— Не молчи, Эбби, — в голосе Делии слышалась угроза.
— Да. Да. Конечно. Они в… — Эбби лихорадочно вспоминала, что именно они с Люком говорили налево и направо о вымышленных дневниках. — Они в гостиной.
— Ну, вот и славно. Пошли.
Делия поволокла ее за собой с такой силой, что Эбби невольно подумала, может ли женщина вообще быть такой сильной? Или это та сила, которая просыпается в сумасшедших во время припадка?
Делия тащила ее через столовую, по-прежнему держа нож у ее горла, когда на плите засвистел чайник.
Злодейка замерла, потом с новой силой подтолкнула Эбби.
— Не обращай внимания. Отдай мне дневники, и я уйду.
Дрожа от страха, Эбби зашла в гостиную и направилась к самому дальнему книжному шкафу. Ее глаза лихорадочно шарили по комнате, ища пути к спасению. Ей нужно какое-нибудь оружие. Бутылка ликера? Слишком далеко. Лампа? Слишком тяжелая, чтобы Эбби могла ее быстро схватить и бросить. Проклятье! Люк! Проснись!
Она должна что-нибудь сделать, думала Эбби в смятении, чувствуя, как ужас близкой смерти пробирается ей в душу и сковывает ее.
— Убери нож, Делия.
Люк повернул выключатель, и резкий переход от темноты к свету на мгновение ослепил всех троих.
Но Делия пришла в себя гораздо быстрее прочих. Она крепко схватила Эбби сзади и приставила нож к ее ребрам.
— Один шаг, и я ее зарежу.
— Не советую.
Даже сейчас Эбби не могла не восхититься тем, как он был хорош. Жестокость, звучавшая в его голосе, только делала его еще прекраснее. Настоящий ангел мести. Его темные глаза были прищурены и полны яростью. Он пришел, он был рядом!
Делия засмеялась, этот звук был жутким — будто ногтями скребли по стеклу. Эбби вздрогнула. Но не Люк. Он стоял босой, в одних джинсах и обеими руками держал пистолет, направленный на Делию.
— Я тут же пристрелю тебя — пообещал он.
— Но я успею первой!
— А может быть, я? — раздался голос из дальнего угла гостиной, и Кэтрин Шэйкер вышла из-за кожаного дивана, за которым пряталась.
— Или я. — Мужской голос прозвучал со стороны бара.
— Проклятье! — Делия скрутила Эбби еще сильнее. — Клянусь Богом, я убью ее. Я успею раньше вас. Одной мертвой сукой будет больше.
— Только тронь ее — и ты труп.
— Ну конечно! — прошипела Делия. — Мужчины потрясающе глупы. Примчался сюда, как рыцарь на белом коне, спасать свою принцессу? Тогда убирайся отсюда, пока я ее не прирезала!
Эбби не отводила взгляд от Люка, который медленно двигался в сторону бара.
— Все было так просто, — лихорадочно бормотала Делия, обращаясь, похоже, к самой себе. — Было так легко очаровать и окрутить всех этих придурков. А отправить их на тот свет — еще легче. Отвратительные, дряхлые, слюнявые уроды! И они были уверены, что я обожаю их. Мужчины!.. Вот уж действительно слабый пол. — Она презрительно посмотрела на Люка. — Только женщина смогла меня разоблачить.
— Моя мать? — дернулась Эбби и тут же ощутила, как лезвие ножа пропороло тонкий шелк и врезалось ей в кожу. Она вскрикнула, почувствовав, как струйка крови побежала по ее коже.
— Стой спокойно! — голос Делии звучал издевательски. — Ты же не хочешь, чтобы я нервничала, правда?
— Я в порядке, — крикнула Эбби мужу и тут же почувствовала, что лезвие врезалось еще глубже.
— Твоя мать совала свой длинный нос в мои дела, — с досадой шипела Делия, будто все еще не в силах понять, как такая продуманная авантюра полетела к черту в один момент из-за досужей светской сплетницы. — И ты точно такая же, как она. Ходишь, выспрашиваешь. Твоя подлая мамаша должна была меня понять! Она должна была быть на моей стороне. Женщина должна помогать женщине. Но нет. Она думала иначе. Вот и сдохла.
— Ты убила мою мать!
— Я не собиралась! — рявкнула Делия. — Но она не оставила мне выбора. Сама виновата. Любопытная сука сама напрашивалась.
Комната вокруг Эбби вдруг стала красной. Абсолютно красной. Все перед глазами плыло от непереносимой ярости, которая душила ее. Прежде чем Эбби успела понять, что она делает, прежде чем она подумала о последствиях, она вывернулась из рук Делии и изо всех сил ударила кулаком в челюсть опешившей злодейки.
Делия качнулась назад, и прежде чем она успела обрести равновесие, Люк выбил нож из ее рук и опрокинул Делию на пол. В одну секунду он прижал ее лицом к ковру и теперь застегивал на ней наручники, пока она орала о мести и о подлости мужчин.
Пока Эрнандес вел Делию к машине, Кэтрин направилась на кухню и выключила чайник.
Люк обнял Эбби и бережно прижал к себе. Но Эбби все равно застонала от боли. Люк немедленно отпустил ее.
— Ты идиотка, она же могла тебя убить. — Люк испуганно задрал ее ночную сорочку, чтобы осмотреть рану. — Придется зашивать.
— Ну, вот еще! — Эбби затрясла головой. — Ненавижу врачей.
Тут она покачнулась, и Люк снова подхватил ее в объятья, уткнувшись лицом ей в шею.
— Она убила маму. — Эбби прижалась к его груди так тесно, как только могла. — И ей было наплевать. Она просто довела меня.
— Теперь все позади, малыш. Все кончено. — Он провел одной рукой по ее волосам, а другой гладил ее по спине.
— Откуда ты взялся?
— Я пошел за тобой, когда ты направилась на кухню. Кэтрин и Эрнандес стерегли дом, на тот случай, если Делия захочет добраться до дневников, не дожидаясь вечеринки.
— Профессионалы, — только и сумела сказать она.
— Спасибо.
Где-то на кухне, наконец, умолк свисток чайника, и Эбби только теперь осознала, что все это время он не умолкал. Господи, она не могла поверить в это. Она в безопасности. Люк в безопасности. А убийца ее матери сядет в тюрьму.
— Люк? — Кэтрин окликнула его от дверей, и он обернулся на ее голос. — Мы повезем ее на допрос. Поедешь с нами?
— Я подъеду через час. Мне нужно отвезти Эбби в больницу. Эта тварь ее поранила.
Кэтрин нахмурилась и поглядела на Эбби.
— Ты в порядке?
— Да. Благодарю.
Кэтрин улыбнулась и вышла, закрыв за собой дверь.
— Как хорошо, что все позади!
— Еще не все, — возразил Люк и слегка отодвинулся, чтобы видеть ее лицо. Он заглянул ей в глаза и твердо сказал: — Я знаю, что ты хочешь оставить меня ради моей же безопасности. Но я никогда не отпущу тебя, Эбби.
— Люк…
— Я хочу завязать с этим. — Он внимательно смотрел ей в глаза, стараясь понять, верит ли она ему. — Есть много работы, помимо оперативной, которую я могу делать в агентстве. Я больше не собираюсь изображать из себя тайного агента. Разве что в нашей спальне.
Эбби смотрела на него сквозь слезы, и видит Бог, ей так хотелось принять эту жертву! Она не могла жить без него. Но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
