его и Рулетку арестовали.
По дороге в сигуранцу задержанного избили, допрашивать его собирался сам Курерару, но к нему вдруг явились два знакомых гестаповца. Они пришли выручать своего агента, которого забрала на базаре румынская полиция. Оказалось — агент румынский торговал с немецким. Ловили друг друга. Все дело кончилось тем, что один вернул деньги, другой отдал пистолет. Гестаповцы тоже искали группу Полковника и тоже безрезультатно.
Но Курерару не хотел признаваться в своем бессилии. Разведка — игра, рассуждал он, сегодня не везет, завтра можно сорвать банк. Курерару сам организует конспиративную квартиру красных! Туда будут приходить связные, агенты, подпольщики, за которыми потом установят слежку. Здесь даже появится Полковник, свой Полковник, через которого он раскроет и возьмет настоящего.
«Конспиративную квартиру» открыли на Ремесленной улице. Хозяином поставили Рулетку. Через своего агента удалось завлечь сюда партизана, который приехал для связи из Ново-Бугского района. Его обещали свести с Полковником, но ждать заставили долго — дня три. Наконец, на квартиру явился Бойко — Федорович, который назвался «Полковником» и руководителем организации «Одесский подпольный гарнизон». «Полковник» потребовал подтверждений, что связной действительно прибыл от партизан с берегов Буга. Посланец не был опытным конспиратором, он доверчиво рассказал, что подполье только создается, назвал имена людей, сказал, где укрыт склад оружия — ведь «Полковник» выступал от имени украинского партизанского штаба.
После этого связному шепнули, что за ним следят, хотят арестовать, посоветовали бежать. На обратном пути из Одессы связного арестовали, а подполье в Ново-Бугском районе было разгромлено. И это все, чего удалось добиться. Полковник оставался недосягаем. «Конспиративная квартира» пустовала. Прошло еще некоторое время, и кто-то ночью швырнул в окно квартиры гранату. Значит, подпольщики раскрыли и эту ловушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но агенты гестапо все же напали на след Черноморца, выследили его, арестовали. Он отстреливался и последнюю пулю приберег для себя. Тяжело, но не смертельно раненного Черноморца без сознания привезли в тюремную больницу. Когда чекист очнулся и увидел, где он находится, он сорвал повязки и расшиб себе голову о спинку железной больничной кровати…
След Полковника был снова потерян.
Красная Армия приближалась к городу. Теперь было уже ясно, что война подходит к неизбежному концу, но борьба продолжалась, жестокая и непрестанная. Из Бухареста прислали тревожную шифровку — предлагали заблаговременно подготовиться к эвакуации, вывезти архивы сигуранцы или в крайнем случае сжечь их. Второпях грузили документы, заметали следы, готовили своих агентов, чтобы оставить их в городе, в советском тылу. Контрразведчики эвакуировали часть своих людей, чтобы на новом месте развернуть работу.
Одновременно подполковник Пержу получил еще один пакет со строжайшей надписью «Тайное дело государственной важности». Руководителю «Вултурул» предписывалось немедленно включиться в совместную румыно-германскую операцию под шифрованным названием «Пламя». Приложенная инструкция разъясняла: «Операция „Пламя“ — полное уничтожение столицы Транснистрии Одессы к приходу русских. Советские войска должны найти здесь только выжженную землю и пустынный берег соленого моря. Предписывалось в первую очередь подготовить к взрыву все промышленные и транспортные сооружения. Особое внимание обращалось на уничтожение одесского порта с причалами, подъездными путями, складами и другим оборудованием. Во вторую очередь инструкция предписывала подготовить к взрыву и уничтожению огнем все жилые дома Одессы. Низменная часть Одессы должна быть затоплена путем взрыва ограждающей дамбы.
«Город не должен больше существовать после ухода наших и германских войск из Одессы», — говорилось в заключение плана «Операция „Пламя“.
Гестапо и сигуранце поручалось обеспечить контроль за операцией и не допустить, чтобы русские помешали ее выполнению. Дополнительно подполковнику Пержу предписывалось немедленно вместе со своими сотрудниками перейти в подчинение начальника одесского гестапо штандартенфюрера СС Шульца, который будет нести личную ответственность за «Операцию „Пламя“.
К исполнению операции приступили в большой тайне, и все же планы врага постепенно становились известны патриотам-подпольщикам. «Операция „Форт“ столкнулась с „Операцией «Пламя“. Началась завершающая глава борьбы катакомбистов с врагом.
Подпольщик Крымов устроил Белозерова портовым грузчиком, и последние месяцы они встречались почти ежедневно. Был на исходе февраль, когда подпольщики впервые заподозрили что-то неладное на территории порта. В конце туманного, промозгло холодного дня сюда пригнали две роты румынских саперов якобы восстанавливать причалы. Они расположились близ элеватора и на другой день приступили к работе.
Как бы случайно Крымов прошел вдоль причала, где копошились саперы. Крымов работал в порту такелажником, и его появление здесь не вызывало подозрений. Только часовой заставил его отойти подальше от неглубокой траншеи, которую солдаты успели выкопать на пристани. Грунт был тяжелый, и работа саперов шла медленно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что-то не нравится мне такое «восстановление причалов», — сказал Крымов Белозерову, остановившись прикурить самокрутку. — Передай об этом Полковнику.
Крымов засунул в карман замерзшие руки, поднял ворот бушлата и вразвалку зашагал к пирсу, где грузилось немецкое судно. За кормой развевался фашистский флаг с черной свастикой. С борта кто-то кричал, перегнувшись через планшир, кого-то ругал. Крановщик в рваном ватнике, в опорках и засаленной треухе огорченно глядел на поднятую в небо стрелу, сокрушенно покачивал головой.
