Читаем без скачивания Аномальный наследник. Пенталогия (СИ) - Тарс Элиан

Он протянул мне руку.

– Добрый вечер, Георгий Максимович, – я ответил на рукопожатие. – Да, я вас запомнил. Но удивлён, что вы узнали мой автомобиль. Разве вы его видели раньше?

– Не видел, – улыбнулся он. – Но слышал, на каком именно автомобиле вы передвигаетесь. Мой друг живёт здесь неподалёку, – он махнул рукой в ту сторону, от которой ехал. – Однажды его люди видели, как вы заезжали к себе домой, судачили об этом позже. Как‑никак вы сейчас знаменитость.

Говорит уверенно, непринуждённо. Такого можно заслушаться и не обратить внимания, насколько нелогичную чушь он несёт.

– А если бы всё‑таки это оказался не я, а кто‑нибудь высокородный?

– Извинился бы, да завёл новое знакомство, – невозмутимо ответил Чудинов. – Люблю, знаете ли, знакомиться с разными людьми. Беседовать с ними, узнавать что‑то новое. Как например, с вашей тётушкой. Знаете, я был приятно удивлён случайной встрече с ней на «Доторском» рынке. И не смог отказать себе в удовольствии, подойти и пообщаться. И скажу я вам, от этой беседы я получил даже больше удовольствия, чем ожидал. Ваша тётушка… Мари… – мужчина с придыханием произнёс её имя, – прекрасная собеседница. Интересная, со своими взглядами. Очень достойная женщина. Не удивлён, что она смогла вырастить чемпиона империи.

Соловьём заливается, Форкх его дери…

На миг я ощутил жгучее желание врезать Чудинову по морде.

Ох уж эти дикие подростковые гормоны…

Но делать я этого, конечно же, не стал. А то побежит ведь жаловаться в надлежащие инстанции. И пусть свидетелей, кроме Вадима и водителя Чудинова (скорее всего, Слуги) нет, слово аристократа в сто крат весомее слова простолюдина. Да и камеры тут на столбах имеются – как‑никак элитный квартал Москвы, а не рабочий.

И объектив одной из этих камер как раз смотрит на нас. Да, далековато висит, и качество съёмки будет отвратительным, но…

– Тётя Мари прекрасный человек, – добродушно проговорил я. – И очень красивая женщина. Жду не дождусь, когда она уже обретёт семейное счастье с достойным мужчиной.

– А что, разве достойного мужчины рядом нет? – клюнул Чудинов.

– Ну что вы, конечно, есть, – ещё шире улыбнулся я. – Они проводят много времени вместе, потому я и говорю, что остаётся только ждать закономерного  финала.

– Хм… Честно скажу, в наших разговорах Мари не упоминала о наличии такого мужчины. И раз уж они проводят много времени вместе, но до сих пор не пара, вероятно, между ними нет искры? Может быть, кто‑то другой окажется более достойным?

Форкх меня дери! Его выражение лица, искреннее участие в голосе… Пожалуй, будь я на самом деле семнадцатилетним парнем, мог бы посчитать, что его слова идут от чистого сердца. Да и сейчас я допускаю вероятность в два процента, что всё, что говорит и делает Чудинов – правда, а не хитрый ход Канцлера и его людей.

Правда, повышенная критичность – это моё привычное состояние. Я редко во что‑то верю на сто процентов, иначе взгляд затуманивается.

Улыбнувшись, я сделал полшага влево, чтобы сильнее перекрыть Чудинова от «взора» ближайшей камеры.

«Приподнял заслон», выпуская эмоции наружу и трансформируя их в направленный импульс родовой Ауры. Тут главное – не переборщить – визуальные эффекты в виде золотых молний сейчас мне ни к чему.

– И всё же я верю в эту пару, Георгий Максимович, – проговорил я. – И очень надеюсь, что никакой другой мужчина не будет влезать в их отношения.

Чудинов побледнел, отступил на шаг и дважды кивнул.

– Д‑да… д‑да, вы правы, Аскольд Игоревич, – пробормотал он, впервые за сегодня назвав меня по отчеству. – Негоже мешать двум любящим сердцам.

– Рад, что мы пришли к взаимопониманию, Георгий Максимович. Засим прошу меня простить. Спешу откланяться.

Я изобразил поклон. Ну мало ли, вдруг кто‑нибудь будет смотреть запись с камер.

– Да, до свидания, Аскольд Игоревич, мне тоже пора, – быстро сказал Чудинов и почти побежал к машине. Даже не стал дожидаться, когда водитель выйдет открыть ему дверь.

Кстати, водитель смотрел на меня через лобовое стекло восхищённым взглядом. Ну точно Слуга и фанат аномального простолюдина – чемпиона Империи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Вы немного поджали его своей странной силой? – спросил Вадим, когда я плюхнулся на заднее сиденье «РВМ».

– С чего ты взял?

– Когда этот… если вы позволите, лощёный крендель, сдал назад, я ощутил желание вскочить и врезать ему. Нет, я и раньше это чувствовал, но в тот миг едва сдержался.

– Н‑да… какой ты наблюдательный, – проговорил я.

Я сдерживал Ауру и направлял её на одну конкретную цель, но всё равно она частично разошлась по округе, раз уж оба водителя, не слышавших наш разговор, её почувствовали.

– И, чего он хотел? – продолжил наседать на меня Наставник, когда машина тронулась с места.

– Поздороваться, поболтать, – хмыкнул я. – По нему работаем в прежнем русле. Присматриваемся, если подходит, вежливо беседуем. Ну и про тётю Мари не забывай.

– Не забываю, – буркнул Вадим. – Да только вот времени мало. Да и Мари сама с головой ушла в дела клубов. И открытого, и того, что только ремонтируется.

– Всё бы тебе отговорки искать. Вы сейчас вообще под одной крышей живете.

– И что же, господин, предлагаете подловить её, когда она перед сном в туалет пойдёт? Так при каждой спальне свой санузел. Да и… – он замялся.

– Ну, говори уже, – вздохнул я.

– Не одни же мы под одной крышей.

– Дожили, уже из родного дома выгоняют, – усмехнулся я.

– Да нет, я просто…

– Я понимаю, – серьёзным голосом произнёс я. – У каждого из нас свой темп. Но меня напрягает, это Чудинов.

– Меня тоже, – проворчал Вадим. – Хотя, думаю, после общения с вами он поумерит пыл.

– Не факт, что надолго, – ответил я.

* * *

В среду десятого февраля, Отмеченный Дланью, так же известный как Алексей Васькин, после обеда отправился на выделенной ему машине за покупками. Вредный старик послал помощника за транзисторами на окраину Юго‑Востока Москвы, в квартал, в котором ещё недавно хозяйничали «Белые медведи». Теперь часть квартала отошла соседям, а на остальной территории народилась новая группировка.

Отмеченный мало знал о новых бандитах, ибо целиком и полностью отошёл от всяких криминальных дел. Как, собственно, и все бывшие «Белки». Из прошлых способов заработка у них остались разве что защита мелких лавочников, торгующих рядом с «Райскими кущами», от залётных лиходеев да припугивание местной шпаны. Бывшие бандиты стали стражами своего квартала. Как Отмеченный слышал от Тамира, лавочники с радостью платят копеечку малую – чисто символическую плату за свою безопасность.

Отмеченный прекрасно понимал, что глава мог бы и бросить эту благотворительность, именуемую защитой, если бы не одно «но». Те самые «Райские кущи». Клуб находится почти на отшибе, но всё равно набирает популярность. Беспредельщики бы отпугивали гостей.

Поэтому, по сути, поддерживая порядок «на районе» ради своего заведения, глава ещё и сшибает крохи с соседей.

И главное – все счастливы.

Глава – умён. Это ж надо было придумать «Райские кущи».

Отмеченный расплылся в блаженной улыбке, вспоминая свой единственный день в новомодном клубе, и едва не выехал на перекрёсток на красный сигнал светофора. Резко затормозив, молодой лысый мужчина с впалыми щеками поморщился от боли.

«Чёртов старик» – помянул своего наставника и непосредственного руководителя Отмеченный. В последнее время Архун совсем озверел. Если раньше гонял Отмеченного по поручениям и всяким инженерным делам так, что Алексей падал на кровать и засыпал без задних ног, то теперь заставляет ещё и физически тренироваться! До переезда в усадьбу главы, Отмеченный бегал по улице с утяжелителями, сейчас же бегает в тренировочном зале на территории усадьбы. А ведь ещё и кучу упражнений приходится делать! Например, отжиматься, когда на спине сидит старик и что‑нибудь мастерит своими каменными руками!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})