послушай. Я долго наблюдала за тобой, и знаешь ли ты, кого вижу?
— Кого? — в изумлении смотрю на неё.
— Женщину, которая готова подвергнуть свою жизнь опасности ради друга. И не один раз, а снова и снова. Ты спасла Морган, хотя тот охранник мог убить тебя, свернув шею своим даром. И чтобы предупредить Варека, ты снова рисковала своей жизнью. Вот почему я здесь, чтобы поблагодарить тебя.
Я опускаю взгляд на кровать, не в силах справиться с теплом и заботой в ее глазах.
— Может, твой отец и был сумасшедшим, но ты — нет. Совсем. Ты слышишь меня? — голос Лии становится суровее. Как будто я говорю с Морган. — Тебе не нравится наказание, и нет ни одной причины, по которой женщина заслуживает его. Никогда.
— Тогда почему мне понравилось то, что Кейд делал со мной?
— Он тебя бил? — спрашивает она. Когда качаю головой, она продолжает: — Может быть он тебя порезал?
— Люди так делают?
— Есть много вещей, которые пары делают в постели, но пока они происходят по обоюдному согласию и не наносят серьезного вреда, физического или психического, это нормально.
Мои глаза так расширились, что кажется, будто они могут выпасть прямо из черепа.
— Если тебе нравится немного боли, быть сдержанной или манерной, это совершенно нормально в здоровых сексуальных отношениях.
— Ты серьезно сейчас? — спрашиваю я.
Лия поджимает губы, чтобы подавить смех, но он все равно вырывается наружу.
— Прости, — говорит она, прикрывая рот. Она все еще хихикает, и я невольно тоже улыбаюсь.
— Мне придется объяснить тебе, Элеонора, что такое БДСМ, — обещает она. — Это целая категория сексуальных фетишей, которые потрясут твой мир.
— То есть ты хочешь сказать, что то, что мне нравится, совершенно нормально?
— На сто процентов, — ее улыбка немного ослабевает, а взгляд становится серьезным. — Я не согласна с помолвкой Кейда, но не надо создавать в себе недостатки как оправдание, чтобы оградить себя от него. Выбери не любить его или любить несмотря ни на что, но не ставь себя в качестве проблемы. Обещаешь?
— Обещаю. — Я откидываюсь назад на кровать и выдыхаю. — Мне хочется съесть целый чизкейк. Думаю, он идеально подойдет к моему эмоциональному потрясению.
Лия ложится рядом со мной и хихикает, потирая живот.
— Мне знакомо это чувство.
Я опираюсь на руку и смотрю на ее живот.
— Могу я задать тебе личный вопрос?
— Конечно. Было бы нечестно, если бы ты одна только откровенничала.
— Какой у тебя срок? Разве живот не должен быть меньше в первом триместре?
Лия пожимает плечами.
— По словам доктора Кости, период беременности короче, чем если бы я была беременна ребенком от человеческого мужчины. Не уверена, что ускоряет этот процесс, и поскольку мы первые люди, забеременевшие дравианским плодом, никто толком ничего не знает.
— Логично.
— Но мы скоро узнаем, когда у Бриттани начнутся схватки.
Я открываю рот, а потом закрываю его.
— Просто спроси, — говорит Лия. — У меня есть лучшая подруга — Морган, помнишь? Ты не можешь сказать ничего такого, чего бы я еще не слышала.
— Ты боишься?
Лия отводит взгляд, уставившись на полог.
— Немного.
Как Лия делала со мной много раз в прошлом, я беру ее руку и слегка сжимаю.
— Я уверена, что все будет хорошо.
— Я надеюсь на это, Элеонора. Очень надеюсь.
Я тоже. За нас обоих.
* * *
На следующее утро я получаю вызов от Морган, и бабочки порхают у меня в животе при мысли о встрече с Кейдом.
Он не пришел ко мне прошлой ночью и не пытался уговорить присоединиться к нему в его комнате. Не знаю, что это значит для моего статуса племенной кобылы, но, по крайней мере, он, кажется, уважает мои взгляды на его помолвку. Если бы только это не было так больно.
Знаю, что сама виновата, оттолкнув его, но это правильно. Хотя начинаю ненавидеть его и свой дурацкий моральный компас.
Расчесав волосы, я стучусь в дверь Морган, готовясь к появлению Кейда. Но отвечает кто-то другой, охранник, которого я никогда раньше не видела.
— Впусти ее, Аксель. Я попросила ее прийти, — говорит Морган из глубины комнаты.
Охранник отходит в сторону, и я прохожу мимо него, осматривая комнату в поисках Кейда.
— Его здесь нет, — отвечает Морган на мой невысказанный вопрос.
— Почему?
Я не должна спрашивать, но поскольку она уже поймала меня на его поисках, это не имеет значения.
— Он сказал Зейдену, что больше не хочет быть моим телохранителем по «личным причинам», — отвечает Морган, изображая кавычки в воздухе.
— О, — я бесстрастно пожимаю плечами, но когда Морган поднимает бровь, понимаю, что мне не удалось изобразить незаинтересованность. Правда в том, что я хочу знать, о каких «личных причинах» говорил Кейд.
— Эй, Аксель, не мог бы ты выйти на минутку? — Морган спрашивает охранника. — Мне нужно немного поговорить с подругой.
— Вас нельзя оставлять одну, — противится он.
— Я не останусь одна, — возражает Морган. — Кроме того, ты все время будешь стоять за дверью, и никто не сможет пройти мимо тебя. Я же не смогу никуда уйти, верно? А ялаты вернулись на свою планету в далекой-далекой галактике, да?
Охранник кивает, но не выглядит убежденным. Либо он уловил склонность Морган к нарушению правил, либо просто не доверяет никому в целом.
— Я буду прямо за дверью, — говорит Аксель. — Если услышу хоть писк, тут же войду внутрь и не уйду.
— Хорошо, хорошо. — Морган смотрит на охранника, пока за ним не закрывается дверь, а затем поворачивается ко мне, ее взгляд практически искрится от возбуждения. — Никогда не догадаешься, что я нашла! — визжит она. Морган кивает головой в сторону двери и понижает голос. — Я нашла потайной ход, который ведет в другие спальни во дворце.
— Что? Как?
Морган переминается с ноги на ногу, едва в состоянии устоять на месте.
— После того, как я узнала о безопасной комнате, мне стало интересно, сколько еще тайных комнат есть во дворце. Зейден рассказал мне о некоторых, но не обо всех, потому что не хочет, чтобы я сбежала. — Она показывает на свой живот и насмехается. — А куда бы я могла убежать? Серьезно. Я люблю его, но иногда он бывает глупым.
— Какое отношение это имеет ко мне?
— Ну, я рада, что ты спросила. — Морган хватает меня за руку и дарит мне самодовольную улыбку. — Я видела, как крутая Элеонора спасла мне жизнь. Так что теперь хочу выразить свою благодарность, — она подмигивает мне. — Ты готова ввязаться в какое-нибудь дерьмо?
— Не совсем.
Мне нравится Морган, но сейчас она
