.
Каждый из двенадцати входов в западные пещеры Глубины был надежно укрыт от главного врага всех руэнцев — вездесущего холода. Силовой купол, сохраняющий температуру достаточно высокой, чтобы мороз не распространялся по шахте вглубь, но и достаточно низкой, чтобы лед и снег на нем не таяли, а значит, никто не мог найти лестницу, исправно светился серым орнаментом поверх белого пространства. Бескрайнее заснеженное поле, белое же небо — здесь не было видно линии горизонта, и кроме заговоров, глазу и зацепиться было не за что.
Поэтому два темных пятна — девушка, лежащая на темно-коричневом мужском плаще, и высокий широкоплечий парень в рубашке без рукавов — выделялись на фоне этой звенящей светлой пустоты, инородные, какими могли бы быть цветы из сказки о юе Гюли.
Двое. Не только девушка.
Недоверие было чуждо руэнцам, выживавшим благодаря тому, что на своих можно положиться, и все же столь необычными показались чужаки, что мужчину кольнуло подозрение.
— Кто вы? — прокричал Ирафзал, только шагнувший из скрытого хода на снег и кутающийся в меховой плащ. Руки привычно плели тонкую сеть нитей — если незнакомец окажется опасен, Ирафзал выбросит его за купол, и там незваный гость насмерть замерзнет еще до того, как сам успеет прошептать заклятие.
Парень тут же обернулся — и обезоруживающе, облегченно улыбнулся:
— Мы от Сина! Я — Арно, это — Лаора. Слава Свету, вы пришли! Я думал, замерзнем. Думал, надо идти искать помощь.
— Ирафзал, — представился строитель. — Почему голышом?
— У нас намного теплее, — пожал плечами парень. — Лаоре бы в тепло.
Его русые волосы трепал ветер. Голая кожа предплечий, похоже, была обморожена. Сам он дрожал, что было совсем не удивительно — а вот лежащую девушку успел укутать так, что только темные пряди и нос торчали. Это вызвало у Ирафзала уважение: именно таким образом следовало поступать мужчине.
Чем ближе строитель подходил к чужакам, тем больше в глаза бросалась темная, какая-то желтая кожа парня. Такого не выдашь за жителя восточных пещер.
— Давайте быстрее внутрь, — распорядился Ирафзал. — Я отведу вас к князю Инзалу, он поместит вас в теплые пещеры для восстановления.
— Куда идти-то? — оглянулся Арно, и строитель вспомнил, что чужаки не видят скрытого хода.
— В Глубину.
— У меня с собой портальное окно, — протянул парень Ирафзалу смертельно опасный в Оруэне артефакт. Вот так просто, словно держал безделушку, а не запрещенную всеми законами чудовищную угрозу, сконцентрированную в гладком керамическом кольце. — Умеете пользоваться?
Ирафзал через силу кивнул. Пользоваться подобным он, разумеется, не умел, но повезло: местные, говорящие на тайном языке, рассказывали о порталах. Он взял кольцо дрожащими руками, как взял бы гадюку — гадюку, которая одним укусом может убить несколько тысяч человек. А затем бросил артефакт за пределы купола так далеко, как мог — кольцо тут же погрузилось в снег.
— Зачем?! — возмутился парень.
— Эта… штука несет здесь смерть, — тщательно подбирая слова, пояснил Ирафзал, напоминая себе, что эти двое действительно могут не понимать. — Глубина построена под землей. И нет ничего более опасного для системы ходов, чем нарушенный свод или стенка. Если там образуется дыра, то наш дом просто завалит, убивая всех внутри. Эти вещи здесь незаконны. Если у тебя есть еще — выброси их сейчас.
Арно некоторое время глядел на Ирафзала недоверчиво. Наконец, он медленно кивнул:
— Логично. Больше нет. Ведите.
Затем он легко и очень аккуратно подхватил так и не проснувшуюся девушку на руки.
Глава 20. Теплый холодный мир (Лаора)
Когда Лаора проснулась, она сначала не поняла, где находится.
Ее до подбородка укрывало колючее травяное покрывало, поверх которого тяжелым облаком было накинуто еще одно, сшитое, кажется, из сотен маленьких шкурок. Кровать, на которой она себя обнаружила, выглядела продолжением стены, состоящей будто из какого-то рыхлого камня: вертикальная поверхность просто и плавно перетекала в горизонтальную. Низкий потолок, как и в землянке, нависал над ней тяжелым полукругом.
В этой необычной комнате было бы темно, если бы не странное отверстие наверху, прямо посреди потолка — оно выглядело как уходящий вверх колодец, залитый светом. Впрочем, свет точно не был солнечным, а скорее магическим: Лаора могла различить тончайшие плетения светящихся нитей и искр в воздухе.
Все здесь дышало магией. Каменные стены, исписанные едва заметными рунами, кто-то покрыл тончайшим слоем воздуха с легчайшими прожилками огня для теплоты. И поверхность кровати тоже под рукой ощущалась мягкой и теплой, а вовсе не каменной.
Лаора медленно села. Она прекрасно себя чувствовала, будто отлично выспалась. Тело ныло желанием движения и легкостью, голова была ясной. Что-то внутри отзывалось радостью на эту неизвестную ей обстановку, и еще до того, как девушка вспомнила о Сине и герцоге Седааре, она успела подумать, что находится в безопасности.
— Доброго пробуждения! — раздался из-за спины мягкий женский голос.
Лаора обернулась. За ней стояла красивая женщина лет тридцати, безусловно, направляющая. Пышные светлые волосы, переплетенные цветными кожаными лентами, косами рассыпались по ее крепким плечам. Бледная чуть ли не до синевы кожа без тени румянца и холодные небесно-голубые глаза напомнили Лаоре опекуна. Эта высокая тонкокостная женщина вполне могла бы оказаться его сестрой.
— Здравствуйте, — вежливо кивнула Лаора, разглядывая простую, как и все вокруг, одежду незнакомки: сотканные из странных травяных волокон рубашка с широкими рукавами и многослойная юбка были перехвачены металлическими и, кажется, керамическими элементами. На поясе у направляющей висели несколько керамических артефактов, назначения которых девушка не понимала. — Меня зовут Лаора.
— Знаю, — улыбнулась незнакомка, присаживаясь на край кровати. От ее волос и платья исходил едва слышимый запах трав. — Тебе тепло?
Лаора снова кивнула, и улыбка женщины стала шире. Лицо словно излучало свет.
— Ты провела в восстанавливающем сне чуть меньше дня, — продолжила она, беря Лаору за руку. — Мы в лазарете, на шестом уровне Глубины, в княжестве Заката. Меня зовут Юдалла. Я — врачевательница, приглядываю за тобой с момента, как тебя принесли. Арно в полном порядке, он не отходил от тебя, только сейчас отлучился за едой — и скоро снова будет здесь. Тебе нечего бояться: твой отец — наш близкий друг, и мы сделаем все, чтобы исполнить его просьбу.
— Отец? — сглотнула Лаора, не понимая.
— Син Лоани.
Ничего себе!
— О чем вас просил Син? — уточнила Лаора осторожно.
Юдалла наклонилась к ней и тихо ответила:
— Защитить и спрятать тебя. Никому не раскрывать секрет твоего происхождения — не волнуйся, он известен только мне, моему кузену строителю Ирафзалу, приведшему вас сюда, и, разумеется, князю Инзалу. Для остальных — ты руэнка, пришлая из княжества Зенита, а не из Альвиара, но провела свою жизнь в восстановительном сне из-за тяжелой болезни. Чуть позже к нам заглянет Ирафзал и расскажет все, что тебе нужно знать, чтобы никто не понял, откуда ты. До этого времени лазарет не покидай, хорошо?
— Ясно, — кивнула Лаора, хотя чем больше говорила Юдалла, тем больше вопросов возникало. Затем вежливо добавила: — Спасибо.
Син, договорившийся с кем-то за пределами Альвиара об ее укрытии! Арно — как Лаора надеялась, что это правда Арно успел юркнуть за ней в переход, а не какой-то обман! Княжества Зенита и Заката... И магия, далекая, неизвестная, но почему-то смутно знакомая.
Син... оставшийся наедине с Седааром Карионом. Сердце больно сжалось в груди.
— А Син не здесь?
Юдалла покачала головой и чуть стиснула ладонь Лаоры, словно ощутив ее смятение. Затем указала на дверь — точнее, на закругленный кверху проем, прикрытый непрозрачным из-за земляной крошки воздушным пологом. Прямо по центру этой мельтешащей массы образовалась ширящаяся щель, и из нее в комнату вошел Арно, держащий в руках плошку с чем-то дымящимся.
