Эти сигналы смутно улавливаются, но гипотетически, paционально; они не вызывают переживаний, не ощущаются, остаются непонятыми. Вы сможете испытать экстаз от игры интеллекта только тогда, когда начнете осознавать многомерную сложность генетического плана. Когда отодвинете краешек занавеса и увидите на секунду фрагмент энергетического танца, саму жизненную силу. Разве можно постичь божественное, не разобравшись в каждом крошечном элементе фантастического плана? Лично я считаю кульминацией религиозно-научного поиска то мгновение, когда неожиданно открываются ответы на семь основных духовных вопросов.
Но как наша неподготовленная нервная система может уловить сигнал? Понятное дело, обывателю не понять концептуальную, математическую “игру в бисер”, разыгрываемую ученым физиком. Но разве обязательно его чувственный контакт с божественным процессом должен осуществляться через символы проповеди, гимны, роботические ритуалы, религиозные обряды, морально-поведенческие табу, неизбежно секулярные по своей цели?
К счастью, каждый человек обладает удивительной аппаратурой, с помощью которой может постигать, познавать ощущать энергетические процессы непосредственно. Эта аппаратура – наш мозг.
Если вы сможете на мгновение ослабить хватку обусловленного ума и почувствовать сигнал, который исходит из вашего мозгового компьютера, то узнаете поразительные вещи. Согласно нашим исследованиям, даже необразованный обыватель может непосредственно ощущать все то, к чему медленно приходят ученые. Он может непосредственно ощущать процессы, изучаемые, к примеру, физиками, которые пытаются своими массивными концептуальными мозгами, неуклюже обрабатывающими не более трех концепций в секунду, постичь то, что происходит со световыми скоростями, регистрируется уникальной аппаратурой и выражается в виде уникальных символьных формул.
Но тормоза можно отпустить. Наши последние исследования поддерживают гипотезу о том, что опыт расширения сознания позволяет человеку пережить другие уровни энергии и информации. Но что имеют в виду люди, пережившие подобный опыт, когда говорят о духовном пробуждении? Получают ли они ответы на семь основных вопросов и переживают ли “просветление”? Или же это реакция, отражающая потрясение от пережитых новых и незнакомых ощущений? Даже если бы справедливым оказался второй вариант, разве одного его было бы недостаточно, чтобы говорить о религиозном аспекте применения психоделических веществ и необходимости создания более сложной религиозной терминологии, соответствующей научным данным? Однако есть феноменологические свидетельства того, что духовные прозрения, сопровождающие опыт расширения сознания, могут быть субъективными отчетами об объективных процессах, которые открывают и изучают астрономия, физика, биохимия и нейрология.
На сегодняшний день мы далеки от полной нейрологической и фармакологической расшифровки опыта расширения сознания. Мы практически ничего не знаем о физиологии сознания и взаимодействии коры больших полушарий головного мозга с телом. Мы не можем с полной уверенностью утверждать, что во время опыта расширения сознания субъекты непосредственно переживают то, что измеряют биохимики или физики, занимающиеся элементарными частицами. Но удивительные сведения о генетическом коде и структуре внутриклеточных отношений, которые они получают, должны предостеречь нас от желания считать “психотическим” или аномальным опыт, не вписывающийся в текущие рамки наших стереотипных представлений о мире. На протяжении трех тысячелетий великие пророки и философы советовали нам “искать внутри”, и оказалось, что современные научные факты подтверждают правильность этого совета. Пределы интроспективного осознания вполне могут достигать субмикроскопического клеточного, молекулярного и даже ядерного уровней. В конце концов, мы видим лишь то, что мы готовы и настроены увидеть.
Мы находимся в самом начале исследования. Хотя мы пока не в состоянии дать удовлетворительного объяснения накопленным экспериментальным фактам, не вызывает сомнения, что время опыта расширения сознания субъекты “получают” ответив на семь основных вопросов, и приписывают дальнейшие изменения в своей жизни этим биохимическим видениям. Мы продолжаем задавать вопросы религиозным и философским группам: “А думаете вы? Религиозны ли эти биохимические видения?”
Прежде чем вы ответите, вспомните, что Бог (или как там называете Высшую силу) создал эту удивительную молекулу, невероятно сильное органическое вещество под названием ЛСД как создал ОН и розу, и солнце, и сложнейшее скопление молекул, которые вы упорно считаете вашим “я”.
К числу серьезных проблем при проведении научных экспериментов по расширению сознания, мы относим весьма слабое представление подавляющего большинства людей, даже среда профессиональных богоискателей, о том, что же такое в действительности религиозный опыт. Мало кто отчетливо представляет собственно проявление божественного процесса. Когда задаете такого рода вопросы, священнослужители начинают говорит уклончиво, скатываются на рельсы интеллектуального рационализма и жутко смущаются.
Великие карикатуристы эпохи Возрождения изображали высшую силу в виде голубя, огненного куста, человека (или седобородого старца, или распятого на кресте, или младенца, или святого, сидящего в позе лотоса). Разве это не ограниченные инкарнации, временные обители великого энергетического процесса?
Как-то раз к нам пришел священник с супругой, искренне стремясь к просветлению. Они совершили мужественный шаг, приняли биохимический препарат, который соответствует серотонину, естественной “смазке” нашей системы. Двадцать пять минут (средняя продолжительность одной проповеди) их кружило в энергетическом танце, они стали участниками космического процесса, двигались с невиданными сверхсветовыми скоростями. Двадцать пять минут пронеслись как секунда и в то же время длились целую вечность. После сеанса священник посетовал, что опыт расширения сознания, каким бы головокружительным и исполненным откровения он ни был, весьма его расстроил, поскольку оказался очень “физическим”, научным, как будто он просто смотрел в микроскоп, как будто пульсировал по клеткам. А что же он ожидал? Опыт расширения сознания – это не небесный променад по небесному паноптикуму мадам Тюссо. Друзья мои, божественное присутствует в каждой макроскопической форме, в каждом клеточном процессе. Божественное можно видеть. Но оно оперирует в измерениях времени, которые далеко выходят за пределы наших пространственно-временных, обыденных представлений. В отличие от науки, способной описывать волновые колебания, энергетический танец и клеточные взаимодействия логически, наш мозг способен воспринимать эти процессы эмпирически.
Вот так. Мы получили ключ в незримый, кажущийся иллюзорным мир. Но как же нам трудно смириться с тем, что этот ключ может быть органической молекулой, а не новым мифом или новейшим заветом!
И здесь мы сталкиваемся с проблемой противостояния “духовного и материального”. В одном лагере находятся пророки, неуверенные в достоверности своих откровений. Они смущенно говорят на разных языках (как вам известно, до сих пор не существует удовлетворительного академического языка для описания новых видений божественном). Они знают о бренности человеческого бытия. Они окружены легионом эксцентричных “последователей”. Они всегда погружены в тяжелые сомнения по поводу собственной мотивации: “Чем я движим? Кто я – герой, мученик или псих?” Они всегда рискуют лишиться материальных благ, работы, репутации, многострадальной и кроткой жены, консервативно настроенных друзей, одобрения со стороны родителей. Они всегда под огнем критики. В другом лагере обитает истэблишмент (начальство, полиция, учредители фондов, работодатели). Это те актеры из массовки, которые бросают во время спектакля жизни реплики: “Безумие! Психоз! Интеллектуалы” растление! Необратимые расстройства психики! Культовость!” Внутренняя свобода становится главной причиной религиозного и правового конфликтов.
